Весна
Шрифт:
Вереск всхлипнул и сбросил чёрную хламиду, затем исподнее. Оставшись голым, он повернулся к Филиппу и сказал:
– Ищи меня на третий день…
Вереск, опустив голову, пошёл к останкам насекомых. Он сел на зелёный панцирь и подобрал ноги. Волхва сотрясала крупная дрожь. «Их, что, даже простым вещам не учат?», – подумал Кир, вспомнив испытание на леднике.
Воины недоуменно посматривали на десятника, но тот молчал.
Земля под ногами затряслась. Послышался утробный звук. К небу взвились синие щупальца. С жёлтых присосок брызнула слизь. Щупальца принялись шарить кругом. Натыкаясь на останки насекомых, они обвивались вокруг и утаскивали под землю. Одно
– Слышали, что он сказал? – зло спросил десятник. – На третий день!
Три дня в замкнутом пространстве, где нет смены дня и ночи, без пищи и воды тянулись долго. Но все понимали, Вереску сейчас гораздо трудней, если он вообще жив. Кир всё это время провёл в какой-то полудрёме. Иногда появлялись осы переростки. Они бесцельно кружили над зелёными завитками и медленно улетали. Люди прятались в зарослях и оставались незамеченными.
Блуждая между сном и явью, Кир услышал крик Вереска. Это походило на то, будто волхв кричит о помощи, но у него завязан рот. Кир встрепенулся и мысленно произнёс молитву для обострения восприятия. На движение Кира обратили внимание товарищи. Воины надели шлемы и поправили оружие. Кир замер. Теперь голос слышался отчётливо.
– Там, – Кир указал рукой направление.
Место куда прибежали штурмовики, заросло самыми толстыми стеблями. От большинства яиц остались лишь оболочки. Из целых яиц пытались выбраться насекомые. У многих не хватало органов. Большинство насекомых представляло собой гибриды, собранные из разных видов.
Из ближайшего яйца вывалилось нечто похожее на чёрного жука. Существо упало на землю. Лёжа на спине, оно дрыгало человеческими ногами и вертелось на одном месте. Филипп толкнул панцирь. Существо перевернулось и засеменило в кусты. Человеческие ноги не хотели работать в одном ритме. Существо спотыкалось и падало, прежде чем научилось управлять тремя парами конечностей.
Воины подошли к самому большому яйцу. Десятник мысленно позвал. Волхв откликнулся, но из другого места. Воины двинулись дальше. У стены они обнаружили ещё одно яйцо. Филипп аккуратно надрезал ножом упругую оболочку. На руки воинов упал обнажённый человек. Его кожа влажно блестела. И так худой волхв, теперь походил на мумию. На нём совсем не осталось волос. На коже головы появились хитиновые пластины. Они узкими полосками тянулись от бровей к затылку. Такие же пластины, но с шипами, блестели на правой ноге. Воины обтёрли волхва сухими тряпками. И помогли одеться в чёрный балахон.
Заросли раздвинулись. Сквозь стебли протиснулся чёрный жук. Воины схватились за оружие.
– Нет! – крикнул Вереск и задохнулся. Даже малое усилие давалось с трудом. – Они больше не враги. – Волхв шагнул к жуку. Тот подошёл ближе и протянул человеку ус. Вереск отстукал пальцами сложный ритм. Жук развернулся на месте и скрылся в зарослях.
– Задание выполнено. Эти твари послужат богам, – волхв целую минуту приводил в порядок дыхание. – У вас осталось что-нибудь поесть?
Воины обшарили сумки, но съестного не нашли. Лишь во фляге десятника плескалось немного воды. Волхв с жадностью выпил жалкие остатки. Зелень раздвинулась, к людям вышли жуки.
– Садитесь на них и держитесь. Жуки доставят вас наверх. А мне надо спешить.
Вереск отвернулся от воинов
и поднял руки. Сверху спикировала оса и, схватив человека за руки, улетела.– За что держаться-то. У них спина покатая, – посетовал один из воинов.
– Если волхв сказал ехать, значит надо ехать, – ответил десятник и похлопал жука по матовой спине. – Ну что, животина, будешь дядю Филиппа слушаться?
Десятник залез на жука. Тот спокойно стоял и ждал, пока человек перестанет ёрзать. Как только десятник затих, жук приподнял хитиновые надкрылья.
– Во как! – воскликнул Филипп. – Как дитя в люльке.
Воины забрались на жуков, и те подняли надкрылья. За передние края можно было держаться, чтобы не соскользнуть.
Жуки неслись без остановки. Шесть конечностей позволяли двигаться плавно, и седоки это оценили. По пути встречалось много других насекомых, но на людей не обращали внимания. Вскоре жуки выбрались из подземелья и побежали по равнине.
– Смотрите! Смотрите! Это же Филипп! Вот потеха! – кричали со всех сторон.
Филипп сохранял невозмутимый вид, будто ездить на жуках для него – обычное дело.
– Во даёт! Во даёт! – бородатый десятник верхом на жуке веселил воинов.
– Да он кого хочешь, оседлает да взнуздает, – кричали воины.
– Знали бы вы, в каком дерьме нам пришлось возиться, – буркнул в ответ десятник.
– Э-э, брат! В ратном деле без дерьма нельзя, – отвечали ему.
Жуки остановились перед гуляй-городом с синим флажком. Воины обступили штурмовиков. Их хлопали по плечам и просили рассказать о походе.
– Дайте сначала поесть, – сказал Филипп.
Со всех сторон потянулись руки с хлебом и ветчиной. Штурмовики с жадностью накинулись на пищу. Утолив голод, они вдоволь напились кваса, и Филипп начал свой рассказ.
Жуки под руководством волхвов таскали в гуляй-города свёртки и ёмкости с вонючей жидкостью. Волхвы никого не подпускали к трофеям. Воины только радовались этому. Филипп успел всё рассказать и ответить на вопросы, прежде чем кашевар принялся колотить в сковородку.
Волхвы промыли и перевязали рану. При хорошем освещении рана больше походила на царапину. Кир застыдился, что обратился к волхвам с таким пустяком. Но лекарь сказал, что Кир поступил правильно.
Кир сидел, прислонившись спиной к срубу. Бревенчатые стены выглядели на каменистой равнине чужеродными. Киру толстые стены придавали уверенности. А запах сосновой смолы напоминал о доме. Вокруг стояла тишина. Волхвы набили деревянные крепости так, что там почти не осталось места. Воины ушли в дозоры. Штурмовиков оставили в покое, чтобы они отдохнули.
Вокруг по-прежнему царил полумрак. Волхвы объяснили, что здесь всегда так, потому что планета не вращается вокруг своей оси. Чтобы на теневую сторону попадал хоть какой-то свет, на орбите висят гигантские зеркала и отражают солнечные лучи. А в пятнах света находятся гнёзда насекомых.
5
Кир стоял на знакомой тропинке у портала. Он ждал, когда зрение восстановится после вспышки. Пока в глазах плавали разноцветные круги, Кир полной грудью вдыхал воздух. Цветочный аромат кружил голову.
Лес звенел на все голоса. Птицы вели бесконечную войну с крылатыми ящерицами. Но сейчас Кир не хотел верить, что животные враждуют. Исполинские деревья позволяли укрыться множеству обитателей. А цветочный нектар мог прокормить и не такое население.
В лесу всегда много цветов. Когда отцветали одни растения, зацветали другие. Благодатный климат и обилие воды позволяли расти огромным деревьям. Тропинка обрела чёткость, и Кир зашагал по утрамбованной почве.