Заклинатель снега

– Эй, погоди! Послушай! Ты это слышишь?

Я долго и мрачно смотрела на него. Если он надеялся таким образом спастись…

– Я ничего не слышу! – в конце концов прошипела я.

– Вот! Именно! – театрально прошептал Трэвис. – Не кажется ли тебе странной эта мертвая тишина?

Я посмотрела на него, нахмурившись. Все-таки он балбес.

– Вокруг ни звука, – продолжал он паясничать. – Прислушайся хорошенько…

Шутки шутками, но Трэвис был прав. Ни голосов, ни отдаленного шума, ни звука шагов – вообще ничего. Школа казалась абсолютно пустой.

– Сейчас идут уроки, поэтому так тихо, – сказала я, понимая, что мой довод не очень убедителен.

Пока Трэвис крутил головой, оглядывая коридор, я продолжила свой путь. Мы дошли до женского туалета, и он остался ждать меня снаружи.

– Только давай быстрее! Если секретарша с директором нас здесь застукают, мы точно вылетим из школы.

Прежде чем зайти в туалет, я уколола его укоризненным взглядом и покачала головой. Вот до чего мы дошли! И как вообще я оказалась с ними в одной компании? С Трэвисом, Нейтом, Фионой и всеми остальными? Ведь между нами не было ничего общего. Ни-че-го!

Когда я вышла, Трэвиса в коридоре не было.

– И куда он делся? – раздраженно прошептала я.

Вот сейчас я точно расцарапала бы его наглую физиономию, не раздумывая.

Свет в коридоре вдруг замерцал. Я посмотрела на потолок. Трубчатые светодиодные лампы трепыхали светом, как бабочки крыльями, потом перестали. Мне вдруг стало немного тревожно. «Может быть, – подумала я, оглядывая длинный пустой коридор, – дело в плохой погоде. Возможно, приближался ураган, для Калифорнии это не редкость. Как-то по телевизору я видела, к каким разрушительным последствиям приводит этот сильный ветер. Не хотелось бы такое переживать».

Я снова пошла по коридору.

– Трэвис! – позвала я громким шепотом.

Я долго его искала и не нашла. Завернув за угол, я остановилась, потому что уткнулась в кабинет химии. Праздношатающийся Трэвис не стал бы здесь проходить, чтобы не быть замеченным.

Через прозрачную стену в глубине кабинета я увидела школьную доску и учеников, сидящих за партами спинами ко мне.

Наверное, они писали контрольную, потому что в классе стояла абсолютная тишина.

Хотя… На что они все смотрели?

– Да? – спросила учительница. И она тоже смотрела куда-то вбок.

Только тогда я увидела дверь, и она была открыта. На пороге класса стоял мужчина.

– Могу вам чем-нибудь помочь, господа? – спросила учительница.

Мужчина был не один. Я заметила еще двоих, молчаливо стоявших рядом с первым. Никто из них не ответил на вопрос. Глаза мужчины смотрели на класс хищным взглядом.

– Да… – пробормотал он, – на самом деле можете.

Спокойным тяжелым шагом мужчина вошел в кабинет – крупный, полноватый, в черной куртке и темных брюках, заправленных в военные ботинки. Волосы на висках выбриты, в губах он держал что-то маленькое и периодически двигал массивной челюстью.

– Извините за вторжение. Мы не хотели вас беспокоить, образование – это святое.

Глухой голос умолк, на лице незваного гостя появилась острая улыбка. В таких же острых глазах не было сожаления. Мужчина вынул зубочистку изо рта, и я заметила, что руки у него большие, как булыжники.

– Мы не отнимем у вас много времени. Мы здесь ради одного человека.

– Как бы там ни было, вам лучше дождаться перемены, – ответила учительница, – у нас идет урок.

Он, казалось, даже не слушал ее – вошел и стал прохаживаться перед доской, спокойно изучая окружающую обстановку. Подошвы его ботинок стучали по полу. Учительница смотрела на него возмущенно.

Мужчина остановился перед ее столом, повернулся к классу и сказал:

– Мы с присутствующими здесь господами ищем человека, который учится в этой школе и который присоединился к вам совсем недавно. – Он пытливым взглядом оглядел учеников одного за другим, прежде чем добавить: – Айвори Нолтон. Она среди вас?

Я распахнула глаза. По классу пронесся шепот.

– Мисс Нолтон сегодня нет, – нетерпеливо сказала учительница, но мужчина к ней не обернулся.

Он снова окинул класс цепким взглядом, как будто думал, что я прячусь за одноклассником или под партой, и еще раз повторил:

– Нолтон. Она учится в этом классе?

– Ну довольно! – громко сказала учительница. – Какое право вы имеете приходить сюда и прерывать урок? Это недопустимо! Пожалуйста, имейте в виду, что директор Мур будет немедленно проинформирован! Это школа, а не бюро находок! А теперь выйдите из моего кабинета!

Никто из мужчин не пошевелился. Наконец главный медленно повернулся и посмотрел на нее сверху вниз. Он долго буравил ее взглядом, прежде чем прошипеть, ухмыльнувшись:

– Наверное, я плохо объяснил.

А дальше произошло ужасное: он ударил учительницу по лицу. Пощечина была такой сильной, что она откинулась назад, опрокинула стул и упала на пол.

Все в классе застыли от ужаса. У меня перехватило дыхание. Потом некоторые ученики вскочили на ноги, но достаточно было простого щелчка, и мир снова замер.

Один из мужчин, который стоял в дверях, отодвинул полу куртки и положил руку на рукоять пистолета за поясом.

По классу расползлась тихая, холодная, беспощадная паника. Все застыло в изумленной тишине, прерываемой лишь стонами учительницы.

Главный передернул плечами и снова стал расхаживать вдоль доски. Гулкий стук резиновых подошв, казалось, усиливался тишиной. Потом он снова подошел к учительнице.

– Спрошу еще раз.

Он наотмашь ударил ее по лицу. Ученики закричали, учительница скорчилась на полу, и он толкнул ее сильнее, придавив ее голову к полу. Я слышала, как она всхлипнула, когда он прижал подошву к ее виску.

Он снова принялся мусолить зубочистку, но на этот раз уже не улыбался.

– Канадка, – процедил он сквозь зубы, – где?

Глава 20

Охота

Я оцепенела, тело стало ватным. Холодом обдало барабанные перепонки, страх пульсировал, заглушая сердце, затуманивая чувства. Я медленно отступила. Скрип кроссовок об пол нарушил тишину, и я вздрогнула, но все же сделала еще шаг назад. Паника нарастала, жгла, колотилась в груди…

Я на что-то наткнулась. Сердце подпрыгнуло от ужаса, и я обернулась.

– О, вот ты где! – весело сказал Трэвис. – Я тебя потерял…