Ярина

– Всем! Я не знаю, как тебе это объяснить по-другому. Я же не такая талантливая, как ты. – обиделась и отвернулась от него.

А кругом пейзаж не меняется. Голые деревья, темные елки, снег под ногами.

– Арс, как долго нам идти? – не выдержала я.

Прищурив глаза, он посмотрел в даль, а потом на хромающую меня.

– Если так телепаться будем, то еще минут двадцать. – сказал Арсюха и глубоко вздохнул. – Может мне тебя на руках понести, пока всем плохо не сделалось?

Ух, какой же он противный!

– Еще чего! Сама дойду, не инвалид же я. – возмущенью моему не было предела.

– Я бы с этим поспорил, но не буду. Давай хоть рюкзак твой понесу.

– Нет! – крикнулая.

– Что ты орёшь? Я тебе помочь хочу, неблагодарная. – с обидой произнес он.

– Спасибо хоть раз сказала бы.

– Спасибо. – пробубнила я.

А действительно, Арсений сейчас ради меня уехал чёрт-те куда, не побоялся погони, возится со мной, как с ребёнком. Мне бы радоваться, что одну не бросил, и я хотела бы, но какие-то подозрения прокрадывались сквозь толщу иных переживаний. Он не понимает во что влез.

– Скажи, а зачем тебе самому всё это? Ты же мог просто остаться там, на улице и не бежать со мной? – решила выпытать у него правду. – У тебя ведь, наверняка будут проблемы с родителями. И школу ты опять прогулял. Идёшь по дремучему лесу, по уши в мокром снегу, когда мог спокойно сидеть в школе или дома, да где угодно, где тепло и комфортно. Зачем это тебе? Я не верю в столь бескорыстную дурость.

– Не переживай, я тебе потом выставлю счёт. – отшутился он, а у меня засвербело в носу от вранья.

– Я серьезно! Слишком много жертв ради меня, слишком много проблем ты взваливаешь на себя! Ты же не псих!

– Кто тебе это сказал? – и заржал. Как псих.

– Хватит, отшучиваться! Ответь мне уже! И не ври, ты знаешь, я умею вычислять ложь. – буквально пригвоздила его взглядом полным решительности. Просто так я не отстану!

– Ты решила не отвечать на мои вопросы, а наоборот завалить своими? – ухмыльнулся Арс. – Хорошо. Я, в отличие от тебя, долго подбирать слова не буду. – он остановился и резко развернулся ко мне лицом. – Знаю я этих мужиков, что за тобой гнались. За столько лет по взгляду узнать могу без всяких подсказок, чем они занимаются. Ребята из сверхъестественного отдела, работники одной лаборатории, в которой мне посчастливилось быть некоторое время подопытной крысой. С рождения с ними общаюсь. И скажу честно, не нравились они мне ни-ко-гда. Ну что? Удивил?

Он стоял такой спокойный, как будто мне про каратэ свое рассказывал или о плавании. А меня аж парализовало.

– Почему?.. То есть… как? Арс, и ты тоже? Я ушам не верю. Как так? Почему ты молчал? – я не знала, как на это реагировать.

– Я честно хотел, чтоб ты первая раскололась. – на лице Арсюхи появилась до боли знакомая ухмылка.

– Зачем? Арс, быстро выкладывай, что знаешь или… или..

– Или ты что? Огреешь меня своим неподъемным рюкзаком? – засмеялся он. – Кстати, что у тебя такого ценного, что ты не даешь мне нести?

Он попытался схватить мой рюкзак, но я увернулась.

– Ничего! – уф, зачем я соврала.

– Ага, поморщилась, значит, что-то сказала не то. Я давно заметил, когда ты врешь, у тебя лицо такое становится, как будто лимон ешь. Тухлый. С плесенью. – Он выразительно на меня взглянул, подмигнул и добавил. – Не только ты можешь ложь вычислять. Ладно, давай уже пойдем, а то так до ночи не доберемся, а я есть уже хочу.

Мы пошли, верней он пошел, а я заковыляла.

– Может, все же отдашь свой рюкзак. Обещаю, я буду с ним аккуратен.

Думаю, Семён не сильно обидится, если его понесу не я. Моя правая нога в мокром ботинке уже готова отвалиться. Я с огромным облегчением скинула рюкзак с плеч и протянула Арсу.

