Запертый 2

— А зачем тебе это? Обычно сурверы держатся подальше от всего, что связано с жизнью и смертью за пределами Хуракана.

— И я раньше знать не хотел. Боялся даже знать. Но после того, как столкнулся с тварью тут внутри… во мне проснулся интерес. Потом узнал, что родители были во ВНЭКС и мечтали о увеличении территорий Хуракана…

— Внэксовцы всегда удивляли своей упертостью — заметил вернувший Бишо, ставя на стол покрытую пылью бутылку — И этим мне нравились. Да и сейчас, пожалуй, все еще нравятся. Но для меня это нормально — я то вообще наружу рвался. А ты вроде всегда был тих и незаметен как серая плесень за… к-хм… под раковиной — не слишком складно закончил он свою фразу.

Рассмеявшись, я произнес это выражение правильно:

— Тих и незаметен как серая плесень за ободком унитаза. Ну да… одна из любимых сурверских поговорок.

— В этом выражении есть скрытое одобрение…

— Ну да… пусть серая плесень впитывает дерьмо и ссанину, но ведь она жива…

— Ты прав. Неудачное сравнение.

— Ну почему… — я улыбнулся — Это ведь правда — я действительно такой. Так ты расскажешь, Бишо? Или это прямо великий секрет?

— Не мастак я рассказывать. Но ради тебя — постараюсь, парень. Ты главное задай мне несколько вопросов поострее, чтобы я память старую расшевелил — а там уж оно само потечет как говно из дырявых труб.

— Хм… подходящие вопросы… ну, скажи свое мнение ветерана — какими умениями должен хорошо владеть выходящий наружу сурвер, чтобы не сдохнуть.

— Там ты все равно рано или поздно сдохнешь, Амос — медленно ответил старик, столь же медленно наполняя свою стопку — Те, кто выживают, они или калеки вроде меня или те, кто вовремя спрыгнул с этой службы. В Разведку идут либо дебилы как я, либо те, кто хочет записать себе в Ауру пару лет геройской службы во Внешнке, чтобы затем было легче делать карьеру. И принцип у них один и тот же — спустя год или, скажем, три, они получают свои вторые лычки на воротник и сразу же бегут к купленному доктору, чтобы тот поставил им диагноз, при котором служить в разведке нельзя. Вот такие как они — выживают. А такие как я дохнут. И никакие умения тебя вечно спасать не будут, Амос. Дашь одну промашку — и сдохнешь. И зачем тебе вообще знать про Разведку? Ты не надумал часом туда податься?

— Я перебираю разные варианты — уклончиво ответил я — Но пока туда не рвусь.

— И правильно делаешь, что не рвешься! Сиди себе тут тихо, копи деньги. Слушай! А хочешь — я тебя к себе возьму? Учеником — загоревшись этой мыслью, Бишо опустошил стаканчик, тут же наполнил его снова и продолжил — А чего нет? Получишь еще одну профессию, познакомишься с разными людьми — тут, знаешь ли, интересные разговоры бывают.

На обдумывание мне хватило нескольких секунд, и я кивнул:

— С радостью. От таких предложений не отказываются.

— Если соглашаешься, чтобы меня не обидеть, то…

— Нет — отпив толику, я потянулся к остаткам курицы — Я правда с радостью поучусь у тебя. Если только ты сам завтра не передумаешь.

— Не передумаю. Я ведь не пьян, Амос. Так что приходи как надумаешь.

— Приду — пообещал я и напомнил о своем вопросе — И все же… что должен уметь сурвер, если не хочет сдохнуть там снаружи в первые же минуты.

— «Там» — понятие растяжимое, парень — вздохнув, Бишо поерзал, устраиваясь в кресле поудобней, почесал под бородкой и заговорил, начав рассказ о территории вокруг убежища Хуракан.

— Работяги мы — просто сказал он, задумчиво при этом глядя на свою руку и мерно сжимая и разжимая пальцы — Чернорабочие. Чистильщики — как и ты. Работники рыбных прудов — как и ты. Только ты чистишь всякое здесь — а мы там. Ты наматываешь километры тут — а мы там. Ты ходишь по щиколотку в дерьме тут — а мы по горло там. Ты барахтаешься по пояс в затопленных коридорах, а мы под водой проплываем десятки метров. Есть конечно и среди разведчиков своя ленивая элита — те ничем таким не занимаются, а чаще всего сидят в надежно защищенных дзотах. В первую очередь это подразделение Эксоверы.

