Второе пугало

– Чего стряслось-то? – вмешался Айвер. – И сняла почему?

– И что здесь сейчас делаешь ты? – снова прищурился Тоншел.

Аля вдохнула, прикидывая, как именно будет выкручиваться, и начала:

– На душечков день где-то в лесу нежить поднялся, на деревню попер.

Айвер резко выдохнул, но Аля отмахнулась:

– Да ничего страшного в итоге. Свежий совсем, слабенький и дезориентированный настолько, что без проблем удалось задавить его на чистой силе. Сама даже не поняла как, не говоря уж, что не вспотела. Ну и сигналку тут же сняла, так что зря вы ножки били, выходит.

– И? – в упор уставились на нее из-под белесых бровей. – Где он сейчас?

– Спалила в тот же вечер. На собачьем острове, есть тут такой неподалеку, как раз для всякого такого.

– Местные, конечно, не помогли?

– Ну почему? Подводу дали.

– Герои, – понятливо усмехнулся тот.

– А то. Кстати, звезда ж над домом была, какого вы тогда здесь делаете?

– Так мы сначала в дом и заглянули, – охотно откликнулся повеселевший Айвер. – А там какой-то недоумок…

– Парень, что молоко тебе носит, – поправил его старший.

– В общем, блеял что-то невнятное, толком ничего сказать не мог. От суеты чуть не расколошматил кувшин, что в руках как мамкину титьку сжимал. И ларь твой холодильный аж на полметра своротил, споткнувшись…

«Молодец, Вафка!» – подумала Аля, стараясь чтобы это одобрение не проступило на лице.

– В общем, – перебил его Тоншел, – тут как раз всплеск и случился. Мы источник засекли и вот. Здесь теперь.

Он огляделся вокруг и чуть поморщился, словно от зубной боли:

– Капище, да?

– Пустое давно, – кивнула Аля, – абсолютно во всех планах.

И не дожидаясь вопросов добавила:

– Нечистик деревенский сегодня ко мне пришел, тот самый, которого вы спугнули. Сказал, что вроде мальчишки местные сюда намылились. Ну вот я и решила глянуть – просто на всякий случай, все равно заняться особо нечем. А они, похоже, вон там камень какой-то расколотить умудрились, пока играли. – Аля небрежно махнула в сторону ближайшего из обломков.

– Сама не видела как? – чистильщики на эту небрежность не повелись, немедленно подскочив поближе, но особой настороженности все еще не проявляли.

– Нет. Тоже позже пришла, когда те смыться успели. Ищи их теперь, чтоб задницы надрать.

– Мы когда подлетали, лодку видели.

– Ага, спасибо, Айвер, поспрашиваю. Но вряд ли что из этого выйдет.

– Да и зачем, правда? – внимательно глянул на нее Тоншел. – Шастать они сюда не перестанут, хоть запрещай, хоть не запрещай, чего суетиться-то?

– Вот именно, – и не подумала отпираться Аля. – Да и место, повторю, давно уж пустое, никакой суеты и вправду не стоит. Пусть им папаши мозги вправляют – и без капища найдется за что.

– А это? – кивнул тот на обломки и снова нахмурился.

– Что «это»? Ну сохранилась какая-то остаточная искра и? Кому она помешала, даже когда ее выпустили?

– Ладно, – спорить Тоншел не стал. – Айв, забирай оба куска, да полетели. И правда, чего время зря терять?

– Не советую, – опередила его Аля. – Тем более камень уже совсем пустой, сам можешь проверить.

Тот проверил, не постеснялся – достал из кармана звенелку, похожую на карандаш-переросток с петлей на конце, поводил прибором сначала над одним обломком, потом над другим и, наконец, перестал изображать бровями свирепую сосредоточенность:

– Ну да, если там что и было, как расколотили, точно ничего не осталось.

– Вот и я о том. Так нужно оно вам? Тащить эту пустышку с собой, затевать бесполезное и заранее провальное расследование…

– Привлекать внимание к тебе… – Ох не нравилась Але привычка Тоншела вот так вот щуриться, но она все равно постаралась улыбнуться в ответ, хоть вышло кисло:

– И это тоже. Правильно понял.

– Зря ты все-таки тогда сбежала, да еще в эти гребеня, – огляделся тот вокруг. А потом пожевал губами, явно что-то вспоминая и поправился: – А может и не зря. Ладно, ты права, не наше это дело, счастливо оставаться.

– Тоншел… – позвала она уже в спину, но тот понятливо махнул рукой прямо на ходу, не оборачиваясь:

– Не волнуйся, трепаться о тебе не станем. Подкинуть к дому?

– Спасибо! – поблагодарила она сразу за все. И отказалась: – Я сама. Тут лодка, как потом ее с этого берега пригонять?

Глава третья

Ирулана трясло. Колотило так, что Аля думала, он сам себя стрясет с той ветки, где все это время просидел, прикидываясь пучком листьев и не отсвечивая. И даже когда нежданные визитеры скрылись за камнем, а потом над рекой снова глухо рыкнул зачарованным по самое немогу мотором и унесся вдаль винтолет, успокаиваться не спешил. Потому ни место, ни камень толком осмотреть не вышло, а брать эту непредсказуемую дрянь с собой и даже прикасаться к ней не тянуло категорически. Видно, придется потом вернуться еще раз.

Потряхивало кота и на обратном пути в лодке, когда тот устроился на коме подальше от Али. И она не выдержала:

– Так, – ткнув маленькую плоскодонку, доставшуюся ей вместе с домом в привычные камыши на задах огорода, заменявшие той и пристань, и якорь, выходить на берег Аля не торопилась. Наоборот, неспешно вынула весла из уключин, сложила их вдоль бортов, поудобнее уселась на узкой скамье в середине, подобрав давно уже намокшие края шали, и уставилась катши прямо в янтарные глаза: – Рассказывай, давай.

– Что? – попытался тот отвести взгляд, но Аля не позволила.

– Все, что у вас там стряслось.

– Где? – продолжил тот придуриваться, хотя и не мог не понимать – бесполезно.

– В городе. На том самом чердаке, где вы раньше жили, – не дала она сбить себя с толку. – Почему ты со всеми своими предпочел удрать сюда, даже без уверенности, что вам позволят остаться?

– Хочешь сказать, не позволила бы? – сделал кот еще одну попытку увильнуть от сути.

Аля тяжело вздохнула и невольно огляделась. Пожелтевший, но все еще бодрый камыш густел по сторонам, пах сеном и немного тиной, но главное – надежно скрывал их от всех любопытных глаз и ушей, ни за что бы не дав тем подкрасться неслышно и незаметно. Дивно прекрасное место для разговора по душам и на серьезные темы. Так какого черта кто-то настолько упорно кочевряжится?!

– Слушай, я ведь могу и у Келассы сейчас спросить? Хочешь?

– Не вздумай! – подскочил Ирулан, прижав уши и растопырив крылья. Но секунду спустя сообразил, что его подловили и смирился:

– Ненавижу этих… этих… это ваше отродье! Эту вашу хренову кожу, эти ваши хреновы ритуалы, эту хренову уверенность в собственной и только собственной правоте... Ненавижу – аж трясет!!!

– Ну это я заметила, – Аля попыталась придвинуться ближе и успокоить, но получила кончиком невольно растопыренного крыла по лицу и вскрикнула, ухватившись за щеку – плюху ей отвесили такую, что наверняка след останется. Зато катши мигом пришел в себя:.