Водоворот
Шрифт:
В темноте мелькнул огонь — по машине открыли стрельбу. Лобовое стекло, простреленное в нескольких местах, высыпалось на землю. Передние и задние колеса тоже были пробиты.
Метье почувствовал, как его швырнуло вперед на руль, и понял, что машина резко встала. Она была окутана облаком пыли, клочьев резины и выхлопных газов.
Не успел он прийти в себя, как дверца машины распахнулась. Его грубо выволокли на дорогу. Два угрюмых солдата скрутили ему руки, а третий выхватил у него из кобуры пистолет.
Когда, заломив ему руки за спину, на него надели наручники, подошел лейтенант. Он остановился
— Я связался с начальством, подполковник Метье. Мне сообщили, что вы обвиняетесь в нарушении служебного долга и дезертирстве! Эти обвинения были подтверждены лично генералом де Ветом!
Метье попытался было протестовать, но молодой офицер резко оборвал его.
— Не трудитесь лгать! Поздно. — Лейтенант ткнул большим пальцем в темноту. — Уведите его!
Два дюжих солдата повели связанного и упирающегося Метье туда, где стоял «хиппо».На ходу он пытался собраться с мыслями, но они все время путались у него в голове. Ему придется давать объяснения перед трибуналом.
Однако солдаты провели его мимо бронетранспортера и подвели к небольшому деревцу метрах в двадцати от КПП. Метье оглянулся, его сразила внезапная догадка. За ним следовали лейтенант и еще двое рядовых.
Они подтащили Метье к дереву и грубо развернули лицом к БТР. Сняв наручники, они завели его руки за ствол дерева и снова надели на него стальные браслеты. О Господи…
Лейтенант сделал знак своим людям отойти, а сам приблизился к Метье. Тот извивался, тщетно пытаясь высвободиться.
— У нас нет времени на бессмысленные формальности, всякий там трибунал. Я получил приказ немедленно привести приговор в исполнение.
Он отвернулся, но, немного помедлив, опять обратился к трясущемуся, побледневшему Метье. Не говоря ни слова, он протянул руку и сорвал с мундира Метье значок АДС. Затем отошел туда, где стояли четверо его солдат.
Даже не выстраивая их в линию, лейтенант рявкнул:
— Цельсь!
Метье в ужасе смотрел на поднятые стволы автоматов. Колени у него подкосились, и он рухнул вперед, насколько пускали наручники, сковывавшие его руки позади дерева. Он зарыдал:
— Не-еет! Вы не можете! Я африкаа…
— Огонь!
Четыре пули пробили голову, грудь и живот Метье. Он умер мгновенно.
Его страну ожидала более мучительная смерть.
Глава 24
ВОЙНА
Кофе на столе президента безнадежно остыл. Президент резким движением отодвинул чашку, и кофе едва не выплеснулся на телеграммы, папки с документами и карты.
— В самом деле, господин премьер-министр, вы совершенно правы. Ситуация становится нетерпимой.
Вице-президент Джеймс Форрестер отодвинул свою пустую чашку на низкий столик возле кресла и подался вперед. Внезапный переход президента на официальный тон означал, что часовая утренняя беседа с британским премьером подходит к концу. До сих пор разговор шел в неформальном ключе.
— Совершенно
верно. Мои люди соберутся в течение часа.Президент поднял бровь и посмотрел в сторону Форрестера, ожидая подтверждения. Тот кивнул. Почти все ключевые фигуры Совета национальной безопасности находились на своих рабочих местах вот уже двадцать четыре часа — с момента получения Вашингтоном первых тревожных сообщений о кубинском наступлении. А на лужайке Белого дома уже стоял наготове вертолет морской пехоты, готовый в любую минуту перенестись через Потомак к Пентагону.
— Да, господин премьер-министр, я позвоню вам сразу же, как только у меня появятся новые данные. Да. И вам спасибо.
Президент положил трубку. Форрестер не мог скрыть любопытства.
— Ну что?
Президент поднял голову.
— Решено, Джимми. Англичане с нами. — Он вдруг на глазах постарел. — Мне это не нравится. Совсем не нравится. Но я не вижу для нас разумной альтернативы.
Форрестер почувствовал, что у него учащается пульс. Он встал.
— В таком случае, господин президент, я пошел. Хэрли со своей группой уже меня ждут.
Выходя из Овального кабинета, он оглянулся. Президент продолжал сидеть за письменным столом, уставившись в одну точку. И Форрестер в который раз почувствовал, насколько легче выполнять приказы, чем отдавать их.
По указанию президента рабочая группа по кризису на юге Африки перенесла свои ежедневные встречи в Пентагон. Здешний зал был просторней, лучше оснащен средствами связи и давал более быстрый доступ к разведывательной информации, поступающей из региона.
Не менее важное значение имело и то, что в Пентагоне, по сравнению с Белым домом, было гораздо больше автостоянок. А это во многом облегчало проведение секретных совещаний без того, чтобы вокруг здания стояли в три ряда журналисты. Газетные и телевизионные репортеры, просочившиеся в Белый дом в погоне за сенсацией, с ног сбивались, подсчитывая по специальной системе припаркованные у здания лимузины.
К тому же пентагоновский зал больше походил на оборудованный по последнему слову техники командный пункт, чем мрачноватая комната оперативных заседаний в Белом доме. Одна стена была целиком занята шестифутовыми компьютерными мониторами — два ряда по три в каждом, — которые в данный момент были отключены. По длинной стороне г-образного стола разместились референты и помощники, а члены рабочей группы заняли места в президиуме. Перед каждым на столе был установлен микрофон. Зал был оборудован аудио- и видеоаппаратурой не хуже какой-нибудь школы, что позволяло всей группе получать последнюю информацию о развитии событий.
Двери вели в подвальный вестибюль, прилегающий центр связи, пару небольших квартир со спальнями и ванными и тщательно охраняемую комнатку с терминалами, связанными с компьютерами всех разведывательных органов США, которые были подключены к единой электронной системе данных.
Предполагалось, что в зале заседаний должен царить организованный хаос. Вместо того там царил просто хаос. Нападение Кубы на ЮАР застигло рабочую группу врасплох, и в результате планомерная работа превратилась в какую-то гонку.