За краем поля

Чуть выбивалась из общей картины Яританна. В своём потрёпанном, здорово укороченном платье непередаваемого (после очередного экспериментального порошка) сине-серо-зелёного цвета и шейном платке с миленькими черепками, она смахивала скорее на потерпевшую кораблекрушение босячку, чем благородную гостью почтенного дома. Впрочем, обитательницы дома, кроме, разве что, Алеандр, были такому раскладу чрезвычайно рады и посматривали на обедневшую ратишанку с толикой удовлетворённой снисходительности.

Причина подобных метаморфоз была выше среднего роста, стройна и длиннонога, что лишь подчёркивалось удачно подобранным нарядом, казавшимся демократичным настолько, чтобы располагать к себе провинциалов, но не давать им забывать о статусе своего владельца. Молодой человек в художественном беспорядке укладывал русые волосы, был чуть небрит и обладал тем обаятельным типом улыбки, что с одного взгляда покорял любую особь женского пола и вызывал приязнь у собратьев. Искрящиеся голубые глаза, точёные черты лица, чистая кожа и живая мимика. Что нужно боле для обитателей одного провинциального поместья, где самыми завидными женихами до этого считались любивший выпить лекарь и парочка косарей? Равелий Ломахов, недавно окончивший Академию Замка Мастеров и решивший навестить своего приятеля и одногруппника, отвечал даже самым высоким притязаниям. Он был хорош собой, приятен в общении, прекрасно образован и, что несомненно куда важнее, являлся сыном Старшего Мастера-Артефактора из самого Совета. В принципе, быть красивым, воспитанным и образованным при такой родне не первая необходимость.

Спешное решение о его приезде было принято буквально пару дней назад и произвело настоящий фурор у местного общества, в корне преобразовав уклад семейства почтенного управляющего. Одно осталось неизменным...

– Что это?
– без особого энтузиазма шепотом поинтересовалась Танка у сидящей рядом травницы, недоверчиво тыкая вилкой в рыхлую массу у себя на тарелке.

– Это?
– Алеандр отвлеклась от увлекательного процесса вылавливания собственных волос, всё время норовивших свалиться в тарелку.
– Потрясающая тушеная капуста с клюквой и опятами.

Духовник беззвучно вздохнула и постаралась подавить недостойный порыв вытереть вилку о край тарелки. Овощи, травы, да, в принципе, всё, что не бегало и не летало, с большим трудом и рядом сложных поварских манипуляций, воспринималось ей только в качестве гарнира к доброму куску мяса и в других вариациях аппетита не вызывало.

– А это?
– тоскливо кивнула блондинка на большое блюдо с полупрозрачными оладьями, готовясь морально даже к отбивным из речных мидий.

– Жаренные огурцы с восточными приправами, - восторженно отрапортовала Эл, не замечая интонации подруги.
– Обязательно попробуй! Они такие острые! А вон там мой любимый винегрет с прошлогодней клюквой и мочёными яблоками.

Алеандр сейчас готова была отвлечься на что угодно, лишь бы не встречаться взглядом с матушкой или тёткой. Первая, успевшая добиться для любимого чада места возле столичного гостя, неоднозначно подавала глазами знаки "На абордаж!", вторая - столь же выразительно грозила виселицей за подобное пиратство.

– А мясного?
– осторожно поинтересовалась Яританна, которой под такими взглядами тоже становилось неловко.

– Зачем?
– удивилась Валент.
– Всё и так очень сытно и полезно. К обеду, может быть, сделают бигос.

Травница мечтательно закатила глаза и расплылась в довольной улыбке. Выражение лица её соседки было менее восторженным. По шкале вежливости оно застыло на отметке между получением в подарок четвёртой по счёту одинаковой шапки и разглядыванием пластинок с похорон.

– Тогда почему же у них колбаса, - голосом стряпчего с тех самых похорон, уточнила она, демонстративно косясь на тарелки дорогого гостя и Стасия.

