Вторая жена. Часть 2

«Жрец, конечно же, не был ни евнухом, ни доверенным лицом Вазира, — поняла я. — Репутация принцессы должна быть безупречна, особенно до того, как она подарит первого наследника своему мужу».

— Я жду! — кивнула Салаху и замерла в ожидании. Вспомнился тот день, когда при въезде в город я видела храм и жрецов, стоявший на его ступенях. Уже тогда мне показалось, что это отдельная каста у варваров. Сейчас, живя во дворце, я заметила, что здесь многое не так, как было во время нашего путешествия. Там варвары вели себя намного раскованнее и свободнее. Здесь же, за стенами дворца, текла совсем другая, жизнь и порой мне казалось, что Шаккару не нравится все это. Насколько я уже могла знать и понимать собственного мужа, ему претили дворцовые стены. Его душа рвалась в свободе, к кочевому образу жизни. В отличие от того же Вазира, ухватившегося за новые обычаи, навязанные этому свободному народу.

Действительно, решение осесть, после стольких долгих лет кочевой жизни, могло разделить варваров. Совсем недавно учитель, рассказывавший мне об истории рода Вазира, как бы невзначай назвал одно имя. Давлат!

Сама не знаю, почему, но оно врезалось мне в память, хотя мухтарам только вскользь заметил о том, как некогда огромное войско Вазира разделилась. Раскол произошел из-за споров веры и способа жизни. Именно тогда Давлат увел часть войска и людей нынешнего повелителя. Куда — на этот вопрос никто не мог ответить по сей день.

Наима вошла как всегда неслышно. Прошуршала тихими шагами, поклонилась и встала за спиной. Я едва ответила на ее приветствие, когда внутрь зашел Салах и с поклоном представил мне человека, стоявшего за его спиной.

Одетый в белоснежный балахон, с длинными волосами, спадавшими до пояса, перехваченными кожаными шнурами по всей длине и собранными в замысловатую косу на макушке, этот человек поклонился и вышел вперед.

Он был уже не молод, но еще и не стар. Я бы сказала — неопределенного возраста. В волосах сверкали серебряные нити, а глаза…. Когда он поднял взгляд, я удивилась их цвету. Они были словно плавленое золото и молодые, будто у юноши, что едва начал свой жизненный путь. Но тем не менее, в самой глубине этого золота, плескался ум, который появляется только с годами, житейская мудрость и что — то еще…показавшееся мне опасным. Дивное и редкое сочетание.

— Повелительница! — жрец поклонился снова и продолжал стоять передо мной, пока я не указала рукой на подушки на против. Мужчина благодарно улыбнулся и опустился, скрестив ноги.

— Что привело вас ко мне? — спросила я, хотя немного догадывалась о цели визита мужчины.

Наима перевела мои слова. Исхан посмотрел на рабыню и произнес на общем:

— В переводе нет смысла. Я прекрасно знаю общий язык! — и снова посмотрел на меня.

— Тем легче пройдет наше общение! — ответила с легким кивком. С этим человеком стоило быть настороже. Мне совсем не нравился его золотой взгляд, казалось, что я гляжу в глаза змеи, которая затаилась, но не перестает быть опасной.

— Госпожа так же мудра, как и прекрасна, — последовала ожидаемая похвала.

— И все же что вас привело сюда? — поинтересовалась я. — Мухтарам Салах прекрасно знает все о вашей религии, а значит, вы пришли сюда совсем не для того, что бы просветить меня в ее глубины!

Мужчина впился в мое лицо долгим взглядом, а затем неожиданно, поклонился и снова заговорил, но уже на моем родном языке, что заставило меня удивленно приподнять брови.

— Ваша служанка не должна знать то, о чем пойдет речь в беседе! — сказал он. — Чем меньше слуги знают, тем лучше господам!

С подобным утверждением не могла не согласится, тем более, что я все ещё полностью не доверяла Наиме, памятуя о том, кому она служила до меня. Я конечно, могла и ошибаться, но все равно, стоило поостеречься. Сарнай была опасным противником и еще более опасной соперницей.

