Воплощенные

– Давай с той, что похуже, – напрягся я. Его любопытство могло подождать.

– Джангаш созывает совет.

Я скривился. Вот ведь… двуличная змея!

– Тогда вторую. – Пришлось делать вид, что действия князя клана Сеймаров нисколько не беспокоят. Вряд ли Шинар поверит, но хотя бы промолчит.

– Аранар получил вестника от сына. Они идут к Черным камням.

Не скажу, что мне стало спокойнее, до них не меньше пяти дней пути, но среди всех остальных известий это можно было считать радостным.

Маркирер

В очередном сообщении от Ромио получил подтверждение: с ним идет огненный княжич. Это не нарушало моих планов, но добавляло им пикантности. Да и задача сына становилась интереснее. Лимео выглядел наиболее подходящим мужем для будущей нимеры. Так думал не только я, не зря же внук отправил его в Самар’Ин.

Я отложил бумаги, оглянулся посмотреть на солнце. Оно стояло высоко в небе.

Сегодняшнее утро можно считать спокойным. Дело к дневной трапезе, а меня еще никто своими проблемами не беспокоил.

Удача тут же решила отвернуться от меня, явив свое недовольство стуком в дверь.

Получив разрешение, в кабинет вошел помощник. Как всегда угрюмый. Если бы не его незаменимость и ловкость, уже бы давно сменил. Но Рахин умел то, что трудно давалось другим.

– Мой князь, – чуть склонив голову, что у него означало глубокое почтение, обратился он ко мне, – получен вестник из Вольных земель. Князь Вир Лаер просит его принять.

– Как считаешь, зачем?

Тот не раздумывал ни мгновения:

– Пустынники зашевелились. Прошлый сезон дождей был коротким, а это лето жарким. Песчаные ветры убили пастбища. Вот они и лезут набегами, словно границы не для них.

Не проклятых это было дело, воплощенные должны были защищать людей друг от друга, но я, как и сотни лунаров назад, продолжал следить за тем, что происходит на Вольных землях. Кого-то поддерживал, кому-то помогал быстрее уйти за грань. И в знак благодарности – я одним из первых среди ансаиров начал торговать с вольными, так что цены на торжищах имели для меня значение. Лерикан менялся, мне нравилось следить за этими изменениями, влиять на них.

– Будет просить воинов?

Тот кивнул.

– Что предложит взамен?

– Оружие. Его земля славится рудой и оружейниками. Мы его мечей не покупали, своих хватало, а Сомей заказывал.

– Так чего ж он к нему не подался?

Рахин развел руками. Такое редко, но случалось и с ним.

– Сообщи, приму после трапезы. – Тот опять кивнул, но уходить не торопился. – Что-то еще?

– Мой князь, – несколько замялся он, – по крепости ходят слухи…

От такого вступления ничего хорошего ожидать не приходилось.

– И какие же слухи ходят, что вопрос у тебя в глотке застрял? – не сдержав рык, уточнил я.

Помощника это не напугало. Привык за столько лунаров, что служит у меня.

– Говорят, что вы с вольных князей пример хотите взять и жениться.

Я, зверея, поднялся из-за стола:

– Кто говорит?

Рахин вроде как и смутился, но вышло это у него весьма дерзко:

– Воины говорят.

– Найди мне Хартиша! – Гнев я уже не сдерживал.

– Он в нижней крепости, мой князь. Уходя, сказал, что к лекарю пошел за настоем для вас.

– Так он еще ранним утром туда ушел!

– Еще не возвращался, – пожал он плечами. – Послать за ним?

Считают, обложили, хитрецы, как тварь неразумную! Вот только о девчонке кто из них подумал?! Ей скоро шестнадцать, но лунар-другой… разве это имеет значение, когда мне уже за шестьсот перевалило!

Глупцы! Я изо всех сил себя останавливал, чтобы разгоревшейся страсти не потакать да беды не наделать, они же…

Если бы я не допускал, что прав Хартиш, а не я, не сказал бы Рахину:

– Отправь гонца в дом лекаря. Скажи, на трапезу приду. И пусть, что на мой стол готовилось, им отнесут. – Дождался, когда он уйдет, произнес в пустоту: – Если с ней что случится, ни одному из вас не жить.

Веран выступил из густой тени в углу. До этого мига я его не ощущал рядом с собой, хоть и точно знал, что он там.

– С ней Ким, мой князь.

– Я предупредил, – повторил я свою угрозу.

Их попытки подтолкнуть меня к решению оставляли двоякое впечатление. Вроде и были приятны – оказывается, кому-то ты дорог, раз заботятся, но я слишком привык быть сам по себе.

Предательство навсегда избавило меня от иллюзий. Любое существо, которому я позволял приблизиться к себе, становилось для меня опасным.

– У меня есть просьба, мой князь.

Я мог скрыть удивление, но не стал. Пусть полюбуется, насколько изумили меня его слова.

– Говори! – разрешил я, когда молчание начало походить на пытку.

– Нам не помешали бы еще воины огненных. Пара воплощенный-ансаир более слаженна, чем два ансаира.

Не скажу, что его слова прозвучали очень уж неожиданно, я и сам подумывал о чем-то подобном, заметив, как дополняют друг друга телохранители. Но вот говорить об этом с Аранаром…

Впрочем, а почему и нет? Сына его я в обиду не дам, он это знает. Даже если Круг решит выступить против нас, в Жароси ему будет надежнее, чем в Огрии. И не только ему.

Себе я доверял больше, поэтому предпочитал, чтобы та троица, которая сейчас бредет по лесам, находилась поближе ко мне.

– Я подумаю, – отрезал я, поднимаясь из-за стола. – А пока ты должен помнить, что из нас двоих она должна остаться жить в любом случае.

Веран глубоко поклонился и только намерился опять исчезнуть с моих глаз, как в кабинет с веранды ворвался Раст.

Сердце оборвалось.

– Мой князь, Тай…

– Что Тай?! – резко выдохнул я, готовый растерзать воина, но добиться связного объяснения.

– Он подходил к Леде, разговаривал с ней.

– О чем?!

– Спрашивал, кто она и как попала к ансаирам, давно ли здесь, не обижает ли ее кто.

– Что думаешь? – Я повернулся к Верану.

– Или мы ошибаемся, и за пять лунаров из ребенка сделали хорошего крейза, или сработали слухи, и самах начал искать пути к вам, мой князь.

В пятнадцать я только начал учить Ромио, но у него были хорошие задатки. К этому моменту он уже и сам неплохо владел оружием. Но мне еще не доводилось слышать, чтобы крейза натаскивали с десяти. Слишком малы, не хватает выносливости. Если не лишить всех потребностей…