Воровка

Позади нее сопел Стритер. Но ему полезно поупражняться… а если он умрет, то она оставит его на месте, пусть его найдут по весне.

– Стритер, расскажи мне, почему?

– А? – выдохнул он.

Остановившись, она повернулась. Он был в десяти футах от нее, и когда приблизился, она увидела его раскрасневшееся лицо.

– Почему ты решил, что я убила ее?

Сначала он отдышался, и уже потом ответил:

– Д–д–джимми звонил мне. Его брат… коп…

– Джимми – это тот охранник из галереи?

– Ага. – Он опять сделал несколько вдохов. – Он сказал, что забирал получку… а ты была в офисе Эдуардо… и он видел, как туда зашла Марго. А вышла… жутко злая.

Витория улыбнулась, хотя радости не чувствовала. У охранника есть брат в полиции? Черт возьми.

– Могу заверить, если что–то и случилось с этой женщиной, то я тут не при чем. Пойдем, надо двигаться.

* * *

В Сокровищнице Святилища, Вишес уверенно стоял на полу в своих ботинках, одной рукой упершись в мраморную стену, а другой прижимая любимую женщину к своим бедрам. По ощущениям казалось, словно он одолел болезнь, редкий вирус человеческого гриппа, который перекинулся на расу вампиров и постучался в дверь его иммунной системы. Симптомы исчезли, и он чувствовал себя обновленным, вокруг и внутри него словно падали звезды как в диснеевских фильмах, сияла радуга и недалеко маршировал табун единорогов.

– Я не хочу отпускать тебя, – сказал он.

– Ты наверняка устал держать меня на весу.

– Нет. – А если и так, ему все равно. – Но тебе, наверное, неудобно.

Он плавно опустил Джейн на пол, и они посмотрели друг на друга.

– Похоже, я получил ответ на вопрос, который не хотел задавать, – пробормотал он.

– Что за вопрос?

Ви изучал ее лицо взглядом.

– Я беспокоился о том, будешь ли ты рядом после ухода моей матери. Ну, будет ли работать ее магия или что это было. И она работает.

– Да. – Ее улыбка ослепляла. – Я все еще здесь.

Когда слезы подступили к его глазам от переизбытка гребаных эмоций, Ви захотелось выколупать их чайной ложкой из глазниц.

– Не представляешь, как я рад, что никто не видит меня таким.

– Твои братья любят тебя.

– Я тоже их люблю. Но когда дело доходит до такой хрени, я хочу видеть в своей песочнице только тебя.

Она подалась вперед.

– Значит ли это, что мне не придется ни с кем сражаться за возможность поиграть с твоими игрушками?

Он вмиг стал серьезным.

– Именно это и значит. Ты же понимаешь это?

– Да, понимаю. – Она погладила его по лицу. – Правда.

Он улыбнулся. – И раз уж мы заговорили об этом, можешь вставить комментарий в духе «У моего грузовичка Тонка большой ковш, поиграй с моей палкой»?

– Не вопрос.

Засмеявшись, они какое–то время переговаривались, и это было так офигенно – чувствовать себя нормальным… ну, если это применимо для призрака и вампира.

И по этой теории, с кем еще они могли быть «нормальными»?

– Вернемся на Землю? – спросила Джейн, натягивая штанину. – Все, должно быть, беспокоятся.

– Да. Конечно. – Но когда он застегнул ширинку, а Джейн надела второй ботинок, никто из них не сдвинулся с места.

Чтобы убить время, Ви окинул взглядом ларцы с камнями.

– Знаешь, я ни разу не был здесь до этого.

– Все эти драгоценности – нечто невообразимое.

– Это богатство расы.

Она покачала головой.

– Как они оказались здесь?

– Хрен его знает.

– Ты видел револьверы? – Она указала через плечо в сторону антикварного оружия. – А здесь что хранилось?

Нахмурившись, Ви подошел к мраморной стойке, которая сейчас была пустой. Что–то лежало на бархате, в середине виднелись очертания прямоугольника.

– Что за чертовщина? – пробормотал он.

– Ви, ты хромаешь. Думаю, мне нужно проверить твою лодыжку.

Он оглянулся через плечо и спросил, прикрыв глаза:

– Проведем внутренний осмотр?

– Тебя или меня?

– Обоих.

Джейн рассмеялась и встала рядом с ним перед пустым ларцом.

– Странно, да?

– Здесь лежала книга. Готов поспорить, что книга. Хотя на ларце нет обозначений.

С другой стороны, здесь не было маленьких медных табличек с информацией о каждом экспонате и откуда он взялся.

Но пофиг. Не его проблема. Вполне вероятно, что его мамэн нашла в этой книге запятую в неположенном месте и спалила весь фолиант в приступе ярости.

– Пошли, моя женщина, – сказал он, увлекая Джейн в свои объятья. – Вернемся в земли живых. В настоящий момент мои братья, без сомнений, уже начали поисковую операцию.

Джейн улыбнулась ему, а потом он перенес их на другую сторону, к дверям особняка. И когда они зашли в вестибюль, и он подставил лицо под камеру, он не выпускал Джейн из своих рук.

Фритц начал открывать дверь, но Ви закончил за него, толкнув массивную дверь, помогая престарелому доджену широко распахнуть ее…

И да, все Братья расхаживали по фойе, вооружаясь с таким скорбными рожами, будто собирались отправиться на его поиски до самого рассвета, зная наперед, что уже слишком поздно.

Все взгляды обратились в их сторону, и на знакомых лицах отразились удивление и шок, со всех сторон послышались восклицания.

Чтобы подытожить, он лукаво ухмыльнулся.

– Я вернулся, сучки… скучали по нам?

Послышались крики, а потом народ начал подходить к ним, обнимая и произнося всякую чушь, от чего при обычных обстоятельствах он бы издергался. Но не сегодня ночью. Не сегодня. После всего, что они с Джейн пережили, и, учитывая все, что он потерял и обрел, ему хотелось быть ближе к своей истинной семье, к этому мгновению, к этому месту в его жизни, в котором он оказался. Конечно, война – та еще сука, будущее было туманным, и повсюду таились опасности, но раз Джейн с ним, а его братья и бойцы здесь и рады его видеть? Он мог думать лишь о том, что все будет отлично.

Когда Фритц объявил, что всем пора собраться для Последней Трапезы, а братья отправились к бару, чтобы отпраздновать, Вишес обнял Джейн и поцеловал.

Наклонившись к ее уху, он прошептал:

– Я хочу вторично окрестить нашу спальню.

– Я – за. Как долго мы должны высидеть?

– Ужин, без десерта.

– Договорились.

Ви следовал за толпой в бильярдную, когда что–то заставило его оглянуться через плечо.

Лэсситер стоял в дальнем углу фойе, с мрачным лицом и напряженным взглядом. Не было в его ауре радости и веселья. Как и смеха.