Волжане

— Ты же говорил, что они вообще не суются в дела местных племен?

— Эти сидят прямо на торговом пути, а вот насчет остальных… все так и есть. Потомков воев из-под Ростова и Новгорода слишком мало, чтобы они держали в узде всю Бьярммю!

«Такое отношение их и погубит. В конце концов, какая разница местной чуди, кому она будет платить, бьярмам или постепенно занимающим их место новгородцам? — Кий мысленно хмыкнул. — А вот ветлужцы, судя по поведению их волчат, уже воспитали себе смену. И опираюсь они при этом не только на родовитую знать, но и на детишек обычных земледельцев, пожелавших вкусить новой жизни. И это поколение уже не позволит никаким чужакам над собой править. Хм, занятно».

— А… а что это за вои из-под Ростова и Новгорода? — прервал чепецого

властителя из угла Микулка. — Что писать-то? Не про суздальцев же?

— Про тех, кто не принял власть киевских князей, а позднее их Христа, — терпеливо пояснил ему Кутафий. — Род Салахби, знаменит и не делит людей по их вере, поэтому многим воям и даже варяжским конунгам нашлось место подле него. Деваться же им особо некуда было. На старом месте без принятия веры Христа службу не давали и последовали всячески, а в Булгаре по сию пору, хоть и не лютуют, но подати с иноверцев дерут, не чинясь. Возвращаться на родину? Так многие из них давно уже разучились говорить на языке предков, смешавшись с местной знатью. Да и кому они нужны на скудных берегах Садума? Я не раз сидел за одним столом с воинами и купцами из Вису, так что знаю обо всем не понаслышке.

— Ладно, пока оставим старые времена… — прервал его изложение Кий. — Так все-таки, кто живет на той части Нукратской дороги, которую хочет захватить Чумбылат? Они не остановят его самостоятельно, без вас? Ведь их не просто обложат данью, но могут и согнать с земель!

— И как они это сделают? Костяными наконечниками против каленого железа? Кроме того, эти людишки не столь воинственны, как вы, черемисы!

— Так кто же там?

— На Нукрат-Су обитает одо из племени ватка, а в устье Моломы и выше по ее течению вплоть до плодородных земель реки Юг лишь мурдасы [22] , да чудь в малом числе.

22

Мурдасы — одно из названий населения именьковской культуры, в IV–VII векрх проживающего на территории Среднего Поволжья (булг.)

— Это что еще за народ?

— Так ты не понял по сию пору? — Кутафий удивленно поднял брови и поинтересовался в ответ. — Что за смерды в ваших владениях на Суре живут?

Кий покосился на Вовку и тот сразу же встрепенулся, поймав его взгляд.

— Ты имеешь в виду тех э… славян, которых арабы раньше называли ас-сакалиба и земли которых булгарцы в Прволжье заняли?

— Не знаю, как нас звали арабы, но жили мы по Идели…

От Микулки донеслось покашливание, призывающее обратить внимание на слово «мы», прозвучавшее из уст Кутафия.

— …с приходом же булгррцев многие из нас ущли на заход солнца, хотя

немалое количество смирившихся с чужой властью до сих пор в низовьях Агидели живет.

— На Каме? Не слышал, — покачал головой Кий,

— Мурдасов ты всегда можешь определить по языку и сожжению родичей

уходящих в свой последний путь. Однако стоит признать, что прежние традиций исчезают, а большая часть нашей крови уже разбросана по всему свету… Особенно сильна она в вятичах и муроме, коих многие, кстати, особо и не различают…

— Поэтому у Мурома булгарское название Кан-Мурдас?

— Видимо потому. А еще многие из нас осели у северян и на левом берегу Днепра, потому я и удивился, что вы меня назвали этим именем.

— То есть мурдасы осели совсем близко к древним русам?

— С ними и жили, пока угры не прогнали их с Дона. Так что Бикташ ныне решил исправить ошибку своих родичей, дав роту одному из немногих мурдасов, ушедших на полуночь.

— Ты еще не выполнил свое обещание! — недовольно вмешался угорец.

— Мы не можем попасть в твои земли из-за рати Чумбылата!

Кий понял, что настал час для насущных проблем. Гости напоены, накормлены, выслушаны… Пора начинать разговор о том, чтобы они убрались прочь и не заслоняли путь на Урал. А еще неплохо было бы получить расчет, за пролитую ветлужскую кровь. Желательно серебром, единственным известным ему мерилом человеческих страданий.

— Так что же у тебя случилось, Бикташ?

Глава 7

— Гордыня наша нам боком вышла… — неуверенно начал угорец, скорбно покачав головой. — Полусотник ваш посеял во мне ее семена, посулив, что взяв под себя торговлю железом в наших краях, мы сможем встать над многими, по крайней мере, в благости заживем…

— А что не так?

— Все так, все так… Серебра у нас ныне в достатке, вот только жить нам на старом месте никак не возможно. После неудачного похода в ваши земли Масгут сильно озлобился на нас.

— За что? За то, что отказались идти на верную смерть под залпы наших камнеметов?

— Эта хитрая лиса выставила нас перед наместником виновниками общей неудачи!

— Лучше так, чем принять свою погибель, — Кий запнулся и наугад добавил, следя за реакцией собеседника, — заранее зная, что она неминуема!

— Вы предупреждали, чтобы мы себя поберегли, я помню, — наклонил голову в знак благодарности угорец. — Но одним наветом дело не кончилось. Спустя год эта же лиса донесла до наместника слухи о нашей с вами торговле, и к прежнему его недовольству добавилось новое.

— Учельцы сами берут у нас цемент, что им за дело до…

— До чужой гостьбы, сбивающей им цены?..

— …

— А после того, как Масгута убили… — Бикташ внимательно оглядел дрогнувшее лицо Вовки и с досадой покрутил головой, сузив глаза в недобром прищуре. — Вот значит как?..

— Так! А вы спалили старую Переяславку! И оставшихся там жителей! — зашипел мальчишка, не замечая порицающий взгляд Кия.

— Ни мы, ни приданные нам эскелы [23] в том участие не принимали! Не смотри на меня так, не дорос еще до моих седин, отрок!

— Мы помним. Поэтому приговор вынесен лишь тому, кто отдавал приказы…

— Ну да! — перешел на крик угорец, поднимаясь с лавки и выставляя вперед ладонь с растопыренными пальцами. — Только вот охраняли его поместье мои люди, а наместник приказал казнить каждого второго из бывших там! Пять человек! Пять моих воев!!

23

Эскелы — (асицзе, эсегелы, ишкили, аскел, езгиль) — смешанные тюрко-угорские племена, связанные своим происхождением с прикамско-приуральским массивом. По разным источникам проживали как на Каме, так и в междуречье Волги и Суры.

Кий, до этого времени стоявший в углу шатра, мгновенно переместился за спину угорского сотника и положил руку на рукоять ножа. Не ровен час, Бикташ выхватит из какого-нибудь тайника оружие, тем более Вовка и не думал отступать под напором собеседника.

— Мы-то в чем виноваты?! Твоих охранников даже пальцем не коснулись!

— Лучше бы коснулись, тогда смерть не была бы такой позорной, — Бикташ словно бы сдулся и тяжело опустился за стол, позволив Кию незаметно выдохнуть. — Удача покинула и нас, и наместника, а потому… Если коротко, то роту мы разорвали, а получив в ответ неправедные обвинения в мятеже, решили уйти Вяткой на Чепцу. На своей земле нас бы в покое не оставили, а Кутафия я знаю давно, не раз бывал по торговым делам у него в Солдырском городке…