Яната
Шрифт:
— Яната, почему тебя с ними не было?
— Юра, Боря, подождите. Какие у них были глаза? Не такие вот — палочками?
— Ага, совсем как у кошки, — обрадовался Юра. — Это у тебя одной, как у нормальной?
— Ой, ребята, как всё плохо! Значит, двое суток? Да за это время они получили от вас полную информацию. Знаешь, Юра, когда-то один человек на планете Земля сказал замечательные слова: «Люди, будьте бдительны!»
— Это кто сказал?
— Это сказал национальный герой Чехословакии Юлиус Фучик… И вот сейчас для вас, людей Земли, настало время вспомнить его слова. Это были не люди с Дрейнау, а цивилизация,
— Яната, они обманули нас!
— Та-ань, что же делать? — простонал Юрка. — Нас и так фантазёрами считают.
— Ребята, мне пора… Пора! Действуйте быстрее. Оповещайте всех! В крайнем случае, ребя… — И она растаяла в воздухе; пропало голубое сияние, комната стала обидно обычной, и всё прошедшее нависло предчувствием большой беды, от которой мы своими ребячьими силами не могли оградить наш такой большой и такой маленький земной шар, все народы Земли.
— Юрка-а, — заторопился я, — сколько сейчас времени?
— Пять минут десятого…
— Одевайся, пошли!
— Куда?
— У меня дядя…
— Открыл закон глобального… прев…
— Но шее дам! Он действительно астроном… Всё расскажем, он что-нибудь посоветует. Яната говорила — предупреждать!
— Опять допредупреждаемся…
— В таком деле наши личные дела — ничто. Должны же поверить нам!
У дяди в новогодний вечер были гости, и до нас в коридор доносились весёлые голоса, звучала песня.
— Ну-с, юноши, с Новым годом, с новым счастьем, — приветствовал нас дядя, совершенно не обратив внимания на наши встревоженные лица. — Кстати, вы, кажется, не поздоровались? Ну что ж, простим будущим космонавтам.
— Дядя Серёжа, беда! — Я передал астроному предупреждение Янаты и рассказал обо всём, что произошло с нами.
Надо отдать дяде справедливость: он выслушал нас, не прерывая, до конца. Потом сказал грустно:
— Если бы даже всё, что вы сказали, было правдой, мы бы ничего не смогли сделать.
И вот мы снова идём по заснеженной улице, хмурые и удручённые безвыходным положением. По всей видимости, дядя. Серёжа всё же посчитал наше предупреждение если не ребячьим вымыслом, то каким-то недоразумением…
— Слушай, неужели ничего нельзя сделать? — спросил я Юрку, когда мы уныло брели к дому.
— Думай ты, а я больше не могу, — ответил он и замолчал.
Первые дни каникул прошли в сплошных тревогах и волнениях. Мы с Юркой проанализировали все «за» и «против» во всех возможных случаях и всё-таки не смогли прийти ни к какому обнадёживающему выводу…
Прошло трое суток. Поздно вечером мы снова сидели у меня и, как индийские факиры, гипнотизировали Янатин кристалл. И, будто под нашим взглядом, он снова засветился. Опять нас окружала таинственная обстановка планеты Дрейнау… Перед нами появилась Яната
— Что вы успели сделать? — был её первый вопрос.
— Ровно ничего, Яната. Никто нам не верит.
— Яната, а как ты появляешься здесь? — нарушил я повисшее в воздухе молчание.
— Это же так просто, Боря. Кристалл, который я тебе подарила, — это портативная установка специального приёмника. Он постоянно связан вот с этим моим браслетом
на руке… И где бы ты ни был, я всегда смогу войти в радиотелепортизный контакт. Но речь идёт сейчас не о том. Вы должны понять, что корабли с антигуманной планеты уже в пути. Они движутся к вашей Земле…— Дядя сказал… что мы пока беспомощны, — пролепетал я.
— Ребята, — прервала молчание Яната, — что для вас самое дорогое?
— Память о тебе, — пробормотал, краснея до ушей, Юрка.
— Наша Земля, голубая планета Земля! — глядя прямо в её такие необыкновенные, сияющие глаза, сказал я.
— Подарите, мне вот эту вашу фотографию, — сказала Яната и показала на карточку, где мы с Юркой были сняты как раз в тот день, когда ходили в кино на фильм «Москва — Кассиопея».
Прощаясь, я в первый и последний раз взял Янату за руку, вручая наш подарок и почувствовал слабый удар тока. Яната рассмеялась:
— Это ещё действует остаток статического напряжения после телепортации… Ребята… Мне пора! Я очень прошу вас завтра в это же время быть дома. Мне будет необходимо ваше присутствие. Помните — завтра!
И всё погасло… Потускнел кристалл, обычная обстановка окружала нас снова.
Если бы кто знал, как я хитрил на другой день, чтобы отправить отца с матерью в кино! Юрка пришёл ко мне бледный и расстроенный.
— Знаешь, Борька, мне всё это не нравится… Мне всё кажется, что мы с тобой делаем что-то не то.
— Брось, Чебурашка, — сказал я ему, как иногда называл его, чтобы поднять настроение, — три к носу — всё пройдёт!
— Нет, не пройдёт, не пройдёт…
Часы пробили ровно девять в тот момент, когда засиял голубой подарок Янаты. И снова она рядом с нами. Мы оказались в тесной каюте, заполненной множеством незнакомых приборов. На Янате был костюм астронавта. Девочка была возбуждена и часто беспричинно смеялась.
— Яната, где мы? — спросил я, — Чем ты так взволнована?
— Юрий… Борис… давайте присядем, как у вас на Земле, перед дальней дорогой…
— Почему так торжественно?
— Друзья… я сегодня должна сделать то, что сделали бы и вы, будь у вас возможность. Я в этом уверена!
— О чём ты говоришь, Яната?
— О боевом корабле с планеты Дрейнау. Сегодня он станет на пути захватчиков, стремящихся к планете Земля. Я совершила большой проступок: тайно увела фотонный боевой крейсер… Судите меня, как хотите. Юра, ты помнишь, я иногда уклонялась от субботников. Сегодня мой воскресник. Прощайте. Не переставайте смотреть на кристалл.
Торжественная, прямая, как солнечный лучик, она поцеловала нас обоих, и нам почему-то не было от этого стыдно.
И вот мы снова оказались в моей комнате, упрямо смотрим на кристалл, в котором, как на крошечном экране цветного телевизора, — она, Яната, собранная, строгая. Только изредка, отрываясь от приборной доски, она смотрит в нашу сторону и коротко спрашивает, будто видит нас:
— Ребята, вы со мной? Вы меня видите? Вы мне очень нужны. Космические торпеды заряжены. Я иду в атаку за вас, за себя! Мы — дети Солнца!