Враг в зеркале

– Тайный агент Министерства безопасности Татьяна Соколова прибыла для дальнейшего прохождения службы, - отрапортовала она.

Вот это да!

– Как я тебе нравлюсь?

– У меня нет слов.

И это была правда. Я все ещё держал её за руку. За эти десять лет она успела расцвести в прелестную женщину.

– Я рада видеть тебя, Иван, - сказала она и осторожно отняла свою ладонь.

Да, вел я себя не лучшим образом.

– Неужели это ты, Таня?

– Как видишь.

– Нет, вижу я нечто другое. Сколько тебе было, когда я отсюда слинял? Лет пятнадцать?

– Пятнадцать.

Я все ещё смотрел на неё и не мог оторвать глаз.

– Неужели это ты, Танька-прилипалка?

– Помнишь все-таки... Я тогда, действительно, бегала за тобой, как сумасшедшая. Помнишь, ты грозил меня отшлепать? А потом эти десять лет! Ну, не будем об этом.

Она обошла меня и направилась к ближайшему столу. Гибко изогнувшись, она уселась на мое место.

– Я часто думала, кем же ты станешь? Знаешь, вообще-то я боялась об этом думать. Как вспомню, чем вы тогда занимались!..

– Удивить, к сожалению (может, и к счастью), тебя не могу. Год служил в армии, потом оттуда - в училище. Через три года попал на несколько месяцев в Чечню. Еще три года служил в Москве. А потом все надоело, написал рапорт, и вот я уже больше двух лет вольная птица, бизнесмен. Причем процветающий. Миллионов пока не заработал, но на жизнь и себе, и друзьям хватает.

– А детей у тебя много?

– Неужели я похож на обремененного семьей патриарха?

– Значит, развелся?

– Откуда ты взяла?
– удивился я.
– И не был никогда женат. А как обстоят дела на семейном фронте у тебя? Много у тебя детишек?

Она рассмеялась.

– Однако, грубо мы работаем. Послушали бы нас наставники, вот бы влетело. Спешу успокоить, мужчинами я не интересуюсь.

– Не верю!
– вдохновенно заверил её я.
– Хотя и приятно слышать.

– Почему это тебе приятно?

– Потому что люблю всегда быть первым.

Она окинула меня внимательным взглядом. Улыбнулась.

– А ты и был первым. Всегда.

– Я запомню, - сурово сказал я, и мы одновременно рассмеялись.

– Все же уточним наши роли, - предложила Таня.
– Как я поняла, мы с тобой, если не супруги, то давние любовники.

– Что-то вроде этого, - согласился я.

– Теперь решим, где ты будешь жить. У меня здесь двухкомнатная квартира. Отец умер, а мама уехала с Ленкой в Житомир. Помнишь мою сестру? Мужа нашла оттуда, представляешь? Так что, я думаю, смело можно использовать мои хоромы. Или у тебя другие предложения?

– Какие предложения? Правда, наша семейная квартира ещё цела. Сестрички писали, что, прежде чем отбыть, приватизировали её зачем-то. Ключ есть, но я так и не заходил. Не хочу бередить воспоминания.

– Понимаю, - тихо сказала она.
– А где ты ночуешь?

– В гостинице.

– Ладно, если обещаешь быть примерным мальчиком, будешь ночевать у меня. Поместимся.

– Обещать я могу, но, честно говоря, ты не очень-то верь мне.

– Ну, раз предупреждаешь, буду начеку.

И мы вновь рассмеялись.

– Надо работать, - заметил я после того, как мы стали серьезными. Работать надо, а в животе пусто. Может, сходим куда?

– Зачем? Ты думаешь, я не знала, что иду к представителю вечно голодного племени. И потом я помню, какой у тебя всегда был аппетит.

И она торжественно извлекла колбасу, сыр, какой-то салат в упаковке, пирожки.

– Пойду разживусь у ребят чайником. Ты вон какой большой, тебе есть надо. А ты ещё больше стал. Какой у тебя рост?

– Сто девяносто два на девяносто два килограмма.

– Ого! У меня сто семьдесять девять на семьдесят два. Ну я пошла.

Отсутствовала она недолго. Пришла, включила чайник в розетку, и мы перекусили.

Потом я закурил сигарету.

– Ты похож на сытого довольного кота, - заметил она.

– Да, - со вздохом согласился я, - сейчас бы бросить все, но надо работать. Привычная атмосфера моей канувшей было в Лету службы. Давай-ка снова накинемся на эти бумажки. Надо сегодня их основательно изучить.

– Слушаюсь, капитан!

– Бывший, бывший...

ГЛАВА 4

В РЕСТОРАНЕ "ЧАЙКА"

В девять часов я, наконец, сдал папки дежурному и позвонил Косте, чтобы сообщить ему об этом факте.

– Все усвоил?

– Усвоил.

– И не отвлекался?
– игриво поинтересовался он.

– Ты это о чем?
– спросил его я, и телефон сухо и коротко пожелал мне всех благ.

– А теперь, как и подобает влюбленным, закатимся в ресторан. Будем шумно праздновать, - сказал я Тане.

– Очень шумно?
– лукаво прищурилась она.
– Куда прикажешь идти?

– В самое шикарное и самое злачное место. Ты знаешь что-нибудь подобное?

– Найдем, - улыбнулась она и взяла меня под руку.

Мы прошли мимо притихшего обезьянника, попрощались с дежурным и, наконец, оказались под пасмурным небом этого хмурого вечера.

Я остановил проезжающую "Волгу". Сели. Вертлявый парень с длинными беличьими зубами, повернулся к нам и поинтересовался, куда везти.

– В "Чайку", - сказала Таня.

– О'кей, - согласился парень, вновь свернувшись к рулю.

Мы выехали на набережную. Гранитный парапет нависал над густой маслянистой водой. Пластиковые бутылки (может, поплавки, может, просто мусор), грязные пузыри, какие-то ошметки, ветки - все осталось позади

Ресторан "Чайка" оказался почти что плавучей ярко освещенной коробкой, украшенной лепниной и балкончиками, куда, возможно, выходили по ночам любители свежего воздуха.

Метрдотель приветливо принял мою десятидолларовую бумажку и провел нас к одиноко стоящему столику.

Мы сели. Огромный зал имел стеклянный, сейчас уже темный потолок. Музыка. Шумная "джаз-банда". Во всю веселящийся банкет. Редкие пары лихо отплясывали на площадке для танцев. Наверху, по галереям, словно ласточкины гнезда, тесно лепились открытые ниши, занятые столиками с любителями псевдоуединения.

– Может, туда пойдем?
– кивнул я наверх.

Таня неторопливо оглядела галереи и отрицательно покачала головой.