Вепрь

— Знаете, а ведь именно так я и поступил.

Ему пришлось отшатнуться, потому что Курженко вдруг бросился на него через всю прихожую, намереваясь угодить ему головой в живот. Уклонившись, Вепрь коротким тычком в шею слегка изменил направление его рывка. Валерий Анатольевич врезался головой в стену и осел на паркет.

— Прекратите немедленно! — воскликнула Тонечка, не сдвинувшись, впрочем, с места. — Только драки еще здесь не хватало! Володя, может вы нам объясните? Это что, шутка?

Вепрь вздохнул. С невинным видом почесал макушку.

— Знаете, Антонина Васильевна, — сказал он, — а ведь Валерий Анатольевич говорил правду: Владимир Русецкий, сотрудник компании «Терра Нова», действительно погиб две недели тому назад. Автомобильная катастрофа. Водка, знаете ли. Столб был бетонный, толстый, но и его сломало, даже арматура полопалась — такой сильный был удар.

Тонечка смотрела на него, открыв рот и округлив глаза. Вепрь пожал плечами.

— Да, Антонина Васильевна, это действительно правда. Я продал вам чужую квартиру по поддельным документам, а вашу успел перепродать в третьи руки на вполне законном основании. Так что на данный момент ваша семья осталась без жилья… И имя моё не Владимир. Меня зовут Сергей. Сережа, если хотите.

Тут Тонечка словно очнулась от летаргии. Она вдруг взвизгнула и, в одну секунду оказавшись возле Вепря, залепила ему по щеке. И замерла с поднятой рукой. Вепрь почувствовал её горячее дыхание. Взял её руку в свою и поцеловал.

Её муж, опираясь на стену, поднялся с пола.

— А ты, я вижу, гордишься собой, сволочь: ах, посмотрите на меня, какой я крутой, как ловко обвел вокруг пальца этих простачков! А мы не такие уж и простачки! Или ты думаешь, что на тебя управы не найдётся?

— Нет, Валерий Анатольевич, — вежливо ответил Вепрь, — думаю, что не найдется. Если хотите, вы можете попробовать вызвать милицию. Не думаю, что после этого у вас убавится проблем.

Валерий Анатольевич тяжело задышал, единственным его желанием в этот момент было прикончить гостя.

— Что тебе от нас надо? — с перекошенным от злости лицом крикнул он. — Что тебе понадобилось от моей семьи? Говори, сука!

— Объяснить? — зло произнёс Вепрь. — Хорошо, я тебе объясню!

Он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы унять вспыхнувшую в нем старую злость, не дать ей выплеснуться наружу после стольких дней, когда ему приходилось держать себя в узде.

— В семьдесят шестом году, — начал он, успокоившись, — в январе четверо молодых парней, недавно вернувшихся из армии, решили выпить. Понимаешь, не смогли еще притормозить после новогодних праздников, их же много — Новый год, Рождество, старый Новый год… Был в их компании один — назовем его Витек, который без памяти влюбился в одну хорошую девушку. Возможно, ему так казалось, а на самом деле это была блажь — он был трусом, а трус не может любить по-настоящему… А что это мы всё в прихожей да в прихожей? Разговор у нас, похоже, получится долгий, так что давайте пройдём в гостиную, Валерий Анатольевич. Тонечка, не стесняйтесь.

И гость первым вошел в просторную светлую гостиную, заваленную узлами, коробками и чемоданами — всем состоянием семьи Курженко.

— О, я смотрю, вещи вы ещё не разобрали, — озирался Вепрь. — И правильно, не надо торопиться. Для начала нам надо с вами разобраться.

По-хозяйски пройдясь по комнате, Вепрь присел на большой узел, поставил перед собой высокую связку книг и вынул из кобуры под мышкой короткий увесистый револьвер.

— «Кольт», — подбросил он оружие. — «Детектив спешиал», тридцать восьмой калибр. Американские боевики смотрите?

Положив револьвер на книги, Вепрь указал стоявшей в дверях чете Курженко на узел против себя.

— Присаживайтесь. И не надо бояться, я не психопат. Это замечательное жилище всё ещё может быть вашим, Антонина Васильевна, так что будьте как дома.

Супруги молча присели. Вепрь, со сладкой улыбочкой погладив барабан «кольта», словно любимую собачку, ногой отодвинул от себя книги.

Вообще-то он предпочитал пистолеты, но сегодня ему нужен был именно револьвер. Вернее — его барабан.

— Ну что, уселись? Тогда я продолжу разговор… Как я уже сказал, тот парень был влюблён в одну очень хорошую девушку. Та знала об этом, к слову сказать, но она любила другого человека. Назовём его условно… Алексеем. Так вот, в тот день компания изрядно напилась. И Витек уговорил своих дружков подкараулить Алексея, когда он будет выходить от своей девушки, и проучить его хорошенько, чтобы не зарился на чужих девушек. Тогда они еще не знали, что Алексей был тренером по боксу, это застало их врасплох. Он раскидал шпану, как семечки, и вернулся к Оле — так звали девушку — целый и невредимый.

По мере незатейливого повествования гостя Валерий Анатольевич менялся в лице. История эта вызвала неприятные воспоминания.

— Похоже, я знаю, чем это закончилось, — пробурчал Курженко.

Тонечка недоуменно смотрела то на одного, то на другого. Вепрь прикурил и продолжил:

— Алексей возвращался в тот день от Оли вечером, около десяти часов: Мрак уже сгустился, и если бы не луна и фонари, которые просвечивали сквозь рощицу у дороги, было бы совсем темно. Настроение у него было приподнятое, как у человека, который в тридцать два года умудрился влюбиться, как мальчишка. Зима есть зима, улицы в это время уже опустели, и поэтому настроение у него слегка подпортилось, когда он увидел, что на остановке его поджидает та же компания парней. Он узнал их ещё издали, по голосам. Все они были пьяны. И у одного из них был нож…

— Это был не мой нож! — закричал вдруг Валерий Анатольевич, подавшись к Вепрю. — Это был нож Жирного, он перед этим собственноручно сделал его на своем заводе! Он тогда токарил на «Сельмаше», они их там десятками делали! А я просто взял посмотреть! — брызжа слюной, оправдывался Курженко. Вепрь преспокойно кивнул:

— Я верю вам, Валерий Анатольевич, не надо так шуметь… Когда Алексей подошел к пьяной компании, сразу же завязалась драка. Четверо против одного, хотя этот один был очень крепким мужчиной. Он не сомневался в исходе схватки, и все бы получилось, если бы в дело не пошёл нож. Удар был предательский, сзади, но и после этого, возможно, он мог бы остаться жив, если бы не последовал второй удар…

— Это не я! — вновь закричал Валерий Анатольевич, вскинув голову и выставив перед собой растопыренные пальцы. — Я только хотел напугать его, но он оказался не из пугливых и так дал мне в челюсть, что я сразу же отключился! Об этом и на суде говорили! Это уже потом Витёк подобрал нож и вогнал ему в спину! А второй раз добавил Жирный, а я в это время лежал на земле и видел всё это! А Веня Трохин — тот вообще после первого же удара плюнул на всё и решил не связываться с боксёром…