Война

«Ускорение», активация.

Мои ноги замелькали столь быстро, что гравитация утратила власть надо мной. Я бежал по стене, минуя лужи крови и горы мёртвых тел, словно призрак, скользящий над полем битвы.

Может, я и двигался быстро для обычного человека, вот только притаившейся пантере среди трупов это не особо помешало. Она настолько стала для меня неожиданностью, что я едва смог увернуться от когтистой лапы, пронёсшейся в миллиметрах от моего бока.

Не удержавшись, я повалился на землю, покатившись кубарем по ней. Как только я понял, где верх, а где низ, то тут же вскочил, а вместе с тем обнажил ксифос. Вовремя. Хищница прыгнула, легко уходя от моей прямой атаки, врезаясь лапами мне в грудь и сбивая с ног. Благо доспехи выдержали. Ускорение ещё действовало, а потому я успел выставить вперёд руку, державшую меч и одетую в наручи, на которой тотчас же сомкнулись острейшие клыки. Причём она в это время пыталась лапами разодрать мне грудь.

— Да откуда ты тут такая взялась-то? — со злобой проговорил я, пиная коленом ей в живот. Таким образом я хотел перекинуть её через себя. Ну, или хотя бы скинуть, уж больно огромна.

Раздался пронзительный писк. Животное жалобно зарычало, отпрыгивая. Только тут до меня дошло, что это не она, а он.

— М-м. Прости, я думал, ты — это она, — я немного смутился. Животное тряхнуло мордой и прижалась к земле. Я вгляделся в его глаза и увидел, что они обычные. Какого хрена он тут забыл.

— Твою налево. Да ты наш нормальный! — воскликнул я на радостях, но обниматься, конечно, не полез. Убрав меч, я быстро послал ему мыслеобраз, так как на прямой контакт он не шёл, мол, мы не враги, а враги все, кто подчинён чужой воле. Хищник склонил голову набок и странно уставился на меня.

— Не знаю, что ты тут забыл, но прошу, не мешай. Я должен ей помочь, а лучше пошли со мной, поможешь.

Хищник кивнул. Если бы не общение с животным, я б точно кукухой тронулся.

— Даю слово. Спасём местную мамку формиков, и я поделюсь с тобой кристаллами для твоего «развития».

Сказав это, я убрал оружие и, развернувшись, побежал. Мне оставалось совсем чуть-чуть до главного зала, где жила матка.

Я ворвался в зал как раз вовремя — или почти вовремя. Две исполинские туши, покрытые густой шерстью с костяными наростами, защищавшими уязвимые места, возвышались над полем боя. В холке они достигали более двух метров, их клыки были не менее тридцати сантиметров, а морды превосходили шириной всё, что только можно было представить.

Эти чудовищные создания с яростью берсерков атаковали защитников королевы. Каждый их удар был смертоносным — формики разлетались в стороны, словно сломанные куклы. При таком темпе они достигнут своей цели уже через минуту, и тогда королеве конец.

Зал, к слову, увеличился раз в четыре с моего последнего визита. Хозяйка этого места тоже не отставала — она выросла до четырёх метров, её четыре крыла превратились в восемь, а регенерация творила чудеса: отрубленные мной ранее лапы чудесным образом восстановились. Более того, она выглядела ещё более чуждой и неестественной, чем прежде. Муравьи, конечно, отвратительные создания, но для них мы, вероятно, кажемся не менее мерзкими.

Пить эликсиры времени не было, быстрее было извлечь из пояса шприц и вколоть его содержимое в шею — куда удобнее, чем возиться с пеналом. Мои мышцы налились кровью и теми ингредиентами коктейля, что я вколол себе, наполняя их невероятной силой. По последним тестам, когда я перешёл на четвёртую стадию, шприцы давали прироста куда больше, чем эликсиры. Причём процентов на 15 превосходили зелья из экспериментального набора. С чем это связано, Олька, конечно же, не знала. Она вообще на многое нынче не давала ответов, аргументируя это тем, что я прототип и мои способности не изучены.