Эл, не видевшая причин для недовольства в элементарных вещах, лишь пожала плечами:

– Ну, это же мужчины, хищники, им мяса больше надо.

– Это я хищник, - Танка попыталась сдвинуть подальше не внушающую доверия капусту от нескольких клубней запечённого картофеля.

– Нежитевед, знаете ли, без мяса становится недопустимо агрессивным и кровожадным.

– Не ворчи, - шикнула на неё травница, утомлённая привередливостью боевой подруги, что в совместных походах не брезговала даже кореньями и нечистью.
– Хочешь, мою порцию возьми, тут картошки больше.

Чаронит вцепилась в соседнюю тарелку с такой жадностью, будто только этого предложения и ожидала. Не постеснялась, даже переложить в прежнюю порцию доставшиеся вместе с картошкой маринованные помидоры. Эльфира Валент взглянула на неё с осуждением, не озвученным, впрочем, в то время как её золовка не постеснялась невзначай похвалить манеры собственных дочерей. Дочери, к слову, переменой блюд тоже оказались недовольны. Выражение их лиц показалось Танке чрезвычайно подозрительным: с такими лицами ученики расписывали спинку наставницкого кресла невидимыми чернилами и ждали, когда же скабрезные надписи проявятся на новой мантии, а ту неожиданно решили снять и убрать в сумку. Девушка уже давно диагностировала у себя паранойю, манию преследования и, возможно, профессиональную деформацию, но на еду набрасываться не спешила, ковыряясь в самой неподозрительной картофелине.

– Нежитевед?
– включился в их разговор Равелий, пытаясь скрыть за вежливостью странную опаску.
– Не у Простилина обучались?

– Духовник я, - также настороженно протянула Чаронит, подозрительно косясь на молодого человека поверх рыжей травницкой макушки: их взгляды были удивительно схожи.

– Самый, что ни на есть тенеглядский!
– невольно хохотнула Алеандр, но под строгим взглядом обеих женщин, стушевалась, забыв продолжение потрясающей истории, которую хотела рассказать.

– Наверное, очень увлекательное призвание, раз его выбрала такая очаровательная молодая девушка?
– куртуазно пояснил свои опасения Ломахов, одаривая присутствующих обаятельной улыбкой.
– Меня всегда озадачивал вопрос, как именно другие чародеи выбирают своё призвание. Что движет ими? Нельзя же слепо просто перепробовать все направления за время учёбы?

В этом месте Яританна Чаронит могла с ним поспорить, а ещё лучше обидеться, поскольку в бытность её ученичества редкий факультатив и курс не посещался начинающей чародейкой. Без особых успехов, стоит заметить, но ведь по остаточному принципу её специализация и состоялась: из других факультетов никто брать настолько "даровитую" девушку не захотел.

– Уж Вы-то, наверняка сразу определили своё призвание, - льстиво улыбнулась Манира, томно убирая с шеи будто бы невзначай выбившуюся прядь.
– Меня всегда восхищало, как чародеи оживляют все эти приспособления.

– Да, да, моя дочка всегда интересовалась новинками науки, - поспешила заметить Гала Бельских.

– Потому что своих способностей не оказалось даже к рукоделию, - мило улыбнулась Эльфира Валент, будто мысленно вкручивала золовке в глаз ложечку для мороженного.
– Стасий, конечно же, рассказывал, что наша Алеандр учится на факультете Травничества и Зельеварения. У неё даже есть почётное звание.

– Ага, Травительница Года, - громко хохотнул Стасий, но получив под столом увесистый пинок благоразумно заткнулся, памятуя тяжёлую руку скорой до расправы матушки.

– Да-да, только со своими отравами и возится, - "доброжелательно" окинула взглядом любимую племянницу несчастная вдова.
– Целыми днями пропадает у себя на чердаке с всевозможными зёлками да настойками. Представляете? Столько лет девица живёт в столице, а не нашла ни одного кавалера!

– Гала!
– сурово попытался урезонить сестру господин Валент, но его проигнорировали, видя за сегодняшней трапезой более достойную цель.