Veritas

В след за Люц нестройным ручейком потянулись сонные аристократы с кислыми лицами. Ну, ещё бы! Столько пить и куролесить накануне, ночью, а затем вставать на королевский завтрак в восемь утра.

Это ли не наказание? Самое настоящее!

Люция едва сдержала злорадную усмешку.

Она пусть легла поздно, но уже привыкла мало спать, да и не пила ядрёные терринские вина, чтоб с утра страдать от похмелья. В отличие от высокородных гостей. Один их постный видок приносил ей удовольствие.

Она их всех взаимно ненавидела, и также взаимно делала вид, что это не так.

Слуги, как по команде вынырнули из-за боковой двери слаженным строем и принялись накрывать на стол: пустые тарелки сменили полные и накрытые крышками; появились блюда с нарезками сырными, мясными, рыбными, фруктовыми; графины с соками, винами, водой; чашки, заварники с чаем или кофе, свежеиспечённые булочки — в общем, всё, что могло потребоваться аристократам для сытного завтрака в столичном замке. Смотрелось эффектно: раз — волна прислуги накатывает к столу, два — они уже отходят к стене и выстраиваются по стойке смирно, готовые угождать по первому зову.

Десница довольно кивнула управляющему и присела по правую руку от пустующего резного кресла короля.

— А Его Величество к нам не присоединится? — спросила тётя Меридии, присаживаясь на указанное слугой место за столом. Привычным жестом расправила на коленях белую салфетку.

— Он редко балует нас своим вниманием на завтраках, — улыбнулась уголками губ Люция, а сама подумала: «Спит до полудня, лентяй!». — Поэтому мы начнём без него.

Вопросительные и возмущённые взгляды скрестились на ней. Конечно, всех волновало какого Тырха король не почтил их своим присутствием (ведь это попахивает неуважением к послам и их королевствам), а главное — кто дал ей право так нагло себя вести?

Люция спокойно, без спешки расстелила на коленях накрахмаленную салфетку, выжидая напряжённую паузу.

— Уверена, сегодня повелитель страстно желал присоединится к трапезе, — «Ага, как же, он ненавидит все эти политические реверансы и встречи». — Но влажные дела задержали его.

— Влажные? — кашлянул старый гном.

— Важные, я сказала — важные, — невозмутимо улыбнулась Люция. — Не сомневайтесь, у вас ещё будет возможность встретиться с ним в неформальной обстановке за обедом или ужином.

«И уже без меня», — стиснула вилку она.

Пока лэры переваривали ответ, десница позвенела ложечкой о бокал, и слуги оторвались от стены и принялись обслуживать господ, сняли крышки с горячих блюд, наполнили чашки или стаканы выбранными напитками.

Перед Люцией оказался любимый омлет с брокколи и ветчиной, чашечка кофе, в которую тут же добавили сливки, и несколько ломтиков тёплого багета на отдельной тарелочке. Каши она терпеть не могла, а вот кому-то из гостей они пришлись по вкусу.

— Приятного аппетита! — пожелала девушка, и гости ответили ей нестройным хором и принялись за еду. Спустя пару минут раздался гнусавый голос:

— А не слишком ли много вы себе позволяете? — это Гауф Ландер морщил нос, даже не притронувшись к столовым приборам.

Люция приподняла бровь.

— Начинать без короля… — заелозил на стуле он.

— А вы предпочли бы ждать его здесь до посинения с урчащим желудком? — парировала она. — Он мог и к обеду не появиться, лэр. Знаете, у правителя много обязанностей и не всегда удаётся перекусить между ними, не то, что наведаться в столовую.

Сильф надулся и побагровел до кончиков острых ушей, несколько послов притворно кашлянули и закрыли усмешки салфетками. В этих «господ» Ландер кидал особо лютые взгляды, но больше всех, конечно, доставалось «наглой человечке», которая посмела поставить его на место.

Кто-то из свиты амфибии завел разговор о погоде-природе, зимних забавах, фестивалях в городе и каким-то чудом обсуждение перетекло к этому:

— Когда Его Величество панирует устроить отбор невест?

Всё внимание сосредоточилось на Люции, вдумчиво жующей кусочек овоща.

— Сейчас, как никогда, для укрепления позиций ему стоит жениться и завести пару наложниц, — добавила посол амфибий.

Десница со звучным щелчком отложила вилку, сделала глоточек ароматного кофе из чашечки, прикрыла веки и ответила:

— Он размышляет над сроками. Но не сомневайтесь — женитьбе быть, и ваши королевства получат приглашения для кандидаток.

— И вы не будете препятствовать? — сощурился Гауф. — Даже сейчас мы не знаем, говорите ли вы нам правду, уважаемая десница.

Он так проговорил это слово — «уважаемая» — что сразу стало ясно, что уважением там и не пахнет.

— А с чего мне лгать, «почтенный» посол? — прикинулась дурой, похлопала ресничками.

— Как же? — мерзко хмыкнул он. — Хотите потянуть время, пользуясь расположением короля. Все знают, что ваша власть в замке уменьшится с появлением королевы и, возможно, будущей императрицы.

— И что? — отбросила шутки Люция, свела брови. — Моя роль — роль правой руки и ближайшего советника — не изменится. Я всё так же буду работать на благо Ригеля.

— Очень надеюсь на это, — откинулся на стуле он и скрестил руки на груди. — Очень надеюсь.

Но кривая рожа говорила за себя: сильф ей не поверил. Считал зарвавшейся выскочкой, не помнящей своего места. Впрочем, при дворе многие так думают.

И Люции совершенно плевать, ведь это неправда.

Неправда.

Да.

Она спит и видит, как женит Далеона на подходящей лохудре и забудет о нём.

Но от чего ж сердце так скверно сжимается, а на языке горчит.

Вдруг створки распахнулись, и в столовую бодрой походкой зашёл обсуждаемый индивид.

«Вот су-у-у-упчик» — выругалась в мыслях десница, но лицо сделала кирпичом. Будто так и надо. Будто он не должен был дрыхнуть до полудня, как обычно, и игнорировать обязанности короля и встречающей гостей стороны.

— Простите, задержался! — бесстыдно оскалился он. За ним в зал, тихо приветствуя всех, проскочила Латиэль Ви-Дэлиз, приглаживая всклоченные волосы и чуть помятое на подоле голубое платье. Выглядело весьма… неоднозначно.

Особенно припухшие губы лэры и блестящие возбуждением глаза. Подходя к столу, король и сильфида обменялись заговорщицкими взглядами. Правитель подмигнул, террианка зарделась и расплылась в довольной улыбке.