— Новая жена принца очень умная женщина, — продолжил меж тем Исхан. — Я пришел просить о вашей помощи!

— О помощи? — искренне удивилась я.

— Во Дворце ходят слухи, будто бы Великий Повелитель Вазир благоволит к вам, госпожа! — сказал жрец.

Я пожала плечами.

— Не мне судить о том! — ответила спокойно.

Глаза цвета золота разгорелись солнечным пламенем.

— И все же слухи из ничего не появляются, — мужчина положил ладони на колени и продолжил, — я пришел просить не за себя и не за кого — то из своих близких. Мухтарам Салах сказал мне, что видит в вас, второй жене повелителя, ту, что возможно, когда-то займет престол рядом с принцем Шаккаром и будет править нашим народом.

«Теперь понятно, от кого пошли слухи!» — подумала я. Мне показалось, что узнай Вазир о том, что рассказывает жрецу мухтарам Салах, последнему бы не поздоровилось. Он очень рисковал сейчас, или я чего-то не понимала. Это могла быть, и проверка Вазира.

«Будь осторожной!» — сказала себе и продолжила внимательно следить за рассказом жреца.

— С некоторых пор я недоволен тем, что повелитель Вазир отлучился от веры! — сказал Исхан. Мне показалось, что это прозвучало слишком откровенно. Я бы не решилась сказать подобное о своем повелителе, но жреца подобное кажется, не смущало.

— С тех пор, как мы перестали вести привычный нашему народу образ жизни, — продолжил мужчина, — многое изменилось. Мы уже не тот народ, которым были раньше. Вазир стал мягок. Но я его понимаю. Он устал. Бремя земной жизни тяготит его, но это не оправдывает тех изменений, которые коснулись нашего Бога.

— Я не совсем понимаю! — призналась я. — Что вы хотите от меня?

— Нет, — улыбнулся Исхан, — вы понимаете меня, повелительница Майрам. В тот день, когда вы въехали в город наравне с принцем и его первой женой, я понял, как выделяет вас наследник Вазира. Вы не просто жена! — золотые глаза хитро сверкнули.

Я изогнула брови, вопросительно глядя на жреца и ожидая, когда он продолжит. Исхан не заставил меня ждать.

— Вы имеете влияние на принца. Вы можете подарить повелителю Вазиру долгожданного внука и наследника. К вам прислушаются! — проговорил мужчина.

— Говорите прямо! — настояла я.

— Я хочу попросить повелительницу Майрам об услуге! — вкрадчиво заговорил жрец. Ох и не понравился мне его переменившийся тон!

— Когда — то давно, когда мой народ еще кочевал меняя места стоянок, когда нес меч и огонь для наших врагов, вера и поклонение Великому Змею были сильны. Взамен наш бог давал нам силы, матерям — крепких сыновей, женам — удачливых мужей и нашему народу — процветание и богатство.

— Что же не устраивает вас сейчас? — спросила я, глядя прямо в глаза жреца. — Мне кажется, и сейчас народ живет в достатке. Дань, которую платят исправно кормит людей повелителя, а мой муж и господин, принц Шаккар, покоряет новые города во славу отца и Великого Змея! — говорила осторожно, опасаясь сказать что — то неправильно. Я знала ещё слишком мало, а в хитростях интриг была слаба. Дома мать ограждала меня от всего, что было с ними связано и теперь я поняла, какой счастливой жизнью жила.

— Я прошу повелительницу уговорить повелителя Вазира и его сына Шаккара, дать мне разрешение на проведение старых обрядов, призванных прославлять нашего бога! — сказал жрец.

«Что-то ты темнишь, мудрец!» — подумала я, а вслух произнесла.

— Мне казалось, мой муж и повелитель Вазир придерживаются обычаев!

— Не совсем! — покачал головой мой собеседник. — Они отменили жертвоприношения во славу Великого Змея!

— Что? — проговорила я. Как-то сразу мне показалось, что жрец имел ввиду совсем не животных, иначе сомневаюсь, чтобы принц или Вазир были против.