Второй шанс

По границе Степи Дикой и леса стоят крепостицы небольшие с гарнизонами малыми, по десять-пятнадцать человек каждая. Большой набег они, конечно, не отобьют, дай бог задержат чуть и гонца пошлют город предупредить, а от малых банд оборонят. Бойцов для этих гарнизонов князь присылает в городки, типа здешнего. Здесь они на постое стоят, и меняясь, в караулы заступают. Заодно смена отдыхающая и отрядом быстрого реагирования работает, и милицией местной. Вот Борат и командует таким гарнизоном пограничным, две крепости занимающим, год его всего как прислали, по ротации, так сказать. Всего пять десятков солдатиков, двадцать сейчас в карауле крепостном, а три десятка здесь, в городе.

А еще дорога там идет, для здешних людей главная, к единственной переправе удобной через реку великую, что восточнее городка протекает. Возят по этой дороге товары в столицу на продажу и налоги собранные. Вот в обязанности стражи и входит от крепости к крепости обозы эти сопровождать – уж больно для дичей цель лакомая. И звери хищные там уже во всю бродят, обозникам от таких не отбиться самим. Как оказалось, ближайшая крепость с воями из местного гарнизона в двух днях пути находится, обоз побитый, мною встреченный, как раз провизию туда и вез. Ольд тут кем-то вроде зам. по тылу работает.

Я спросил Витю, экстраполируется ли как-то местная география с географией оставленной нами Земли. Сам Витька этого не знал, да и не особо его это интересовало, вжился он в здешние реалии напрочь. Но сказал, что со слов Авокяна, большая река, протекающая к востоку от городища, похоже, Днепр. О как!

Дальше просвещаться и пытать Морозовых мне не дали. В дом, постучав предварительно, ввалилась целая делегация. Из знакомых лиц в ней присутствовали: дед в красной рубашке, которого я видел у ворот вместе с Боратом, сам Борат, вставший с суровым видом у двери в углу (рядом с моим оружием, кстати), скрестив руки на груди, Ольд с головой перевязанной. Кроме них были еще двое – крепкий мужик лет тридцати пяти в кожаной безрукавке, при длинном кинжале на поясе, с волевым лицом, тяжелыми скулами, с могучими руками и ногами, сильный даже на вид, такой и с дичами один на один потягаться, наверное, сможет. И худощавый невысокий субъект с узким лицом, одетый во что-то, похожее на рясу, с палкой, украшенной резьбой-орнаментом в руках.

Витя с Сайкой при виде этих товарищей со скамьи вскочили. Я же решил, что на группу захвата ребята не похожи, а потому, до выяснения цели их визита, я вполне могу и посидеть, послушать, что они хотят. Если что, подорваться и балет на ограниченном пространстве устроить я всегда успею. Тем более, финка моя на поясе так и висит, не снимал я ее.

Когда гости все в избу вместились, дед, в красной рубахе который, вперед вышел, к столу подошел, встал напротив меня и поклонился. О как! Пришлось и мне зад от лавки оторвать, поклон ответный изобразить.

Посмотрел дед на меня внимательно и заговорил с акцентом жутким:

– Я прошу меня простить за то я по русьски плохо говорю, мало. Я Ллод. Потом хочу – Вьитька помогать говорить.

– Я Иван! – ответил-представился.

Тут и Витька вступил:

– Вань, он здесь в городе выбранный старший.

– Да понял я уже. Чего хотят они, спроси.

Дальше диалог наш шел через Морозова-переводчика. Сайка помалкивала, мебелью прикинувшись.

– Мы хотим поблагодарить тебя за то, что спас ты наших людей, Ольда уважаемого с дочкой, хотя не обязан был этого делать, мог убежать просто. И извиниться хотим, что почести тебе положенные не воздали, людей своих погибших в верхний мир отправляли.

О, значит, мои возмущения по поводу недостаточных реверансов в мой адрес Борат им передал. Представляю, под каким соусом он это представил. И что еще наговорил.

– Пустое, Ллод, не стоит благодарности, не нужны мне они. Я не мог убежать, мимо пройти. Там, у себя, на родине своей, работой моей было защищать хороших людей.

