Взрослые

Патрик опустил глаза на свои ладони. «Все хорошо».

Разве все хорошо? Разве не унизительно донельзя то, что с ним произошло? Что Клэр уходит от него. Что он, Патрик, скажем так, рассердился, или даже разбушевался, угрожая всем луком со стрелами. Что в него стреляли. Что он не сможет участвовать в «Айронмене».

Ничего хуже и придумать нельзя.

И все же… жизнь на этом не заканчивается.

И все же… Клэр впервые за долгое время смотрела на него таким ласковым взглядом.

— Патрик, сделай мне одолжение.

Патрика так и подмывало сказать, что он не хочет никаких одолжений. Но, заметив нежность в ее глазах, он сдержался.

Клэр снова присела на кровать.

— С другой женщиной тебе повезет больше. Сможешь проявить себя, — она взяла Патрика за руки. — Не пытайся быть кем-то другим, даже если переживаешь, что все пойдет не по плану, — Клэр пыталась поймать его взгляд, но Патрик нарочно отводил глаза. — Может быть, в следующий раз, с другой женщиной, просто думай, что все получится. Что ты хорош сам по себе.

Патрик сурово посмотрел на капельницу рядом с кроватью:

— Ты думаешь, у меня будет другая женщина?

— Конечно, будет. Ты красивый, умный, добрый. Просто мы с тобой не подошли друг другу. Мне тоже приходилось притворяться. Я подшучивала над твоими странностями, лгала тебе о вещах, которых даже не стыжусь, только чтобы сделать жизнь проще. Это неправильно. Это был знак, что мы друг друга не понимаем.

Патрик смотрел на свои ноги.

Клэр сжала его руку:

— О чем задумался? Ненавидишь меня, да?

Патрик не знал. Мысли кружились в его голове, но он не мог схватиться ни за одну из них, так быстро они сменяли друг друга.

Надо что-то ответить.

— Сколько у тебя было мужчин? Просто интересно.

— Довольно много. Может быть, сотня. Я любила развлечься, когда мне было чуть за двадцать, — Клэр засмеялась, затем сделала серьезное лицо. — Не торопись забирать свои вещи. Не хочу, чтобы ты думал, будто есть шанс, что мы снова будем вместе, но, если это не огорчит Скарлетт, можешь пользоваться нашей запасной комнатой — так долго, сколько потребуется.

— Придется переставить сушилку для одежды. И велотренажер.

— Да, мы переставим.

— И выписки с твоего банковского счета, и налоговые документы.

— Хорошо.

— И белье там больше не нужно гладить. Меня это не устраивает.

— Все, что пожелаешь. Но подумай, какое это облегчение, что мы расстаемся.

— Облегчение!

— Потому что это давно должно было случиться. Только не думай, будто я испытываю к тебе неприязнь. Мне важно, чтобы ты это понял.

Патрик разгладил простыни:

— А что насчет тебя, Клэр? Найдешь еще кого-нибудь?

Клэр вздохнула.

— Сейчас мне не хочется. Может быть, поживу одна со Скарлетт. Ей едва ли нужен новый отец, ведь у нее есть вы с Мэттом. Думаю, и мне больше никто не нужен.

— А с кем будешь заниматься сексом?

Клэр пожала плечами.

— Для этого необязательно быть в отношениях.

— Обязательно, — нахмурился Патрик.

Клэр улыбнулась.

Патрик задумался. Было бы чудесно найти женщину, которая не спала с сотней мужчин. И которая бы не закатывала глаза без повода. Было бы здорово найти женщину, которой он был бы нужен. Которая бы смотрела на него с уважением.

Которая не стала бы в него стрелять.

В последнее время он тратил так много сил, чтобы удержать Клэр. И это было тяжело. Он пытался быть безупречным, но некая сила извне вмешивалась, и его усилия шли прахом. Из-за этого он чувствовал себя немного… не в своей тарелке.

Возможно, Клэр права. Но, конечно, Патрик не собирался ей это говорить.

— Так ты согласен? — спросила Клэр.

Сам того не желая, Патрик кивнул.

60

Алекс сидела на стуле рядом с палатой Патрика и поглядывала на часы. Рядом с ней сидел Мэтт и нервно дергал ногами, отрывая пятки от пола. Алекс положила ему руку на колено, чтобы перестал.

— Прости. Слишком много энергии.

Алекс глубоко вздохнула. Она вернулась в больницу только утром, но чувствовала себя так, будто и не уезжала: химический запах чистящих средств въелся глубоко в ноздри, а спина прилегала к спинке стула так, словно уже срослась с ней.

Мэтт снова задергал ногой. Алекс снова положила руку, чтобы его остановить.

Мэтт робко улыбнулся:

— Нервничаю. Интересно, как оно там?

— Клэр только что зашла. Они едва поздоровались. Через минуту Алекс повернулась к Мэтту:

— Как думаешь, о чем они сейчас говорят?

Они навострили уши. Голоса за дверью звучали ровно и вежливо.

— Не слышу, чтобы они кричали.

— Она же не собирается вернуться к Патрику, правда? — спросила Алекс у Мэтта.

— Конечно нет.

— Я думала, он расшумится.

Еще какое-то время они прислушивались.

— Может, его удар хватил? — предположил Мэтт.

Ты сказал родителям Клэр, во сколько мы заберем Скарлетт?

— Я сказал «в полдень». Но они обо мне такого плохого мнения, что и не требуют точности. Есть свои преимущества в том, что тебя считают конченым придурком.

— Они не против с ней сидеть?

— Ну, они немного озадачены тем, что Скарлетт все время вскидывает ноги и танцует вокруг стульев, а так все хорошо, — Мэтт засунул руку в карман и вытащил конверт. — Кстати. Я ждал все выходные, чтобы тебе подарить эту штуку. С Рождеством.

— А я твой подарок дома оставила, — Алекс рассматривала конверт. — Я думала, ты мне ничего не подаришь.

— Что за глупости, — нежно произнес Мэтт.

Алекс взяла конверт и распечатала его. Чувствуя себя неловко под взглядом Мэтта, она вытянула из конверта карточку. Это был буклет бутик-отеля в Котсуолдсе.

— Я забронировал для нас уик-энд через две недели. Подумал, что после этой поездки тебе понадобится еще одна, чтобы отдохнуть.

Алекс посмотрела на буклет и провела большим пальцем по каменному домику на фотографии.

— Когда ты ее забронировал?

— Четыре недели тому назад. Сразу после того, как ты согласилась поехать в «Хэппи Форест».

Мэтт потер подбородок, расчесывая царапинки после бритья:

— В баре там тридцать пять видов водки. Теперь ты снова пьешь.

— Не пью.