Забытое время

– Скоро и твоего братика принесут, а потом мы поедем домой. Я буду любить вас всей душой и постараюсь сделать счастливыми детьми. Обещаю, что ради вас двоих пойду на многое, вы только ведите себя хорошо и будьте послушными.

Гектор внимательно слушал меня, глядя в глаза, и создавалось странное впечатление, что так может смотреть только взрослый мужчина, а никак не ребёнок, и стало немного не по себе. Но потом я вспомнила слова мамы о том, какая сама была в младенчестве, и подумала: “А может, Гектор сейчас ещё помнит меня, но из-за возраста не может говорить? Может, воспоминания затираются как-то постепенно? И сейчас на смену старых будут приходить новые? Ну что ж, тогда я изо всех сил постараюсь, чтобы у парней была масса новых впечатлений”, - пообещала я себя и взволнованно посмотрела на озеро, ожидая появление Давида.

Время тянулось бесконечно медленно и, продолжая ходить по берегу, я уже начала паниковать. “Что-то пошло не так? Или в прошлый раз меня отвлекали разговоры с Давидом?”.

Давида терять никак не хотелось, и я готова была уже расплакаться от напряжения и переживаний, как на поверхности воды снова появились пузыри, а потом и сами ныряльщики.

– Слава Богу!
– воскликнула я, увидев Люция со вторым младенцем, и ощутила облегчение, когда тот громко закричал после шлепка.

– Вот тебе и второй!
– весело сказал он, забрав у меня второе полотенце и завернув в него Давида, после чего передал мне его.
– Вот теперь ты мама двойняшек! Можно говорить, что Гектор пошёл в тебя, а Давид в отца.

– Угу, - выдавила я, одной рукой держа Гектора, а второй Давида, и укачивая их.

– Не хочешь и сама окунуться?
– Люций кивнул в сторону озера.
– Если буквально на несколько секунд уйти под воду, помолодеть не успеешь, а вот эмоционально обновишься.

– Думаю, не стоит это делать, - ответила я, вспоминая свой сон и бьющие через край эмоции.
– Мне сейчас потребуется терпение и умение держать себя в руках, а не эмоциональность. Поэтому лучше не окунаться.

– Тоже верно, - согласился Люций.
– Ну что, тогда уезжаем отсюда?

– Да, едем в мой родной город, - произнесла я и направилась к машине, а сев на заднее сиденье, снова принялась укачивать младенцев, которые опять раскричались.

“Ещё месяц назад я маялась от скуки и не знала чем себя увлечь, чтобы жизнь не казалась пустой и рутинной. Как я понимаю, теперь я долго не буду скучать”, - с улыбкой подумала я, разглядывая мальчиков и пытаясь их успокоить. “Но всё же это лучше. И такого в моей жизни точно ещё не происходило!”.

Эпилог.

(десять лет спустя)

Скучать мне действительно не пришлось. Каждый день был наполнен и новыми открытиями, и маленькими радостями, и счастьем, ну и, конечно же, проблемами. И сейчас я как раз занималась ликвидацией одной из проблем.

Сидя на открытой площадке ресторана, я с лёгкой грустью смотрела на Родиона и в очередной раз произнесла:

– Прости за Давида. Он всё меньше поддаётся контролю и уже начинает переходить все границы. Обещаю, за последнюю выходку с твоей машиной он поплатится.

– Наверное, я сам виноват, - вздохнув, ответил он.
– Говорил же отец, что не стоит наживать врагов среди бессмертных. Запомнил меня парень и выполняет обещание испортить жизнь.

– Но может это к лучшему? Тебе уже тридцать три, и пора двигаться дальше. Я ведь не могу дать настоящую семью и детей, а ты достоин счастья, - мягко сказала я, взяв его за руку.
– Я очень благодарна тебе, что ты десять лет присутствовал в моей жизни и помогал со всём, но боюсь, если мы дальше продолжим встречаться, будет только хуже.

– Давид точно не успокоится, - согласился он и опять вздохнул, а затем улыбнулся и добавил: - И тебе спасибо за десять лет совместной жизни. Ты многое мне дала и ещё большему научила.

