Вторая клятва

— Второе секретное собрание заговорщиков будем считать открытым, — торжественно сказал Джон, зажигая огарок свечи. — Главой этого собрания, а значит, и всего заговора назначаю…

— Вот только попробуй назначить себя! — промолвила Кэт, привычно уперев руки в бока.

— Ввиду сложности обстановки и абсолютной секретности происходящего главу назначать не будем, — тотчас пошел на попятную Джон. — Итак, главным вопросом сегодняшнего дня…

— Главным вопросом сегодняшней ночи, — поправил его Роджер. — Джон, слезай с коня, приехали. Давай послушаем, что Эрик придумал.

— Именно это я и хотел сказать! — раздраженно фыркнул Джон. — Вечно ты перебиваешь.

— Ты бы до завтра говорил, — заметил Роджер. — А после восхода солнца тут уже не будет так романтично и страшно.

— Я бы до завтра говорил, если бы ты заткнулся, — ехидно откликнулся Джон. — Просто чтоб успеть наговориться, пока ты вновь рот не откроешь.

— А ну, цыц оба! — прикрикнула на них Кэт. — Романтичность нарушаете! Давай, Эрик, рассказывай, что придумал про старую грымзу…

— Просто посмеяться над ней легко, — сказал Эрик. — Тут что угодно подойдет, и лучше всего — какой-нибудь запоминающийся мусор, который будет постоянно попадаться на ее пути. Так, чтоб она все время велела кому-то его убирать, а он вновь оказывался на ее дороге. Раз за разом, раз за разом…

— Какая-нибудь дохлая кошка, — хихикнул Джон. — Она будет приказывать ее выбросить, а та будет постоянно возвращаться. Старой дуре покажется, что кошка ее преследует.

— Где ты в замке видел дохлых кошек? — возразил Роджер. — И вообще это как-то гадко… дохлую кошку похоронить надо.

— Ну ладно, тогда грязное блюдо, — сказал Джон. — Его же хоронить не требуется?

— Представляешь, как влетит посудомойкам? — вновь возразил Роджер.

— Сойдет и обычный мятый бумажный лист, — примирительно сказал Эрик. — Обычный бумажный лист даже лучше. Потому что проще и естественнее. Главное, чтобы он был запоминающимся. Никто другой и внимания не обратит, а вот она, особенно когда найдет его раз пять подряд…

— Отлично, — кивнул Джон. — Как говорится, простенько и со вкусом…

— Тут действительно нет никаких трудностей. А вот сделать так, чтоб она и вовсе на людей не бросалась, куда сложней, — задумчиво сказал Эрик.

— А может, не станем этого делать? — неожиданно спросила Кэт. — Вообще не станем?

Как-то очень печально вдруг прозвучал ее голос. Эрик удивился, до чего печально.

— Почему это не станем? — спросил Роджер.

— Да так… жалко ее стало, — вздохнула Кэт.

— Жалко?! Эту старую грымзу? Нашла кого жалеть! — возмутился Джон. — Действительно… жалко, — вдруг добавил он дрогнувшим голосом. — И правда, давайте не будем Я вдруг подумал, что мы-то — большие и сильные. И нас аж четверо. А она маленькая и слабая. И одна. И… Да она, если разобраться, настоящий герой. Маленькая, слабенькая, старенькая… и весь замок в страхе держит. Это же уметь надо!

— Значит, планы номер один и номер два отменяются, — кивнул Эрик. — Остается план номер три.

"А ведь я сам так и не понял бы, что ее пожалеть следует, — сообразил Эрик. — Я даже и не подумал бы об этом. Чего ее жалеть, раз она ходит и на всех, как собака, бросается? Что ж выходит, нужно быть ребенком, чтоб понимать такие вещи? Или напротив — взрослым? Получается, эти трое — старше меня, так, что ли?"

"Если они способны давать тебе задания и дарить легенды? — произнес внутри его чей-то голос, кажется, лазутчика, а может, и нет. Эрик не был уверен, чей это голос. Уж больно странные у него интонации. — И ты еще сомневаешься, кто из вас старше? Или то, что ты прожил больше лет, и впрямь что-нибудь меняет?"

