Война
Шрифт:
К тому времени, когда вернулись её соседки и Эрна, Вика успела выспаться. За окном уже было темно, и только свет масляных фонарей освещал гостиничный двор.
Глава 19
Нищенка-детоубийца, похоже, уже давно впавшая в безумие от пыток, через которые ей пришлось пройти, от голода и жажды. Её пересохший рот со сточенными во время дознания зубами чуть слышно хрипел словами, от которых попаданку, самую крутую имбу этого мира, пробрала дрожь.
– Ты придёшь… я знаю… убей меня… ты должна… ты здесь?… конечно… ты ведь добрая…
Не в силах дальше это слушать, Вика ударом в висок лишила детоубийцу сознания, а затем сломала ей позвоночник в районе шеи.
Каких-то предосторожностей, чтобы не оставлять следов своих действий, попаданка соблюдать не стала.
Никто тут не будет проводить дознание и выяснять, от чего умерла преступница. Имелись два разложившихся трупа, соседствовавших с нищенкой в одной клетке, теперь к ним ещё одно тело добавится и будет разлагаться, пока окончательно не засохнет до мумии — Вика на такие уже успела насмотреться.
Стремясь быстрее покинуть это мерзкое место, попаданка воспользовалась пространственной магией и оказалась, буквально, в нескольких шагах от "Золотой горы".
В гостиницу она зашла обычным способом через распахнутые двери. Всё равно в Скрыте никто её не видел и не мог задаться вопросом, откуда в полночь возвращается наёмница из охраны магини целительницы.
– Хольтер, да что с тобой сегодня? — самый молодой в компании аристократов, в котором Вика по высокомерным повадкам и подобострастию к нему его приятелей легко определила младшего виконта Чупера Шройтена, толкнул избитого ею козла в бок, отчего тот скривился от боли, — Придумай, давай, мне какую-нибудь забаву, виконт. Только не с гостиничными девками.
– Прости, я и правда себя сегодня плохо чувствую, — вымучено улыбнулся наглец, оказавшийся виконтом Хольтером, — Со вчерашнего всё никак не отойду.
– Так лечись же сейчас! — вскочил со скамьи с кубком в руке и тут же чуть не упал тощий прыщавый парень, одетый победнее своих товарищей, — На, выпей, и думай, как развлечь нашего лучшего друга!
Всего компания аристократов насчитывала пять человек, из которых самым старшим по возрасту как раз был Хольтер, видимо, поэтому игравший роль массовика-затейника. Ему явно уже стукнуло восемнадцать.
– Чупер, я пойду к себе в номер, развлекайтесь без меня, — он не обратил никакого внимания на протянутое ему вино.
Понятно, с отбитыми печенью и прочими причиндалами не до весёлой гулянки. Как он ещё умудрился столько времени дотерпеть за столом. Вид у жертвы Викиной злости был жалким, вот только у попаданки никакого сочувствия к нему не было. Скотина, она и в Африке скотина. И на Алернии тоже.
Вон, с каким страхом трактирные девушки обслуживают этот стол. Видать, забавы, которые придумывал Хольтер добротой не отличались.
Кроме молодых дворян в зале засиделись ещё две небольшие компании офицеров и магов наёмных отрядов. Но эти не шумели, а вели себя вполне прилично, хотя и выпили, очевидно, не мало.
Вика поднималась в номер в плохом настроении. Сама не понимала, что с ней происходит. Никогда она излишним гуманизмом не страдала — когда в гараже их байкерского клуба кто-то завёл разговор
о скопинском маньяке, Вика была среди тех, кто сетовал на отсутствие в стране смертной казни. Она искренне считала, что есть преступления, за которые надо расстреливать. И сейчас в её взглядах если что и изменилось, так только возможный метод изъятия жизни у того, кто её не заслуживает.Тогда почему же Вике жалко убитую ею нищенку? Когда детоубийца сидела в клетке, то с дороги казалась почти старухой, но при ближайшем рассмотрении оказалась Неллиной ровесницей. Что заставило почти девчонку так жестоко поступить со своими новорожденными детьми? В голове у попаданки царил сумбур, и очень хотелось эти мысли выкинуть на свалку.
– Три девицы под окном пряли поздно вечерком, — Вика пушкинскими строками поприветствовала соратниц, — Эрна, а ты чего на моей кровати устроилась? Флемм, что ли, выгнал? Я думала, что ты сейчас под его руководством усиленно историю Алернии изучаешь.
В гостиничном номере вместо сонного царства попаданка застала девичьи посиделки.
– Вот зря шутишь, Вика, — подруга, в отличие от Барки и Миоки, уже давно перестала реагировать на внезапное появление шефа из Скрыта, — Я ведь действительно из бесед с Флеммом каждую неделю узнаю больше, чем за всю свою прежнюю жизнь.
– Ну так, зачем тогда время терять? Нет, серьёзно, чего не спится-то? Мы в Ожеле оставаться не будем. Пусть не с самого ранья, но до полудня точно, поедем дальше.
– Жалко, что ты не стала слушать балладу о слепом виконте, — шмыгнула носом Барка.
– Ах, вот вы о чём тут трёте? Ну, это без меня, — усмехнулась Вика, — Тут я пас. Эрна, освободи моё место. И хватит на сегодня — успеете ещё дорогой наговориться.
Юнта под утро вернулась довольной, но очень усталой. Пришлось Вике подбодрить её исцелением.
– Говори по тише, — одёрнула попаданка, — Миока с Баркой ещё спят.
Рабыня понимающе кивнула и наклонила кувшин — помогала хозяйке умываться.
– Госпожа, знаешь, кого ты отдубасила? — восторженно пискнула служанка.
– Ах, говори же скорее, моя подруга, я в нетерпении! — Вика мысленно чертыхаясь пыталась стоя разместиться в бадейке так, чтобы вода не лилась на пол ванной комнаты. Вот что за уроды, трудно душ что ли сделать? Ладно там, в походах и путешествиях, но ещё и в гостиницах мыться из кувшина? Дурдом какой-то, — Когда я отучу тебя интриговать и тянуть резину, Юнта? Не знаешь? Говори по делу.
Распознав по голосу, что недовольство хозяйки, как это часто бывает, связано с отсутствием гигиенических удобств, но никак не завязано на промахи самой служанки, Юнта пропустила недовольство Вики мимо ушей.
– Ты только представь, госпожа, это не просто виконт. А наследник герцогства Эморского! Хольтер его зовут, — рабыня встряхнула кувшин, — Подожди. Давай вылью всё и ещё наберу… Он недавно прибился к компании Чупера Шройтена, после того, как с Баувером, наследником шройтенской короны разругался. И теперь крутит королевичем, как хочет. Чупер только думает, что сам решает, а на самом деле…
– Это королевский сынок сам тебе сказал, что он думает? — иронично спросила Вика, переступая через бортик бадьи на холодный дубовый пол.