– И ты мне многое дал, - тоже с улыбкой ответила я.

– Надеюсь, наше расставание не помешает общим делам? Кстати, на день рождения отца придёшь?

– Думаю, не помешает. И конечно приду на день рождения Люция, - заверила я.
– И очень надеюсь, что встречу там тебя уже с девушкой, например, с Ксюшей из бухгалтерии. Ведь скажи честно, она тебе нравится.

– Есть в ней что-то, - подумав, согласился Родион.
– Но пока не уверен, что стоит…

– Мне кажется, стоит, - добродушно сказала я.
– Я видела, как она смотрит на тебя. И поверь, совсем не твои деньги её интересуют. Обрати на неё внимание. Она спокойная, тихая, заботливая, и думаю, из неё получится хорошая жена и мать.

– Хорошо, я подумаю, - немного смущённо ответил Родион, а потом опять улыбнулся: - Хотя, немного странно слышать такие советы от девушки, с которой сейчас расстаюсь, а до этого прожил почти десять лет. А с другой стороны - ты бессмертная, и немного по-другому смотришь на жизнь. Надеюсь, и ты однажды будешь счастлива.

– Я уже счастлива, - вымолвила я, вспоминая своих мальчиков.

– Ну что ж, тогда до встречи на дне рождения?

– Да, - я кивнула и поднялась из-за стола.
– Передавай от меня привет Фёдору и его жене, а Люцию я позвоню на следующей неделе, чтобы решить вопросы с недвижимостью во Франции.

– Хорошо, всё передам, - Родион тоже поднялся и, наклонившись, поцеловал меня в щёку.

Тоже чмокнув его, я помахала на прощанье и пошла к своей машине, чувствуя удовлетворение, что расставание прошло быстро и безболезненно, и нет неудобства, что придётся ещё встречаться по финансовым вопросам.

А встречаться с семейством Люция и им самим приходилось часто. После полного погружения Гектора и Давида навалилось столько дел, что я просто не справлялась. Ведь стоило собрать всё имущество парней и привести все дела в порядок, да и мои финансы требовали управления, и Люций предложил свою помощь. А затем это стало их семейным бизнесом, и эти частые встречи и свели нас с Родионом, хотя я и не очень горела желанием строить отношения с парнями, потому что Гектор и Давид постоянно требовали внимания. Но постепенно природа взяла своё, и мы начали встречаться с Родионом сначала только для секса, а потом и съехались. Не сказала бы, что я любила парня, но симпатию к нему точно испытывала. Однако, в последнее время, чем больше мальчики росли, тем больше ощущалось напряжение между Давидом и Родионом. Сначала это были лишь злые взгляды и непослушание, потом мелкие пакости Родиону, а с недавнего времени это переросло практически в открытую войну, и Давид всеми силами старался выжить Родиона из моей жизни.

“Ну что ж, ему это удалось. Надеюсь, теперь он успокоится и перестанет дуться”, - подумала я, садясь в машину. Бросив взгляд в зеркало, поправила причёску, попутно отмечая изменения в своей внешности. “Ещё два-три года и снова съезжу на озеро немного омолодиться, но только на пару лет, чтобы разительные перемены не бросались друзьям в глаза”, - решила я и, заведя двигатель, выехала со стоянки.

Сейчас я выглядела максимум на двадцать четыре года, и уже дважды ныряла, чтобы немного помолодеть. Этот возраст меня вполне устраивал, и я строго придерживалась правила не сильно заныривать, чтобы не возбуждать подозрение у окружающих своим слишком молодым и свежим внешним видом. “И так вон уже многие достают, прося раскрыть секрет моей молодости. Ведь для всех мне уже тридцать, и у меня два десятилетних мальчугана, а я до сих пор не имею ни одной морщинки, и тело как у двадцатилетней девушки. Боюсь, ещё лет пять проживу в родном городе, а потом придётся переезжать, чтобы не привлекать к себе внимания. А с другой стороны - домов у меня куча, выбор велик, и нечего сидеть на одном месте. Переедем с ребятами и родителями в более мягкий климат. Да и папе это будет полезно”.