Воровка

И также она должна задать самый страшный вопрос, который беспокоит ее больше всего: Сколько ему осталось? Конец будет плохим? Вы уверены, что сделали все возможное?

Доктор Манелло положил руку на ее плечо и чуть сжал.

– Все будет хорошо. К тому же, ему полезно сменить обстановку. Сейчас Элена звонит Эрику, и как только он устроит все, вас отвезут.

Сола сосредоточилась, уходя от того, что ее пугало, к вещам, которые она могла контролировать. Будет время, она будет сильнее для сложного разговора.

Возвращайся домой и успокойся, сказала она себе.

– Вы дадите мне лекарства? – Она прокашлялась, чувствуя ком в горле. – Или мне нужно заехать в «CVS»?

– Мы все дадим. Не беспокойся.

Доктор был верен своему слову: спустя полчаса приехал Эрик на «Рендж Ровере» и Соле выдали пузатую сумку с таблетками, подробными инструкциями и перечнем телефонных номеров для связи. А потом Эссейл самостоятельно покинул комплекс, отказавшись от помощи медперсонала, его кузена и даже ее.

Для него, очевидно, это был вопрос гордости, и когда он, высоко вскинув голову и стиснув челюсти от прикладываемых усилий и концентрации, шел вперед, у нее навернулись слезы на глаза. Но Эссейл самостоятельно добрался до парковки и сел во внедорожник, ни разу не споткнувшись, не упав и не попросив помощи.

Большой Блондин снова выступил их сопровождающим, и когда Сола устроилась на заднем сидении рядом с Эссейлом, он улыбнулся ей с переднего сиденья.

– Рад снова видеть тебя. Хорошо, что при иных обстоятельствах.

– Я тоже. – Она посмотрела на Эссейла и попыталась унять беспокойство из–за его бледности и истощенного вида. – Я рада возвращаться домой.

А потом они поехали. В этот раз она не обращала внимания на череду ворот или странный туман. Она была занята, наблюдая за Эссейлом.

Отдохнув после усилий, он, выглянув в окно, обрадовался как ребенок… и она пыталась попасть на волну его эмоций. Печальная правда, заключавшаяся в том, что они везли его домой умирать, была слишком тяжела для ее осознания… настолько, что ей хотелось развернуть автомобиль и вернуться в клинику.

Боже, эти качели так изнуряли, подумала она. В одно мгновенье она с нетерпением ждала возможности вернуться домой, в следующее хотела рвануть назад к медикам… одному Богу известно, какая мысль посетит ее в следующую секунду.

– Посмотри на снег, – воскликнул Эссейл, когда они выехали на главную дорогу. – Столько насыпало.

Лицо Эссейла лучилось ребяческим восторгом, и он подался вперед на сидении, сосредотачиваясь на свете фар и дороге. Когда он протянул руку назад и похлопал по сиденью, она не сразу поняла, что он делает… пока их руки не соприкоснулись, и он не взял ее ладонь.

Закрыв глаза, Сола откинула голову назад, ощущая затылком небольшие ямы на дороге, поток воздуха в ее лодыжки из обогревателя и тепло его руки.

Не знаю, как это сделать, подумала Марисоль. Я не знаю, как…

– Мы на месте!

Сола встряхнулась и оглянулась по сторонам. Они заехали на подъездную дорожку к дому Эссейла, его стеклянный особняк светился впереди… словно он знал, что хозяин, наконец, вернулся домой.

Когда они объехали дом к гаражам, средняя дверь с треском поднялась, и Эрик заехал внутрь. Никто не сдвинулся, пока панели не опустились на место… и когда тяжелые секции коснулись пола, они синхронно вышли из машины.

Эвэйл открыл дверь в особняк, его лицо было обнадеженным и напряженным.

Эссейл отказался от помощи и, не переставая улыбаться, подошел к кузену.

– Скучал по мне?

Эвэйл спустился по невысоким ступеням и подошел к нему, широко раскинув руки, чтобы обнять родственника. Они тихо обменялись словами, и Сола отвела взгляд, уважая их право на личное пространство.

– О, Боже, кто это там готовит? – воскликнул Рейдж.

Сола сделала глубокий вдох, и да, уловила запах волшебной стряпни ее бабушки.

– Моя вовэ, – ответила она. – Она у плиты.

– У нее талант от бога.

– Не могу не согласиться, – ответила Сола, когда Эссейл жестом попросил ее подойти.

Они рука об руку миновали чулан и вышли в кухню. Ее бабушка не оторвалась от кастрюли с длинной ручкой.

– Помойте руки, – приказала она хриплым голосом. – Пора за стол.

В этом ее вовэ… она выражала любовь поступками, а не словами. И Сола улыбнулась… особенно когда увидела стол, накрытый на пятерых, а тощий паренек, которого она запугивала пистолетом, наливал воду в стаканы. Он выпрямился, посмотрев на Эссейла, а потом побледнел так, словно собирался упасть в обморок.

– Маркус, – пожурил его Эссейл. – Давай сдержим эмоции. Я дома и со мной все будет в порядке.

Сола закрыла глаза, напоминая себе, что для него, наверное, это лучшая модель поведения. Позитивный настрой – это хорошо.

Эссейл подошел к молодому мужчине и обнял его, а потом Рейдж показался у входной двери.

– Как бы я не хотел остаться, но мне пора, встретимся позднее. Берегите себя и звоните, если понадобится наша помощь.

– Обязательно, – пообещал Эссейл, подойдя к раковине, начиная мыть руки. – Как всегда, спасибо за вашу помощь.

– Заметано.

Мужчина махнул им на прощание и скрылся в ночи. Похоже, за ним кто–то приехал, подумала Сола.

– Ты уверен, что ему не стоит подождать здесь? – спросила она. – На улице очень холодно.

Эссейл покачал головой.

– С ним ничего не случится.

Блюда с едой достали из духовки, где они грелись, и сильные руки вовэ поставили формы на стол. А потом Эрик и Эвэйл помыли руки возле раковины в другом конце кухни и уселись за стол как два прилежных школьника в ожидании ланча. Маркус присоединился к ним, и Эссейл подвел Солу к свободному месту, отодвинув для нее стул.

Примерно в это время бабушка перестала двигаться и остановилась, просто смотря на Эссейла. Выражение ее лица было застывшим, но глаза – нет. Они скользили по Эссейлу, отмечая… ничего не пропуская.

Подставив стул Солы, он замешкал.

– Садись, – сказала ее вовэ, указывая во главу стола. – Сейчас тебе нужно хорошо питаться.

Эссейл покраснел, но выполнил приказ, опустившись на стул. А потом бабушка Солы подошла к нему с серьезным видом. Запустив руки к затылку, она сняла тонкую золотую цепочку с небольшим медальоном.