Вооружившись шпагой — меч был бы слишком короток, уступая даже их когтям, — я ринулся в атаку. Вот, значит, бегу я такой с намерением отсечь заднюю лапу урсусу. Да, это были медведи, «короли» леса. Мать их за ногу. Как они умудрились угодить под власть некого контроллера, не укладывается в голове. Мне казалось, уж кого-кого, а этих вряд ли кто возьмёт под контроль. Ан нет, вот рычат, зрачки покрыты белёсой пеленой. На разговор не идут. Ну вернёмся к моему намерению отрубить лапу.

Возможно, они и находились под контролем, но инстинкты оставались прежними. Один удар — и я отлетел в противоположную сторону. Давненько меня так не отбрасывало.

«Внимание, обнаружено внутреннее кровотечение. Запуск активной регенерации запущен автоматически», — промелькнуло перед глазами надпись во время полёта.

«Чёрт возьми, какие же сильные эти медведи! — пронеслось в голове, пока я пытался перевернуться в воздухе, чтобы приземлиться на ноги. — А я ещё думал, что моих сил достаточно, чтобы справиться со Стражами Гармонии!»

Новый рывок. На этот раз я был готов. Активация ускорения — глаза змейки вспыхнули белым светом, восприятие обострилось до предела. Снова попытка нанести удар со спины, чтобы лишить зверя подвижности.

Я попал — но лишь частично. Зверь успел убрать лапу в последний момент, и я смог лишь рассечь шкуру, вызвав обильный поток крови, залившей утоптанную землю.

Этого оказалось достаточным, чтобы привлечь внимание чудовища. Подчинённое существо взревело, встав на задние лапы. От мощи этого рыка, исходившего от самки, стены муравейника содрогнулись, словно испытывая предсмертные судороги. Я ощутил неподдельный страх — что, если эти сотни тысяч тонн земли обрушатся на нас? Никакой биокорп не спасёт от подобной катастрофы. Ппц, а как интересно рычит тогда самец? Нет, пусть лучше молчит.

— Тише ты! — прошипел я, обращаясь к монстру. — Совсем разум потеряла? Нас же заживо похоронит!

Поняла ли она мои слова или нет, осталось загадкой, но рычать прекратила — и за это уже стоило быть благодарным.

Опустившись на все четыре конечности, изменённое существо ринулось на меня, распахнув свою чудовищную пасть. Прямой выпад, нацеленный в глаз, она сумела избежать, но я предвидел этот манёвр благодаря обострённому восприятию. В последний миг клинок слегка изменил траекторию. Как бы быстро она ни двигалась, увернуться полностью не удалось. Кончик шпаги погрузился в глазное яблоко на добрых пять сантиметров. Урсус, проявив невероятную силу воли, сумела затормозить и отпрянуть, спасая себя от смертельного удара, который пронзил бы её мозг.

Увы, моя реакция оказалась недостаточно быстрой. Шагнув навстречу, я вместо того, чтобы пронзить мозг, отсек хищнице нос, чем лишь усилил её ярость.

— Пригнись, — раздался окрик из-за спины.

Инстинктивно подчинившись голосу Лео, я мгновенно присел. В тот же миг над моей головой промелькнул снаряд, вонзившись точно в кровоточащую рану. Медведица взревела с новой силой. Морду начало разъедать, куски шкуры и ошмётки плоти падали на землю, обнажая костяк челюсти. Урсус в агонии скрёб лапами, пытаясь избавиться от источника боли, но лишь усугублял своё состояние.

Любое другое существо подобное воздействие не просто остановило бы, а мгновенно убило. Но этот монстр лишь рычал и скалился, демонстрируя невероятную живучесть.

Внезапно меня озарило: эти звери, хоть и находились под контролем, в отличие от людей, испытывали боль. Мысль пронзила сознание: если уничтожить того, кто ими управляет, не вернётся ли к ним разум? Оставался лишь вопрос: где искать этого манипулятора?

Чудовище мгновенно переключило внимание на нового врага — двуногого, осмелившегося вмешаться в схватку и причинившего ему невыносимую боль. Стремительно сорвавшись с места, оно метнулось к Леонарду.