Выбор

– Плохой у нее вкус, вот, - она вздохнула и извлекла один из больших пакетов, - а тут что?

Мы с Сирилом весело переглянулись, решив дать Берте сполна насладиться знакомством с содержимым. К нам подошла запыхавшаяся, раскрасневшаяся Джил, вытерла вспотевшее лицо.

– Что у вас тут? Берта, чем кормить будешь, тебе помочь?

И озадаченно замолчала, увидев три невзрачного вида консервных банки и три бумажных пакетика. При виде уже двух красноречивых растерянных мин мы с Сирилом в голос расхохотались. Девушки переглянулись и обиженно на нас воззрились, их вид призывал остановиться и раскаяться, но привел к абсолютно обратному эффекту. Что-то в глазах Берты мне сказалo, что сейчас она рассердится всерьез, я схватил Сирила за плечо и сказал.

– Хватит, дружище, лучше помоги Берте разобраться.

Он кивнул и взял в руку первую банку, слегка подкинул в ладони, жестом фокусника потянул за открывашку и снял крышку. Когда он вдохнул запах содержимого, смех куда-то пропал, его глаза затуманились, посерьёзнели. Где же ты ел эти пайки? Он очнулся от секундной заминки, улыбнулся.

– Это солонина, Берта, просто солонина. Можно есть так, разогрев на огне, а можно похлёбку сделать. Здесь, - он показал бумажные пакетики, - соль и перец. Все просто.

Он взял лакированную коробочку, показал, не открывая. Джил и Берта внимательно слушают, глаза блестят от любопытства. Представляю, каково Роберте, открывает для себя очередной новый мир...

– Это Emergency ration, сейчас они не нужны, мы не на марше. И, Берта, это не простой шоколад, а армейский. Это значит - чистый и без всех этих магазинных примесей, потому он не похож на тот, к которому ты привыкла.

– Берт, дай попробовать, - Джил откусила от плитки, сморщилась, но прожевала, - да уж, от магазина тут точно ничего нет.

Роберта показала на оставшиеся пакеты и другие ящики.

– Так мне готовить из этого обед на всех?

Мы переглянулись и кивнули. Джил решительно начала раскладывать пакеты на песке.

– Давай, Берта, я тебе буду помогать. Клайд, Сирил, а вы куда?

– Мы начнем осматриваться.

12.35

Взяли одну из лодок, отошли от берега метров на сто, встали точно напротив лагеря и острия Треугольника. Посмотрел на стоящее почти в зените солнце, перевел взгляд на гладкую поверхность воды. С лёгким всплеском вниз ушел небольшой якорь, Сирил сложил весла и вопросительно на меня посмотрел. Указал ему два направления, охватывающие мыс справа и слева.

– Мы стоим в вершине треугольника, скала - внутри него. Идём зигзагом по обе ее стороны. Исходим из того, что Стэнтон не ошибся и не ошиблись мы, полагая, что Кэтрин была убита где-то здесь.

Сирил кивнул, начиная снимать рубашку.

– На что смотреть, что искать?

– Мы оценим глубины, дно, прозрачность воды. Прикинем, где лучше разместить заряды. Кстати, Сирил...

– Что?

– Ты сказал, что раньше уже такое видел. Правда, что ли? И как, получилось?

Он усмехнулся очень нехорошей улыбкой, посмотрел вдаль над поверхностью воды, как будто ожидая что-то там разглядеть.

– Была одна река... Широкая такая. Надо было переправиться, попали под артиллерийский обстрел, снаряды рвались в воде. Потом всплыло... Всякое...

Я молчу. Что тут скажешь... Почему-то совсем не хочется его расспрашивать о тех делах, событиях. И ему совсем не хочется рассказывать. Как и мне о своих... Мы оба это, похоже, отлично понимаем.

– Пошли, земляк.