"Нет, — вынужден был ответить этому странному голосу Эрик. — Это ничего не меняет. Конечно, они старше. Особенно сейчас".

"Да, — сказал голос. — Особенно сейчас, ты правильно почувствовал. Впрочем, это не освобождает тебя от необходимости самому искать ответы на все вопросы. Ты не можешь требовать, чтоб они решали за тебя все то, что для тебя действительно важно. Да они и не станут, они действительно уже взрослые. Они понимают, что можно, а чего нельзя".

— Что за план номер три? — спросил Джон.

— План сложный, — сказал Эрик. — Нам понадобится много дополнительного инвентаря: одна грязная стена, одна тряпка, одно ведро с водой, одна шахматная доска, два одинаковых плаща и один герцог Олдвик.

— Ой, — сказал Роджер.

— Ух! — восхитился Джон.

— Да, что-то такое я и предполагала, — кивнула Кэт. — Последний пункт я беру на себя. Об остальном позаботитесь вы, ладно?

— А сам план? — спросил Роджер.

— А ты еще не понял? — ухмыльнулась Кэт. — Эрик, расскажи мальчишкам!

— А ты… неужто все поняла? — удивился Эрик.

— Могу вместо тебя рассказать, — предложила Кэт. — Поправишь, если что.

Эрик только головой покачал.

"Нет, ну надо же! Поправишь ее, видите ли!"

— Итак, рассказываю, — промолвила Кэт. И рассказала. И не ошиблась ни разу.

— Ну как? — подмигнула она Эрику.

— Здорово, — искренне сказал он. — Знаешь, и правда поговори с герцогом. Если кому-то и удастся его уговорить, то тебе.

— Кэт такая, это точно, — довольно сказал Джон. — Она кого хочешь уговорит.

— Если уж у меня даже с тобой это как-то выходит, — усмехнулась Кэт.

— Ну так! — горделиво кивнул Джон. — Моя школа.

— Что бы я без тебя делала? — ехидно вздохнула она.

— Вряд ли что-нибудь путное, — не остался в долгу Джон.

— Погоди, посмотрю я на тебя, когда тебе самому надо будет решить такую задачу!

— Ну, разумеется, я обращусь к тебе, зря я тебя, что ли, учил?

— Нахал, — буркнула Кэт.

— Я? — искренне обрадовался Джон. — Вот здорово!

— Ладно, раз мы все обсудили, можно и домой, — сказал Роджер и задул свечу.

Над старой заброшенной кузницей стояла угрюмая ночь. Где-то вновь ухал филин да звонил колокол. А что касается чертей, они этой ночью так и не явились. То есть, может, они, конечно, и попробовали было сунуться, но, увидев, какие грозные заговорщики захватили их кузню, предпочли ковать свои сковородки в каком-то другом месте.

* * *

Сидя в небольшой уютной комнате, герцог Олдвик играл в шахматы сам с собой. Скрипнувшая дверь впустила улыбающуюся Кэт. Герцог Олдвик тотчас улыбнулся в ответ. Он и вообще обожал все семейство своего друга сэра Хьюго Одделла, но Кэт… недаром ведь про нее говорят, что, если она улыбнется каменной стене, та непременно улыбнется в ответ. Ох уж это ее обаяние! А что будет, когда она вырастет! Одно хорошо, Кэт — добрая девочка, прекрасные юноши, павшие к ее ногам, не подвергнутся каким-нибудь уж слишком зверским издевательствам.

Он почти на полном серьезе как-то попросил ее не улыбаться стенам Олдвика, не то ведь страшно подумать, что может случиться, если стены улыбаться начнут. Замок придется перестраивать — это определенно.

— Ваша Светлость?

— Да, Кэт, — промолвил герцог Олдвик.

— Вы любите шутки? — спросила она.

— Разумеется, — кивнул герцог. — А что, ты придумала какую-нибудь новую?

— Ну, в общем, да. То есть придумала не совсем я… придумали мы все вместе. А потом решили, что для того, чтобы все получилось как следует, мы должны пригласить в эту нашу шутку еще и вас.