Ведун

А они станут! Скрыть их я точно не сумею. Свою возросшую силу ещё можно списать на стресс, проживание на грани жизни и смерти, благо примеры подобного в истории случались. Хоть скрывать настоящий уровень всё равно придется. Одно дело Богатырем стать, тут действительно подобные случаи имелись, но вот семнадцатилетних Витязей история ещё не знала.

А в гравитации я именно Витязь, так как и силенок хватало, и техниками дистанционными владел. Так что ранг вполне сумел бы подтвердить.

— И что делать?

Выход только один напрашивается, хоть он мне очень и очень не нравится. Искать покровителя среди высшей аристократии, им вполне по силам будет меня прикрыть. Но вот не зря Тишиловичи всю свою историю вольными проходили, видимо это на генном уровне прописано в теле их потомка, так как меня реально воротит от такого шага только при одной мысли об этом. Тем более, уже есть пример такого неудачного покровительства, ошибки которого теперь исправлять приходится.

Скрипнула входная дверь, в прихожей раздались тихие голоса. Хозяева вовремя вернулись, спасли меня от тяжких дум.

«Пусть будет, что будет! Буду стараться скрывать свои умения, если и применять их, то без свидетелей. Ну а если те всё же появятся, то… без свидетелей».

— Пойди глянь, Сашка не проснулся? — услышал я, как тетя Лида Харитону говорит.

В плотно задвинутых шторах на дверях щелка появилась, в которую серого цвета глаз и заглянул. Увидев, что я на него смотрю, глаз от неожиданности удивленно расширился, штора отодвинулась в сторону и в проеме двери Харитон нарисовался.

— Проснулся уже… — непонятно, то ли у меня спросил, то ли жену свою уведомил он.

Да то и не важно, так как услышав его, тетя Лида влетела в комнату и засуетилась вокруг меня. Еле отбился, так как срочно потребовалось туалет посетить. Но вот по выходу из него пришлось смириться, полностью отдался в её заботливые руки.

Заодно стало понятно, где они были с утра. Пока тетя Лида с меня бинты снимала, Харитон сумку опустошил, достал оттуда бинты, кучу лекарств, среди которых и капельница присутствовала. Похоже попал я, Коновальчук не добил, так тетя Лида залечит.

— Хорошо заживает, — сняв с меня бинты и внимательно осмотрев рану, прокомментировала увиденное «доктор». — Рубец полностью закрылся, отёк тоже спадает, воспаления, слава богу, нет. Но вот бледный ты, Сашенька, слишком много крови потерял, так что капельницу в любом случае придется ставить.

Ну да, это я и сам чувствую, пульс прилично так частит, остатки крови сердце гоняет. Но давление явно пониженное, так как сознание плывет, да и со зрением проблемы. Рано я с кровати вскочил, да ещё и так резко.

«Постельный режим, обильное питье, ну и капельница не помешает», — назначил я сам себе лечение, полностью совпадающее с мнением тети Лиды, которая его и озвучила, замотав меня свежими бинтами.

— Иди ложись, сейчас капельницу тебе поставим, потом покормим.

Раньше не интересовался, но оказывается тетя Лида медсестрой всю жизнь проработала, потому и уверенность такая в своих действиях. Несмотря на то, что давно на пенсии, капельницу в вену воткнула с первого раза. После чего отрегулировала скорость подачи раствора и ушла кушать готовить.

— Рассказывай! — уставился на меня внимательным взглядом усевшийся на стул Харитон, стоило только тете Лиде выйти из комнаты.

Что именно ему рассказывать, уточнять не требовалось, и так понятно. Надо отдать ему должное, долго терпел. Вчера, при встрече, и словом не обмолвился, сдержал своё любопытство. Но стоило сегодня мне немного оклематься, его и прорвало.

Только вот нельзя мне ему ничего рассказывать. Не то что нельзя, а просто не нужно оно ему, для его же безопасности. Тут уж точно, меньше знаешь, не только крепче спишь, но и дольше живешь.

— Ну, если коротко и без особых подробностей, — решил я ему всё же чуть приоткрыться, ведь не чужой человек, сколько помню, когда мы в усадьбу приезжали, он там всегда при нужде появлялся. — Приехали двое молодых аристо к бабушке, один по поручению главы Рода, другой его просто сопровождал. Начали ее уговаривать встретиться с тем самым главой. Бабушка отказалась, так как уже обо всём было говорено еще в Бобруйске и смысла повторно встречаться и разговаривать больше никакого не было.

Снова перед глазами картина встала, как Коновальчук с катушек слетел и «водной плетью» размахивать принялся. Харитон же в это время сидел замерев, внимательно меня слушал и с вопросами больше не лез, не торопил и ничего не уточнял.

— Не знаю, — продолжил я говорить, — может сопровождающий сына главы Рода дружок под веществами был, или просто с перепоя и не в настроении, но вот этот бабушкин отказ его взбесил. Обозвал нас смердами, — криво хмыкнул я, — ну и… он Богатырем оказался, адептом воды. Не знаю, попугать он нас хотел или действительно с нарезки слетел, но выпустив «водную плеть»… На повышенные голоса, видимо не утерпев и от матери сбежав, к нам в гостиную как раз в этот момент Даринка вбежала. Ну и…

Дальше говорить я не смог, ком в горле мешал, а перед глазами сцена промелькнула, с распадающейся надвое сестренкой. Откинулся на подушку и тупо смотрел, как капельница капает, стараясь ни о чём не думать.

Харитон тоже замер, сидел, голову опустив, кулаки с такой силой сжал, что они аж побелели. Но вот, с трудом их разжав, он и сам расслабился, я бы даже сказал — сдулся.

— Н-да, дела, — выдохнул он, растерев лицо руками.

Как я спасся, он не спрашивал, ясно же что с трудом, о чём моё теперешнее состояние прекрасно говорило. Ну и он знал, что прошлый Сашка особой силой не отличался, так что вообще чудо, что мне удалось вырваться. Но то, с каким выражением на лице он на меня сейчас посмотрел, ясно говорило, что живой я только по случайности и что долго в таком состоянии не задержусь.

— Что думаешь? — опередил я его с вопросом.

— Убьют тебя, Сашка.

Надо же, проникся, барином дразнить перестал. Сколько лет я его просил меня так не называть. Ему всё шуточки, а мне потом от старших брата и сестры прилетало. Но нет, барин и барин.

— И даже не из-за того, что вы теперь враги, а… — видя, что я не спешу с вопросами, молча продолжаю на него смотреть, принялся он более развернуто отвечать. — Не принято лекарей убивать. А тут, даже не во время боевых действий. Пришли гостями в дом и… как собаки бешеные. Ведь вас и так мало, и если узнают, что убили они вас просто так, из-за плохого настроения, то помощи от других лекарей они больше никогда не получат. И потомки их не получат. Уже же было такое, и не раз. Да и репутационные потери, кто с такими людьми, после всего случившегося, дела иметь будет. Вот для того, чтоб всё это не всплыло, тебя и убьют.