Вороньи крылья

— На мой народ яды не действуют.

Бедная змеевладелица как стояла, так и уселась на пол. Демоны, они кого угодно впечатлят выражением лица. Даже впечатляющих ведьм. Нашла коса на камень. Марина опять хихикнула, бросилась поднимать ведьму на ноги и поймала себя на мысли, что как-то подозрительно часто хихикает. И вообще, ей стало весело-весело. Была бы музыка, уже бы танцевала. Может и не в такт, зато вдохновенно.

— А я отравилась сливой, — заявила девушка в пространство. — Бедная змеючка. Надо позвать ветеринара.

Змею хотелось найти, подобрать и проверить не пострадала ли она.

А потом Марина вспомнила, неожиданно для себя. Уронила поставленную на ноги ведьму и полезла в сумку. Ей очень нужна была книга, найденная в изуродованном городе. Немедленно. Иначе произойдет что-то плохое. Метеорит на землю упадет, например. А Брюсов Виллисов в этом мире не предусмотрено. Такое вот невезение. Фальшивых богов полно, а Брюса Виллиса нет.

— Не бывает рыжих слив, — сказала сидящая на полу ведьма, но ни Марина, ни Илиен не обратили на нее внимания.

Девушка выкидывала из сумки вещи, удивляясь, откуда оно все взялось. А демон их ловил, и складывал в аккуратную кучку. И все молча, не обращая внимания на неадекватную хозяйку дома, начавшую рисовать на полу карикатуру.

Книга была найдена спустя века. Марина нежно прижала ее к груди, вызвав ревнивый вздох Илиена. Пролистала до середины, отстраненно отметив, что происходит что-то странное. Раньше можно было пролистать всего десяток страниц, кажется. А может это был сон. Или сон то, что происходит сейчас?

— Месть, — опознала девушка незнакомую закорючку в круге. — Ветер, — знакомый клыкастый символ был вписан в треугольник. — Начало, — еще один треугольник. — Пленница, — квадрат, маленький и очень бледный. — Илиен, мы должны разбудить Спящую красавицу. Видишь, — Марина уверенно ткнула пальцем в квадрат. — Я свободная, а значит смогу. Все мои привязанности к семье, к тебе, немного к Дэнэену. Я даже ни к какому богу не привязана, я вообще неверующая. Точнее, верующая в творца, которому нет до нас никакого дела. Ты знал, что мне нежелательно ходить в храмы? К божеству можно привязаться, так же как и к артефакту. Стать оболочкой для его появления в мире. Безопасного для мира появления. Аватарой буду. Весело правда?

Демон покачал головой.

— Не знал, — удовлетворенно сказала девушка и улыбнулась, не понимая, что ее так обрадовало. — Не страшно. Я не верю в их божественность. Они и сами не верят. Но Спящую красавицу нужно разбудить. Тогда море станет теплым, и можно будет купаться. Здорово, правда?

Илиен подошел, посмотрел через плечо в книгу.

— Месть, — сказал хрипло.

— Да, — легко подтвердила Марина. — Глупо, правда? Перестать существовать только для того, чтобы усыпить божественную соперницу. Из-за мужчины, которому было все равно. Который вообще не замечал. Глупая она. Ревновать призванного к богине. Будто это богиня мешала ему ее увидеть. Хранящая превратилась в артефакт, богиня уснула, моря стали холодными, а светлых врачевательниц стали называть ведьмами.

— Да! — радостно заорала хозяйка дома и ее гости очнулись.

Марина удивленно посмотрела на книгу, та в ответ захлопнулась чуть не отдавив хозяйке пальцы. Илиен дернул себя за волосы, осмотрелся и мрачно произнес:

— Я ее убью.

— Мать ураганов? — угадала сидящая на полу ведьма, переставшая рисовать карикатуры из жизни богов, ревнивых дур и глуповатых призванных. — Она богиня!

— Мне все равно, — уверенно сказал демон. — Никто не смеет контролировать мое тело и влиять на разум.

— А тебя не она контролировала, дурень, — светло улыбнулась ведьма, как маленькому мальчику, любимому внуку. — Ты сам. Слишком внимательно слушал, что шепчут твоей избраннице. Нехорошо подслушивать то, что для тебя не предназначено. Если не перестанешь, однажды лишишься хвоста.

Снегуркин братец только фыркнул. Совсем по кошачьи.

— Я ее не пущу, — сказал немного подумав.

— А тебя спрашивать не будут. Ни она, ни Мать ураганов, ни ее дети. Ты хотел дать девочке силы достаточной для защиты от этого мира. Так радуйся, она ее получит.

— Если выживет.

— А ты на что? — весело спросила ведьма и подмигнула. — Береги девочку, помоги ей дойти и получишь то, на что так надеялся.

Прозвучало очень жизнерадостно. Илиен даже глаза закрыл, словно видеть веселящуюся ведьму было выше его сил.

— Нет, — сказал, как отрезал.

А Марина поймала себя на том, что последняя фраза ведьмы ей почему-то не нравится. Было в ней что-то неправильное, что-то для нее обидное. Но вот что именно, понять девушка не могла. Голова плохо соображала.

— А теперь, собирайте свои вещи и уходите, — велела ведьма и одарила демона недовольным взглядом. — И не смей больше приносить в чужие дома ту гадость, которую прячешь на груди.

Марина мгновенно забыла о неуловимой неправильности и удивленно посмотрела на Илиена. На груди он прятал медальончик, симпатичный серебряный кругляшек на кожаном шнурке. Ничего другого вроде не было. И на тебе, ведьма обнаруживает гадость.

— Илиен...

— Я не могу сказать, дал слово.

Девушка вздохнула. Данное кому-то слово демон вряд ли нарушит. Но любопытно же.

— Оно хоть не опасное?

— Теперь нет, — тепло улыбнулся Снегуркин братец.

Значит, раньше было, поняла Марина. И зачем оно ему?

— Ой, а мое лицо? — опомнилась девушка.

На лицо посмотрела ведьма. Внимательно. Потом ощупала, зачем-то понюхала и улыбнулась, став похожей на Бабу Ягу, заманивающую доверчивого Иванушку.

— Все в порядке с твоим лицом, — сказала добродушно. — Поплачешь, и вместе со слезами уйдет краска.

Вот те на, мысленно восхитилась Марина. Возьми и поплачь на ровном месте.

— Илиен, нам нужно купить лук. Много лука.

Неплохая ведь идея.

— Больше в храмы мы не пойдем, — сказал демон, когда дверь ведьмового жилья захлопнулась за гостями. — Эти... — он замолчал, словно подбирал эпитет пообиднее, но не хотел материться. — Боги, — выдохнул, наконец. — Заставляют людей делать то, с чем сами могли бы справиться мгновенно. Если бы попытались.

— О, — сказала Марина.

Она, если честно, не поняла, чего именно от нее хотят. Какая еще Спящая красавица? Даже не сказали, где ее искать. Или она сама по дороге попадется рано или поздно? И что с ней потом делать? Заставить Илиена поцеловать постороннюю тетку? Или самой попробовать? Вдруг она нетрадиционной ориентации.