– На, держи.

Он явно не ожидал этого.

– О! Какой прогресс в доверии.

Он закинул рюкзак, и его чуть не повело в сторону.

– Ты чего там кирпичи носишь?

– Почти. – теперь была моя очередь ухмыляться.

Мне ужасно не терпелось узнать историю Арсюхи. Каким именно образом он имел дело с инквизиторами, или как он их назвал сверхъестественным отделом.

– Так как ты попал к ним?

– История длинная, печальная, душещипательная. Готова слушать?

Я кивнула.

– Чистого носового платка у меня больше нет, так что убедительная просьба: сопли не распускать. Договорились?

– Договорились.

– Ну ладно, слушай.

Я превратилась в слух, и даже мокрая нога ныть перестала. Арс подправил рюкзак и начал.

– Я родился и рос первые годы своей жизни в доме, где был под постоянным наблюдением чужих людей. Мой отец… Да, кстати, забыл сказать те люди, которых в школе знают, как моих родителей, на самом деле не мои родители, это моя няня с мужем.

Вот те раз. И у него тоже.

– Няня Кристина меня любит, и я её тоже. Мы отлично ладим, а с ее мужем Ромой не очень. Я поэтому стараюсь дома особо не появляться. Родной отец жив, но вижу я его очень редко. Он постоянно в разъездах. Маму я не помню, она рано умерла, но у меня есть ее фото, стащил как-то у отца и перефоткал. Хочешь, покажу её?

Он достал из своей наплечной сумки телефон, покопался в нём и повернул экраном ко мне. На меня смотрела очень красивая девушка с маленьким Арсюшкой на руках. Она так нежно обнимает сына. Её взгляд полон любви. У неё русые волосы, зеленые глаза. Арс совсем на неё не похож. Он темненький и кругленький, а она тоненькая, и такая хрупкая. Совсем молодая, на вид не больше двадцати.

– Мне очень жаль, Арсюх. Соболезную.

Я погладила его по плечу, не зная, чем еще можно выразить своё сочувствие.

– Да, мне тоже жаль, что её нет рядом. Если бы она была жива, может тогда бы, всё было по-другому. Знаешь, Ясь, ты на неё чем-то похожа.

Он мне улыбнулся, а я ему.

– А ты тут такой пухляшка - милашка. – не смогла удержаться от умилительных слов. Они Арсюхе явно понравились.

 - Кристина говорит, что, я родился очень слабым и чуть не умер. Был худой и синий, почти что трупик. Меня спас отец. Он тоже необычный, как и ты. Он исцеляет все болезни. Меня смог вылечить, а маму почему-то не смог.

Отец Арса целитель? Ну, надо же! Как и Радмира.

– Арс, а у тебя есть какие-то способности?

– Не-а. Иначе бы давно над твоей ногой поколдовал и шла бы нормально и кирпичи свои бы сама несла. – он поправил рюкзак и продолжил. – Но это к лучшему. Нога твоя и так заживет, а я, зато, благодаря своей бездарности на свободе.

– Как это?

– Мы жили в доме, который был изолирован от всего мира. Огромный дом, каменный забор, за забором лес. Меня регулярно увозили в лабораторию, обвешивали разными приборами и изучали показатели. Почему-то все были недовольны результатами. Я не знаю, что именно они во мне проверяли и как они это делали, не помню подробностей. Чаще всего я вообще был в отключке. От их экспериментов я несколько раз дома падал в обморок, но приходил мой отец, колдовал надо мной, и я снова мог радоваться той не самой весёлой жизни, что была у меня. Эти эксперты в области необычных способностей, ждали, что я буду таким же, как мой батя, но я не получился. Как они говорили абсолютный ноль. И, думаю, хорошо, что ноль. Знаешь, один раз в лаборатории сбежал ото всех и спрятался в пустом кабинете. А через некоторое время туда привели девчонку, у которой был далеко не ноль. И как она тогда орала, когда к ней подключали аппараты. Как её крючило от боли, это просто ужас. Я потом долго спать не мог спокойно. Она орала, тряслась, изо рта и носа кровь текла. Её держали несколько человек в халатах. Короче, это страшно!