Меня окружили тишина и зеленовато-золотистый полумрак. Медленно начинаю движение в сторону смутно темнеющего вдали основания мыса, забирая влево. Косые лучи солнца довольно глубоко проникают в массу прозрачной воды, давая вполне сносное освещение. Глаза быстро освоились с обстановкой, перевернулся и рывком ушел на глубину, к самому дну. Привычно гашу возросшее давление на барабанные перепонки, здесь около десяти метров. Касаюсь рукой холодного склизкого донного ила, скверно... Рука уходит сквозь него более, чем на полметра, и только там нащупываю каменистое дно. Быстро озираюсь, волнистая зеленоватая масса уходит во все стороны, куда хватает взгляда. В груди нарастает давление, время выходит, надо всплывать. Где Сирил? Вот он, оттолкнулся и свечой уходит наверх. Молодец, выдержал почти столько же, сколько и я. Пока всплываю, продолжаю осматриваться. Далее по маршруту дно постепенно повышается, чем ближе к мысу, тем мельче. Потом, видимо, снова начнется глубина. Поверхность.

– Сирил, как ты?

Он шумно отфыркивается, протирает глаза, глубоко вдыхает и выдыхает.

– Нормально, но мало успел разглядеть.

– Что с дном в твоём секторе?

– Чертов ил, глубокий и вязкий. Если она там...

– Понимаю, взрывать придется над самым дном.

– Да. Ныряем?

– И идём к мысу. Ну, пошли!

Теперь ила стало куда меньше, появились широкие проплешины черного скального основания озера. Базальт? Вода неплохо прогрелась, градусов семнадцать. Идем дальше.

– Что там у тебя, Сирил?

– Чем ближе к скале, тем меньше ила. Но тут рвать нельзя, волна отскочит от дна и ударит по пляжу.

– Я о том же думал. Ныряем, идём за мыс.

Стоило пересечь какую-то невидимую границу, как сразу почувствовал, насколько тут мрачно. Дно провалилось в темноту, устремил туда взгляд, застыв посреди водной толщи. Ничего себе обрыв... Стало не по себе от безмолвной глубины, внезапно распахнувшейся под нами. И тут заметно холоднее, лучи солнца бессильно гаснут в вязкой темноте. Кэтрин... Безмолвно позвал... Кэтрин... Ты здесь? Несколько секунд почти всерьез жду ответа. Тишина... Роберта... Холод внезапно пронизал с ног до головы... Тут могла сейчас лежать Роберта. И лежала бы, если... С усилием отгоняю мысли, надо плыть дальше. Но сначала вверх, на воздух, на солнце... Сирил всплыл рядом, несколько мгновений оба молчим, его явно тоже проняло.

– Клайд...

– Что?

– Жуть...

– Точно...

13.40

Роберта ждала меня возле палатки с большим полотенцем наготове. Сирил тоже ушел приводить себя в порядок, он делит палатку с Найтом и Энсли

– Милый, как ты? Я так волновалась... Почему ты не взял меня с собой? Я бы надела вот это.

Господи, девочка моя... Когда мы с Сирилом уже шли к лодке, Роберта вдруг попросилась с нами, в руках ее был спасательный жилет. Сказала, что наденет его и все будет нормально. Насилу отговорил, сказав, что это ненадолго и нас будет хорошо видно. Так и простояла на берегу все время, наблюдая за нами в бинокль, как шепотом сообщила Джил. Очень недовольным шепотом, потому что за обедом пришлось следить ей.

– Все в порядке, солнышко, все узнали, что собирались.

Быстро вытерся и взял приготовленную Бертой одежду. Она тихо спросила, глядя, как я одеваюсь.

– Что там, Клайд? Внизу, под водой...

Внимательно посмотрел на ее лицо, выглядит спокойным. Но вопрос этот...

– Тихо там...

– Глубоко?

– Да. Мы с Сирилом нашли очень глубокое место, тут, за мысом.

Берта тихонько вздохнула и подняла на меня глаза.

– Там очень страшно?

И что ей ответить? Бодриться и сказать, дескать, ничего особенного? Она почувствует фальшь и ложь.

– Страшно, Берта. Очень. Идём обедать? Иначе я тебя сейчас съем.

14.35

Сигнальная ракета взвилась над вершинами деревьев, оговоренный заранее знак. Это Ричардс. Значит, сейчас оставшиеся в гостинице Сэлливан и Маккой с его помощью перенесут груз на катер и в течение двух часов он будет здесь.

17.05

Всех удалили на вершину Треугольника, с нами остались только Рейли и Найт. На песчаном берегу рядком выложены десять новеньких снарядов крупного калибра, при их виде Сирил усмехнулся.