Загадка башни

— Думаю оставить его так, — хмыкнул охотник, — Конечно, упыри не дадут ему дожить до утра, но у ублюдка будет время подумать перед смертью обо всём том, что он сделал для этого мира.

— Пожалуй он уже усвоил урок, — я покачал головой, — Отруби ему голову и положи в какой-нибудь мешок. Людям потребуется доказательство, что ублюдок державший в страхе весь город — мёртв.

— Чего не сам? — хмыкнул Хавель с интересом посмотрев на меня.

— Я дал ему слово, — я ткнул кинжалом в сторону корчившегося на полу бандита, — Что ни я, ни мои люди его и пальцем не тронут, если он сдаст нам свои схроны.

— Думаешь, ему теперь не плевать? — пожал плечами охотник.

— Мне не плевать, — я покачал головой, — Моё слово — не пустой звук. Уж не знаю, как у вас тут принято, но я не привык его нарушать.

Охотник лишь многозначительно хмыкнул. Подобрал с пола окровавленный пехотный топорик, подошёл к бандиту и пятью точными ударами отрубил тому башку. Тело в последний раз дёрнулось и затихло. Глаза у отсечённой черепушки ещё несколько секунд судорожно метались из стороны в сторону, но затем взгляд остекленел. С Когтем было покончено.

Вытащив из поясной сумки толстый холщовый мешок, Хавель подцепил отрубленную голову за ухо и одним ловким движением замотал её в ткань. Затем бросил свой трофей мне. Я немного неловко поймал его и зажал под мышкой. Тыква у этого Когтя была увесистая. Должно быть много думал. Жаль, только, в процессе в неё так и не залетела ни одна светлая мысль.

— Пойдем выйдем, — бросил я, направляясь к выходу. Охотник вытер лезвие топорика о стёганку бандита и последовал за мной. Дверь скрипнула и мы оказались на свежем воздухе.

Казнь почти закончилась. Рубили голову последнему бандиту. Груда тел, лежавшая чуть в стороне от колоды, была уже почти в человеческий рост. На самой её верхушке копошились несколько ворон. Одна из них периодически запрокидывала голову, заглатывая откушенный кусочек мяса, и громко каркала созывая на пир своих сородичей копошившихся в небе. Телеги были набиты почти до отказа. Железо, монета, жратва, мебель, побрякушки, скот… Спёрли даже тюки травы, сушившиеся над очагом. Разве что солому с крыши не утащили.

Честно говоря, я немного сомневался, что чахлые бандитские лошадки смогут дотащить их до крепости. Но и оставлять добро горожанам не собирался. Не они за него дрались, не им его и грабить. Впрочем, наше маленькое эльдорадо на сегодня ещё не было окончено. Оставался ещё дом губернатора, который я тоже намеревался обнести подчистую.

— Тебя в этих краях ещё что-нибудь держит? — поинтересовался я у охотника.

Тот лишь отрицательно покачал головой, но затем всё-же ответил:

— Только одно дело. Хочу родню похоронить по-человечески. А что?

— Хотел предложить тебе присоединится к отряду. Думаю, кому, как не тебе понимать, что у этой дыры нет никакого будущего. Мы закончим дело и свалим. Уйдет и Сенешаль со своими войсками. А через пару-тройку месяцев тут появится какой-нибудь новый Коготь, который подомнёт всё под себя и будет доить чахнущий город до тех пор, пока он совсем не издохнет.

— Предложение заманчивое, — хмыкнул охотник, — Только не знаю, чем могу быть вам полезен. Я не солдат. Строй держать не умею, да не шибко то и хочу свою шею в первых рядах подставлять. Наподставлялся уже в своё время.

— Нам нужны разные люди, — я пожал плечами, — Опытный охотник, который знает и чувствует лес и умеет неплохо читать следы, лишним человеком в отряде не будет.

— Звучит заманчиво, — кивнул Хавель, — Но у меня будет несколько условий.

— Валяй.

— Первое — я приведу с собой нескольких друзей, — начал перечислять охотник, — Мы вместе собирались устраивать облавы на бандитов, которым вздумается погулять в лесу в одиночестве. Подстраивать всё так, чтобы остальные думали, что на их дружка напала какая-нибудь местная погань и держать в страхе до тех пор, пока они не начнут разбегаться, как тараканы. Но теперь это уже без надобности и ребята остались не у дел. Коли, как ты говоришь, ловить тут нечего, мы могли бы двинуть с вами дальше на юг. А там уже те, кому вы придётесь по душе, примкнут к отряду.

— Мы против не будем, — не стал отпираться я. Ещё бы сейчас отказываться от пачки халявных рекрутов, — А второе условие какое?

— Мы заберём этих собак, — он махнул рукой в сторону псарни, где лежали, повесив уши, несколько превосходных борзых, — Я не хочу их оставлять на растерзание трупоедам. Кроме того, из них получится неплохая охотничья свора. Может пригодится в дороге.

— Сам не собирался их оставлять, — пожал плечами я, — Ещё условия будут?

— Кроме кормёжки и жалованья? — хмыкнул охотник, — Пожалуй нет. Мы — люди простые. Многого нам не надо. Хотя есть ещё один вопрос, который я хотел бы знать до того, как примкну к вам. Ты и Айлин. Вы правда упыри? Или только прикидываетесь?

— Всё может быть, — уклончиво ответил я, расплывшись в хищной улыбке, — Сам посмотри. Видишь, как кровь с клыков капает? Устраивает такой ответ?

На самом деле честно ответить я ему просто не мог. По той простой причине, что и сам не до конца понимал, что мы такое. С одной стороны, вроде как обычные люди. Жрём, пьём, трахаемся, на луну не воем, к крови интереса не проявляем. А с другой — бесплотные демоны, вселившиеся в тела недавно умерших и потихоньку сходящие в этих клетках с ума. С третьей — вообще не более чем плод симуляции местной системы. Чёрт его разберёт, короче говоря.

— Более чем, — ухмыльнулся охотник.

— В таком случае добро пожаловать в наёмничью роту «Мёртвая голова», — кивнул я, протянув ему свободную руку. Вторая всё ещё прижимала к телу страшный трофей, — Формальности уладим уже вечером. Подпишем контракты, выдадим форму и какое-никакое снаряжение. Чтобы местные знали, что вы теперь с нами.

— Мёрвая голова, говоришь? — охотник тоже расплылся в улыбке, глядя на свёрток, который я сжимал под мышкой, — Весьма… Занятно. Ладно. Пойду я займусь собаками. Что-то они приуныли.

Охотник ушёл. Я же на несколько секунд задержался, пытаясь привести мысли в порядок и оценить обстановку.

Солнце почти скрылось за горизонтом. От брёвен частокола протянулись длинные чёрные тени. Заря догорала. Вместе с ней догорали и угли оставшиеся от сарая. Того самого, который я поджёг, когда только вошёл сюда. В вышине продолжали каркать вороны. Их становилось всё больше. С десяток птиц уже сидели на обновлённом «украшении» частокола, деловито расклёвывая его. Где-то вдалеке вновь завопили трупоеды.