Воронья душа

— Запомни, мне плевать, что ты там о себе возомнила! Ты забрала у меня Катарину и вместе с ней вырвала мое сердце из груди! Ты обычная потасканная девчонка, не нужно строить из себя недотрогу! Роди мальчика, и мы забудем дорогу друг к другу! — Он кусал мою грудь, целовал шею, и все это было так противно, словно меня окунули в бочку с коровьим навозом.

…Дерек ритмично двигался, вжимая меня в холодную стену, а когда все кончилось, он опустил меня на ноги. На моем лице не было эмоций, но во всем теле пульсировала боль, а на моих внутренних бедрах алели пятна крови. Дерек заметил это и был сильно удивлен.

— Ты раньше не была с мужчиной, верно? — тихо спросил он.

Опять этот тяжелый проклятый взгляд!

Я отрицательно покачала головой и, обхватив себя руками, попыталась отступить назад, но стена не позволила.

— Черт, — кратко и сухо выругался он. Кажется, леди Сульвай не успела рассказать ему. Дерек попытался убрать волосы с моего лица, но меня тряхнуло так, что я едва удержалась на ногах. Он резко убрал свою руку. — Извини. Я не знал.

— Если бы знал, что-то изменилось бы? — Я посмотрела на него испуганными пустыми глазами и, указав пальцем на дверь, продолжила ровным тоном. — Убирайся. Я ненавижу тебя.

— Твое право. Это был не я, но алкоголь и эмоции… Ты красива, но твой характер и то, как ты одеваешься… Запомни: ты — моя жена и не должна провоцировать других мужчин своим телом. — Говоря все это, он приводил себя в порядок и словно не желал смотреть в мою сторону.

— То есть сейчас ты, таким образом, присвоил меня себе? — На моих губах появилась кривая улыбка. — Побоялся, что кто-то опередит тебя? Не переживай, я лучше, чем ты думаешь, и под первых встречных не ложусь, как ты мог заметить. Мой первый раз должен был быть особенным, а не таким… Вовсе не таким!

— Я извинился.

— А теперь уходи. Я хочу спать.

Хлопнув дверью, мой муж ушел, и пусть ему было не по себе, но обращаться со мной так непозволительно, даже на эмоциях.

Метка на моем животе пылала и пульсировала.

Надеюсь, наш ребенок не был зачат в эту ужасную нелепую первую брачную ночь.

Глава 22

Выйдя из покоев жены, Дерек, шатаясь, медленно направился в свои. Увы, шагать пришлось долго: огромные королевские покои находились на другом этаже, в самом дальнем конце коридора, подальше от чужих глаз.

Все произошедшее в комнате Сильвии казалось королю бредом его воспаленного мозга, фантазией его пьяной души. А он был настолько пьян, что ему ничего не стоило увидеть в Сильвии его дорогую Катарину, иначе, он ни за что не смог бы взять ее. Лишить ее девственности… Дьявол, она оказалась девственницей! Ну не смешно ли?

Вспомнив об этом факте, Дерек рассмеялся, и его смех наполнил высокие каменные своды дворца и продолжил его длинным эхом.

Сильвия была невинна! Как ей удалось остаться нетронутой, если во дворце ее родителей все, даже самые низкого положения служанки, предавались утехам со всеми, кто их пожелает? Не они ли заманивали в свои сети многих калдвинских купцов, но не ради драгоценных камней и дорогой парчи, но ради животного удовольствия? Он, Дерек, был настолько уверен в своей правоте насчет невесты, уже жены, что не удосужился спросить у матери о результатах ритуала.

— Какое крепкое в этот раз попалось вино… Я чертовски пьян! — пробормотал король, закрыв лицо ладонями.

Его голова была настолько тяжелой, что он мог бы лечь здесь, прямо на холодном полу и спать, как медведь зимой.

Отняв ладони от лица, Дерек машинально взглянул вниз и обнаружил, что штаны его свадебного зеленого наряда едва держались на его бедрах: он совершенно забыл завязать тесемки. Хохотнув, король принялся приводить штаны в порядок, но пьяные пальцы не слушались его.

Это все удивление. Это все Сильвия и ее тайна. Она могла рассказать ему… Должна была рассказать! Он ведь не чудовище, не лесной зверь, чтобы вот так насиловать ее, прижав к стене, как последнюю шлюшку дешевого борделя! Если бы он знал, что его жена была нетронутой, он постарался бы сделать все медленно, с расстановкой. Как он делал это с Катариной. Ведь даже несмотря на то, что Сильвия не была его возлюбленной и что он не желал иметь с ней ничего общего, насилие и насильников он презирал. Но красноглазая демонесса, по случаю его супруга, заставила его стать одним из тех, кто пользуется женской слабостью… Стать этим проклятым демоном Дариэлом, который изнасиловал более десятка девушек Калдвинда… И Катрину.

— Дитя мое, ты в порядке? Выглядишь просто ужасно! — вдруг, как сквозь густой туман, услышал Дерек.

Это был женский голос, принадлежащий какой-то старушке.

Открыв глаза, уже успевший заснуть на ходу, Дерек увидел перед собой низенькую старую женщину, одетую в опрятное, но старое платье. На голове старушки красовался черный с красными и желтыми узорами платок, в руках она держала довольно толстую парку и опиралась на нее всем своим весом. Глаза незнакомки странно блестели, словно в них были спрятаны миниатюрные факелы.

— Сынок, да ты пьян! Дай-ка я провожу тебя в твои покои, — ласково сказала старушка королю, словно не узнав его, или даже не подозревая о том, кто стоит перед ней.

— Я выпил, да… Помощь мне не помешала бы… — промямлил Дерек, но затем его губы расплылись в добродушной улыбке. — Но, бабуля, вряд ли ты можешь помочь мне. Ты такая маленькая, а я высокий и тяжелый.

— Милок, ты не смотри на мою внешность и старость! Знаешь ли, мои руки натруженными тяжелым трудом, и я даю слово, что доведу тебя, а еще и уложу в кровать, как родного внука! Только подумай, как расстроится твоя бедная матушка, если увидит тебя таким! — Старушка решительно схватила руку Дерека, перекинула ее через свою шею и на удивление быстрым и твердым шагом потянула пьяного короля за собой.

— Слыхала, у тебя себя свадьба? — спросила по дороге старушка.

В ответ ей послышалось нетрезвое мычание: Дерек почти уснул, но машинально переставлял ноги.

— И первая брачная ночь уже была? — допытывалась добрая незнакомка.

— Да какая ночь! Вон еще только закат… — еле шевеля языком, все же нашел в себе силы ответить Дерек. — Сильвия ненавидит меня… Зуб даю, я обидел ее… Незаслуженно! Как последний кретин! Насильник! — Он сжал кулак свободной руки и приложил его ко лбу.

— Милок, сейчас я уложу тебя, и спи, а то разбушевался совсем, — с широкой улыбкой, открывающей ряд зубов, на редкость здоровых, сказала старушка. — Ты ведь не знал, что она никогда не была с мужчиной, не так ли?

— Откуда мне было знать? Она Росси! А эти Росси известны своей похотью! Как и все эти проклятые демоны! — пробурчал Дерек. Он уже давно перестал заботиться о том, чтобы старушке не было тяжело тащить его: его разум был помутнен вином.

К счастью, милая старушка оказалась настолько выносливой и сильной, что с легкостью почти несла на своей шее здорового дюжего взрослого мужчину.