Война кланов

А теперь, выйдя из уютного света ламп, мне пришлось окунуться в лунное серебро темной ночи.

Деревья, подходящие к замку вплотную, казались в свете моих новых, теперь уже вечных, способностей, сине-зелеными. Будто сейчас был пасмурный день, когда тени становятся глубже и таинственней, а цвета бледнее и насыщенней.

Серебро луны смотрело на меня из каждого листика, оно отражалось в мрачной громаде камней, таинственно мерцая искрами, оно лилось с неба ясным, чистым потоком, подчеркивая любую, даже самую мелкую и незначительную деталь.

Все это выглядело чертовски непривычно.

И цвета, столь же холодные, как моя кожа, и яркий блеск моего нового солнца. Солнца мертвых. Непривычным, странным и неправильным, хоть и безупречно красивым – таким все это казалось. Таким, какой теперь была я.

– Искупаемся, зефирка? – предложил Эш, прерывая мои немного унылые размышления.

Я кивнула в знак согласия.

Почему бы не искупаться, раз уж я могу себе это позволить?

В конце концов, несколько дней, которые я безвылазно провела в замке, посвящая каждую секунду свободного времени упражнениям, заслуживали хотя бы минуты приятного вознаграждения.

С места мы сорвались одновременно.

Эш оставался быстрее меня (еще бы, если вспомнить его возраст), но сейчас старался не обгонять, двигаясь рядом.

Мы проделали тот же трюк, какой он показал мне в нашу первую ночь.

Только сейчас ему не надо было опекать мое хрупкое человеческое тело, пусть и усиленное вампирской кровью.

Сейчас я могла все и сама.

Мне было немного страшно, ведь все-таки я еще не привыкла к своей почти полной неуязвимости. Хотя какой там немного – мне было мучительно страшно, но желание испытать эти ощущения еще раз перевешивало.

И потому, зажмурившись, я прыгнула.

Это оказалось непередаваемо!

Мое тело, словно само знало, что нужно делать. Сгруппировавшись, я перевернулась в воздухе так, будто была чемпионкой по прыжкам в воду и занималась подобным всю свою жизнь. Но теперь, по сравнению с первым разом, мои ощущения были более четкими.

Ночная прохлада ласкала каждый сантиметр моей кожи. Я ощущала, как ветер упруго бьет мне в лицо, я слышала тихий шум воды под собой, и я чувствовала рядом, совсем близко Эша.

До меня доносился круговорот запахов и звуков. Прелая листва, водоросли, острый хмель сосны и такой привычный аромат увядших цветов, металла и прохлады.

Эш.

Каким-то, даже не шестым, а десятым чувством я знала, что он смотрит на меня, смотрит с восхищением.

Воды мы коснулись вместе.

Сейчас, как и в прошлый раз, она не казалась мне холодной, а наоборот, была приятной температуры, словно я ныряла не в горное озеро посреди ночи, а в теплые ласковые волны моря знойным летним днем.

Оказавшись в воде, я чувствовала, как она упруго расходиться, пропуская меня. И лишь почти на самом дне, я, наконец, открыла глаза.

Эш белым призраком бесшумно плыл рядом со мной. Несмотря на чернильную тьму, я видела каждый сантиметр его идеального тела, каждую прядку его волос, что, следуя за волнами, светлым шелком струились вокруг его лица.

Все-таки он был возмутительно красив.

Так красив, что глядеть на него хотелось вечно, буквально наполняя себя каждой частицей его неземной красоты.

Хотя теперь и я ничем ему не уступала.

Большое зеркало, что стояло в спальне Эша, бесстрастно отображало мой новый облик вампира.

Бледная кожа без единого намека на морщины, правильные черты лица, какое-то общее, таинственное, очарование вида, густые и шелковистые волосы. И алые глаза – отражение моей новой сути.

Это была словно я и не я одновременно.

Исчезла маленькая горбинка на носу, безвозвратно ушли конопушки, так четко проявляющиеся по весне, и загар.

Теперь все во мне стало привлекательным.

И никаких изъянов, никаких, столь человеческих, несовершенств – внешний вид, способный заманить любого. Вид вампира.

На поверхность озера мы вынырнули вместе, хотя я чувствовала в себе силы провести под водой еще некоторое время. Интересно, а я могла бы утонуть? Умерев, я продолжала дышать, но не была уверенна, делаю ли это по привычке, или же потому, что так нужно.

Мокрые волосы облепили мое лицо, настырно пытаясь залезть в нос и глаза.

Я хотела откинуть их за спину, но Эш, оказавшись нестерпимо близко, опередил меня.

Нежным движением руки он убрал их так же, как убирал и в тот, первый, раз.

Отчего-то эта простая деталь теплом разлилась на сердце, согревая меня.

– Что скажешь, зефирка? – усмехнулся Эш, привычно ломая очарование момента. – Не зря я вытащил твое бледное тело из замка?

– Думаю, не зря. Это немного веселее, чем сидеть, заперев себя в четырех стенах, – спустя пару секунд размышлений призналась я.

Еще человеком я считала, что, если и может быть хоть что-то приятное в жизни вампира, так это вот такие моменты. Безумно быстрый бег по лесу, купание в кристально чистом, горном озере, прыжки с крутых обрывов… я бы не сказала, что все это стоило того, чтобы стать немертвой. Но каплю радости в вечность проклятого бессмертия все же добавляло.

Некоторое время мы плавали молча, и я удивительно быстро привыкла к тому, что могу оставаться под водой гораздо дольше любого человека, а видеть и слышать – куда лучше.

Теперь мне не надо было беспокоиться, что действие крови закончится, и все обернется судорогой, или еще чем-нибудь похуже. И только когда мне надоело плавать, я вылезла на берег, присев прямо на камни. Эш опустился рядом, и его мраморный торс влажно блестел в свете луны, а с волос капали мелкие брызги прозрачной воды.

– Что будем делать дальше? – спросила я, выжимая свой порядком промокший хвост.

– В идеале нам бы следовало научить тебя драться, зефирка, – мягко улыбнулся Эш. – Ты очень талантлива.

– В каком смысле? – не поняла я.

Вот уж чего-чего, а таланта во мне не было никогда

На мое ухо наступил не медведь, а, пожалуй, целое стадо слонов, и не думаю, что вампиризм смог бы это исправить. Единственное, что я умела делать вполне сносно, так это танцевать.

– Ты одолела Рамону, а она была почти совершеннолетним вампиром, – пояснил он, грациозно потянувшись. – Немногие бы так смогли.