Пафосно, конечно, немного получилось, пытаемся моменту соответствовать. И не говорить же им, что, в драку ввязываясь, я понятия не имел о наличии в телеге живых "людей хороших". Мотив у меня был дебильно-портосовски: дерусь потому, что дерусь. Опять дед вступил.

– Мы поняли, что уважаемый Борат – взгляд в сторону двери, где товарищ означенный статую изображает – немного неверно донес до тебя нашу просьбу прийти на наш совет и рассказать о том, что ты видел. Теперь я прошу тебя еще раз – пойдем с нами, будем говорить. Нам нужно знать все про дичей около нашего города. Они очень опасны.

Ладно, когда к нам со всем уважением, то и мы в бутылку не лезем. Встал я из-за стола, куртку натянул, показываю им рукой в сторону выхода, пошли, мол. Подумал сначала оружие свое захватить, но потом решил, что лишнее это. В рукопашную им меня не взять, силенок не хватит, если только всем гарнизоном не навалятся, а убить захотят – издалека стрелами утыкают, тут их земля, все места удачные для засады знают, дубина моя неандертальская мне не поможет. Выкатилась компания из дома, я Витьку по руку подхватил, Сайке помахал, и следом пошел.

ГЛАВА 7

А на улице у нас, оказывается, ночь глубокая. Да, длинный день у меня сегодня получился, насыщенный. Ну и хорошо, не было времени у меня о ситуации, в которую я попал, задуматься, в истерику впасть. Шучу, шучу. Какая тут, к черту, истерика, если меня из трупа ходячего к полноценной жизни вернули, целый новый мир подарили, второй шанс настоящий дали! И не важно пока, как и зачем, главное, что я в силах и живой! А с целями и задачами мы разберемся постепенно, обязательно разберемся. Я не Витек, я на жопе ровно сидеть не буду, все, что могу, узнаю.

О, кстати. Посмотрел я на небо внимательно. Наше небо, земное. Астроном я не великий, но все, что нужно для ориентирования, знаю. Вон Медведиц наших северных вижу со звездой Полярной, парашют Волопаса с Арктуром, Андромеду с Кассиопеей. На Земле я, определенно. Только ясней и понятней ситуация от этой новости абсолютно не стала. И там я на Земле был, без неандертальцев и кошек саблезубых, и здесь на земле, но уже с ними. Нипанятна! Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас мне беседа предстоит важная, на данный момент почти судьбоносная, определяющая для моего теперешнего статуса в этом мире.

Да, кстати, на выходе из избы хватать-вязать меня не стали, шли мы всей толпой по ночному городу, заснувшему почти. По расположению спутников моих я понял, что и расстреливать меня тоже не будут, иначе в такой темноте своих запросто положат. Ну, я вообще-то и не очень ожидал этого, так, приступы паранойи, деформация профессиональная гадостей отовсюду ожидать.

В городке темно было по ночному времени, только на вышках на стене огни горят, бдят часовые, наверное. Минут через десять подошли мы к здоровенному дому, по большой площади частоколом огороженному. Частокол не то, чтобы очень высокий, метра четыре, ворота массивные, у ворот часовой в полном боевом: в кольчуге железной, в шлемом островерхом, со щитом круглым, копьем, топорик за поясом, поножи и поручи тоже железные. Я что заметил – если это воины Боратовские, то кто тогда обоз сопровождал? Вооружение у тех парней погибших не в пример хуже было.

Зашла наша компания в ворота, огляделся я по сторонам. Думаю, сооружение это что-то вроде донжона в рыцарском замке – последний рубеж обороны города. Домина здоровый стоит из бревен громадных, в отличии от всех виденных мной пока одноэтажек, минимум трехэтажный, окошки-бойницы в нем прорезаны, у входной двери факелы горят в держалках. Ошую и одесну от главного дома – амбары. Большие и много.

Колодец во дворе виден. Слева от входа в дом какая-то округлая масса белеет. Когда подошли ближе, разглядел я что там лежит и ОХРЕНЕЛ!!!!