Выбор

– Не волнуйся, все в порядке. Просто стала рассказывать и как провалилась туда, - она усмехнулась, - со мной так бывает.

Берта вздохнула, овладев собой, отерла глаза.

– А когда вы вернулись... Клайд... Его глаза... Ты, стоящая поодаль... Мне уже тогда стало все понятно, Джил...
– вдруг она с любопытством спросила, - неужели вот так просто, одна поездка в автомобиле, несколько слов? И - любовь?

Не знаю, что ответить. Да, наверное...

– Берт, не знаю... Может, и так. А ещё ''Спенсер''... Какой он там был... Ты была за ширмой и не видела, а Клайд стоял прямо передо мной...

Холод его беспощадных глаз. Я знаю, с таким взглядом он сегодня убил этого ирландца.

– Мне тогда стало страшно. А потом... Потом я снова и снова вспоминала этот вечер...

Беспомощно пожала плечами, что тут можно объяснить? И говорить можно хоть до утра, что толку... И я прямо сказала, глядя ей в глаза.

– Я люблю Клайда, Роберта. Люблю твоего мужа. Но я клянусь тебе, что никогда не попытаюсь его отобрать у тебя. А если Клайд сам что-то захочет - он никогда меня не получит.

Последние слова произношу, с опаской глядя на Роберту, я не хочу ее волновать. Если сам захочет... Такое предположить... Она же снова только улыбнулась.

– Мы с Клайдом - одно целое. Мы никогда не оставим друг друга. Но я принимаю твоё обещание, Джил, потому что...

Она внезапно протянула мне руку, я крепко сжала ее.

– Потому что я не хочу, чтобы ты ушла. И Клайд бы не хотел этого, я знаю. Мы ведь справимся с этим, Джил? Ты справишься?

Легко тебе говорить... Но я - справлюсь, Берт. Как там говорила сестрёнка Гертруда, излечивайся от этого поскорей, Джи. Я излечусь. И останусь твоей подругой, другом Клайда. Я - выбрала.

Роберта

Некоторое время мы просто ели бутерброды и пили чай, мне положили полную тарелку. Так хорошо... Ещё посматривала на девушек, стараясь есть чинно и неторопливо, как будто не очень хочется. Но куда там, они просто расхватали оставшиеся бутерброды, разлили по чашкам чай. И с аппетитом принялись за еду, как будто мы сидим на кукурузном поле и нам принесли долгожданный обед. Пожала плечами и тоже вгрызлась в аппетитный бутерброд с сыром и ветчиной, вкусно. И чаем запить... Захотелось пирожное, но постеснялась попросить.

– Белла, налей мне еще...

– Вон тот мне передайте...

– Берта, не мусоль, а ешь его... Майра, где чашка?

– Джи, подвинься...

– А кофе есть?

– Я так перепугалась...

– Герт, растяпа! Вытри...

– Помните, как в Снедекере...

– Джил так ей врезала тогда...

– Берт, ты будешь этот бутерброд?

– А это что? Джил...

– Майра, не будь занудой, после такого дня по глоточку... Белл, давай...

– Ох... Дайте что-нибудь...

– Берта, ты ничего не видела...

Уфф... Тарелки быстро опустели, столик откатили к двери. Я проводила его глазами, Гертруда это заметила.

– Потом горничная придет и заберёт, - она поднялась с диванчика, где расположилась вместе с Джил, и погасила люстру, оставив неяркий ночник. Комната таинственно осветилась мягким жёлтым светом, за окном уже стемнело. Небольшая плоская фляжка, сделав круг, исчезла в сумочке Джил. Вот бы не подумала, что эти благонравные девушки пьют... Но они правы, по глоточку сегодня можно, и если бы не Эвелин... И, конечно, я ничего не видела.

За дверью тишина... Как будто мы просто собрались девичьей компанией поболтать о всяком-разном. Джил тоже встала и подошла к окну, раздвинула шторы, вгляделась... Обернулась и взмахнула рукой, подзывая всех.

– Берта, лежи!

Вот ещё, я не тяжелобольная. Голова ещё немного кружится, но чувствую себя намного лучше, чай и ужин изрядно подкрепили силы, маленькая проснулась и весело толкается. Моя Эвелин... Мы справились с тобой, мы такие молодцы. Но на что показывает Джил?

– Что там?
– выглядываю на улицу из-за ее плеча.

Уже темно, горят фонари. Возле ограды нашего дома стоят автомобили охраны мистера Вайнанта. Часть ее стоит возле ворот, часть неспешно прохаживается по улице, посматривая по сторонам. Вижу, что все с оружием. Но Джил позвала нас не за тем, чтобы на них посмотреть. Она презрительно фыркнула, ткнув пальцем в особняк напротив.

– Там живут Гарриэты. Вернулись, только что заехали три автомобиля.

Джил высунулась из окна по пояс, Гертруда испуганно схватила ее, удерживая.

– Герт, отцепись! Дай посмотреть...

Из-за окна донеслось хмыканье, Джил присвистнула, вернувшись обратно в комнату. Заявила, обведя всех глазами.

– Все вернулись, в домах свет, - она внимательно посмотрела на Беллу, - у Финчли тоже.

Тишина. Никто не произнес ни слова. Но всем понятно, что так или иначе Сондра стоит за тем, что происходит в Ликурге в последние дни. Сондра и ее ненависть к Грифитсам, Клайду, Гилберту. Ко мне. Молчание затягивается. Джил, ну что же ты, зачем? Не надо было этого говорить. И очень вовремя в дверь тихо и деликатно постучали. Мы переглянулись, Белла подошла к двери.

– Кто там?

– Трейси и Ольга. Можно нам войти?

Ольга пришла, улыбаюсь ей навстречу. Трейси. Ой, как интересно... Вспомнилось, как смущен был сын адвоката после хоровода и как косился на нее. А Ольга вообще избегала на него смотреть. Я шепотом спросила Клайда, в чем там может быть дело? Он шепотом же невозмутимо мне объяснил. Очень доходчиво, несколькими словами и одним жестом, очень надеюсь, что никто не заметил. Какой же мой муж все-таки охальник, ужас просто... Как он любит меня поддразнивать этими словечками и шуточками... Что греха таить, я очень люблю, когда он это делает. И после хоровода я сама... Разгорячилась... Ольга и Трейси. Очень интересно... Дверь распахивается, Ольга заходит, пытаясь разглядеть меня в полумраке комнаты. За ней высится фигура Трейси, он выше ее почти на голову. Ох, Берта, ты уже приглядываешься, как они смотрятся вместе? Ну, они хорошая пара, только Трейси... Он добрый и мягкий, а Ольга...

– Добрый вечер. Проходите и садитесь, где хотите.

Майра гостеприимно обвела рукой вокруг, приглашая. Я приподнялась на кровати и махнула рукой, позвав Ольгу сесть рядом со мной. Мне показалось, или Трейси с сожалением проводил ее взглядом, усевшись в кресло возле окна. Все интереснее и интереснее... Ольга склонилась ко мне и шепнула, покосившись на остальных, которые деликатно дали нам поговорить.

– Как ты, Берт, все хорошо? Я думала, ты спишь уже, а мне сказали, что все у тебя собрались.