Выстрел
Шрифт:
– Знаете, - сказал как-то Шурка в один из таких вечеров, - я, кажется, знаю, для чего нам нужна осень…
– Для чего? – отозвался Антон. Друг в очередной раз забил ему гол и теперь с удовольствием потягивался. А он стоял над игрой и всё никак не мог понять, как это у него так получилось – внезапно…
– Осень – это время любви к своему дому.
– Думаешь?
– Ну да… За окном дождь, а дома - так хорошо!
«А ведь правда… - подумал Антон, - и хочется, чтобы подольше это время не кончалось!»
– Тогда… - Славка спрыгнул с подоконника, подошёл к игре, опёрся руками о
…Так что дел было много. Но вот настал этот день разлуки, со своей суетой и неожиданной тревогой. И Тошка забыл, почти забыл о своих мыслях - об этой пчёлке с дегтем. Пока вдруг Славка не разбудил её своим вопросом. И ведь нужно было ответить ему что-то, он ведь ждал, не сводя с Антона взгляда вопросительных тёмно-серых глаз…
– Что ты делал, Антон?
– Я не знаю, Славка… Я ждал.
– Чего ты ждал? Ответа?
– Ну… да. Что что-нибудь сдвинется, подскажет, а может просто – пройдёт.
Славка помолчал. Потом спросил недовольно:
– Ну и что, помогало ждать?
Тошка пожал плечами. Откуда он знал… Ничего не сдвинулось пока…
– Славка, я попытался принять всё, как есть. Ну вот не думать про завтра, а быть здесь, в этом дне… В сегодняшнем дне. Но, если честно, я так и не решил… - он вдруг замолчал, испугавшись, что проговорится Славке. И быстро добавил, - А что у тебя? Кто тебя делит?
– Мне плохо оттого, что я не остался там. Получается, что я бросил Юру!
Ох… Вот что тут ему скажешь?
– Славка… Я понимаю, тебе сейчас очень грустно…
– А если бы я остался, то получается, что бросил тебя… Почему мы уехали?
Антон думал о том же, и с радостью остался бы сам… Очень медленно, осторожно подбирая слова, он попытался утешить брата:
– Славка… Ну не успел он, не смог. Мы ведь ещё встретимся!
– Я чувствую себя предателем, - сказал брат. Больше за этот вечер не сказал ни слова.
Глава 13
Может быть
В маленьком привокзальном кафе было тепло и шумно. Почти за всеми столиками, покрытыми ажурными коричневыми скатертями на которых поблескивали электрические свечки, сидели люди. Вероятно, они, так же как и Борис, Валера и Шурка, решили согреться здесь чем-нибудь горячим. Кто-то ждал своего поезда, кто-то запивал тоску холодным пивом, кто-то с жадностью глотал часы долгожданной встречи, наслаждаясь общением с человеком, которого не видел сотню тысяч лет, опустошая эти часы вопросами и разговорами, чтобы наполнившись ими, расстаться вновь.
– Шурка, перекусим, а потом поедем домой, ладно? А то я оголодал с работы…
Шурка кивнул: он уже скучал по друзьям, хотя прошло совсем немного времени. А когда вот так скучаешь – особенно хочется мороженого с чем-нибудь, несмотря на холодную погоду.
– Борь, тебе чего взять? – спросил Валера.
– Мне только кофе, - рассеянно отозвался Борис, снял куртку и уселся на диван. Шурка сел рядом,
и, положив руки на стол, опёрся на них подбородком и о чём-то задумался.Неярко горели лампочки в узорных медных абажурах. На тяжёлых шоколадных шторах и серебристых тюлях уже висели гирлянды. Чем ближе город к столице – тем раньше в нём начинают отмечать Новый год, словно надеясь, что пластмассовыми ёлками с одинаковыми ровными шарами приблизят наступление зимы и выпадение долгожданного снега. Если бы всё было так просто!
Закончились каникулы: завтра днём Борис поедет в Москву, оттуда – в Берн. Потом ещё пару часов на поезде на запад, в маленький, но очень красивый древний городок… Работа звала множеством открытий, горы – манили пушистыми облаками, а он сердцем был там, в дороге, вместе с женой, Антоном и Славкой, и немножко – в этом продрогшем подмосковном городке.
– Скучаешь? – спросил Валера, усаживаясь за стол. Кофейный аромат наполнил их уголок возле окна.
Борис вздохнул:
– А как же…
Шурка молча взял себе металлическую вазочку с клубничными шариками, по очереди посмотрел на отцов и принялся за мороженое. А что ещё делать?
– Да уж, тяжело так мотаться, - посочувствовал Валерий. Быстро разрезал отбивную, так же быстро стал поглощать её, не сводя взгляда с Бориса. Прищуренного, хитроватого и очень внимательного.
– Не то слово. Знаешь, мне уже так надоело…
– А что делать?
– Не знаю. Я уже ничего не знаю…
Кофе горячий, густой, горьковатый с карамельным послевкусием. Как раз такой, какой нужно.
– Ты молодец, Борь… - негромко сказал Валера. Через несколько секунд добавил, - Жалеешь, нет?
Борис помолчал. Недолго. Покачал головой:
– Нет… Скорее всего - нет. Это мой выбор… Спроси меня сейчас – выбрал бы то же.
– Ну и правильно, - негромко сказал Валерий, - ты поступаешь, как считаешь лучше для своей семьи... Как и любой нормальный отец. Кто ж виноват, что всё так устроено неудобно: хорошая работа – далеко от дома…
– У тебя – рядом, - улыбнулся Борис.
– У каждого свой путь, Борь…
Кофе закончилось. Борис посмотрел, как Шурка доедает последний шарик, и сказал:
– Валер, а ты бы переехал за границу?
– Зачем? – Рыжие глаза в полумраке казались тёмными и серьёзными, такими же, как у сына.
– Там всё лучше устроено. Работа хорошая и семья рядом.
– Может быть… - Валера покосился на сына, перевёл взгляд на Борю, - а вот как законы чужие? К ним же привыкать нужно… Язык чужой, люди другие…
– Да это не проблема всё… Что язык? Мне даже сны иногда на немецком снятся… Его не так уж и трудно выучить… А мальчишкам он пригодится. А люди – они везде люди.
– Это да… А парни твои что?
Борис вздохнул. Шурка поскрябал ложечкой – кончилось мороженое. А вот тоска по другу – осталась… Эх…
– Антон не хочет уезжать, - негромко сказал он и посмотрел на Бориса.
– Не хочет, - откликнулся Борис, - и со Славкой непонятно что делать…
– Непонятно… Борь, я думаю, как ты определишься, то всё устроится. Так всегда бывает, - примешь решение, и всё под него подстраивается… Если оно правильное.
– Э-э, так вот как понять, когда оно правильное?!