У меня вырвался вопрос:

— А Красные Скауты?

— Они вояки — старик уважительно кивнул — Именно они вытащили меня и еще троих из последней моей вылазки. И протащили еще пару километров до шестого буфера.

— Докуда?

— Просто слушай, парень. Слушай. Ты спрашивал про лучшие умения для хотящего выжить разведчика Хуракана. Опираясь на мой опыт, скажу так — ты должен уметь задерживать дыхание и плавать как юркая рыба, бегать как гепард, лазать по стенам как чертов гиббон и протискиваться сквозь узкие щели и карстовые воронки как скользкая змея. Ну а чтобы вытворять всё это без устали, ты должен быть выносливым как… даже не знаю как кто… как перелетная птица, которая начала махать крыльями в северном полушарии, а закончила на южном и только тогда сделала первый глоток гребаного мохито. Я, правда, сам мохито не пил, но говорят вещь вкусная. Ты услышал про умения.

— Услышал и запомнил — коротко ответил я.

— А сейчас я поясню, почему оно я так считаю. Слушай и понимай почему тебе никогда не стоит покидать пределы убежища. Тут безопасно — там смерть. И вот почему…

Хуракан представляет собой замкнутый подземный комплекс, расположенный в многослойном известняковом массиве, из которого вода тысячелетиями вымывала породу, образовав множество каверн и подземных рек. В свое время это доставило строителям немало хлопот, но благодаря технологиями они справились на отлично. Попутно инженеры исследовали подземную толщу вокруг, просканировали все, запустили умные автоматические буры, составили карту всех пустот и водных потоков, а во время строительства вмонтировали в стены убежища резервные малые люки. Первые поколения Хуракана начали ими пользоваться где-то спустя столетие или позже. Выйти через верхние шлюзы они побоялись, предполагая, что там смертоносный радиационный фон. Смельчаки вышли в глубинные пустоты, осмотрелись и поняли, что радиации нет, зато в карстовых пещерах огромное количество вполне чистой пресной воды и скорей всего запасы неисчерпаемы. Оставалось лишь установить там снаружи насос, подключить его к фильтрационной и обеззараживающей установке и готово дело. Отныне жители Хуракана могли перестать страшиться жажды — воды хватит на всех.

Это было первое открытие, но последующие не заставили себя ждать и течении дальнейших лет выходящие наружу исследователи обнаруживали все новые и новые живые и, что самое важное, полезные виды. Растения, животные, рептилии, монстры… там хватало всего. Случились и первые смерти, после чего экспедиции стали выходить наружу чуть реже. А затем смерти участились. Появились случаи, когда целые группы пропадали в полном составе, а следом исчезала и вышедшая за ними группа спасателей.

— Я своими глазами видели три двери смерти — хрипло сказал Бишо, отставляя еще полную стопку и наливая себе давно остывшую имитацию кофе. Добавив сахара, и перемешивая втрое сложенной стрелой зеленого лука, он задумчиво добавил — Первые две — только видел. Обе в северной стене Хуракана. А последняя в восточной — и за последней дверью навсегда остались мои сыновья. После того как нас там порвали в клочья, во второй южный буфер выходили еще раз пять, пока не произошла ситуация с массовой гибелью, в которой полегло два отряда спасателей. Никто из них так и не вернулся. После этого приказом Смотрящего люк запечатали. Еще один люк закрыт навсегда. Еще одна мембрана прорвана. Еще один буфер потерян.

Сгрызя лук, он запил его парой больших глотков кофе и взглянул на меня с поясняющей усмешкой:

— Мозги уже плавятся?

— Новых слов многовато — кивнул я — Мембрана?

— Важное понятие, сурвер. Мембраной мы называем две степени защиты буфера — активную и пассивную. Под пассивными имеются ввиду стальные сети в воде и решетки в дырах и проходах, например. Активная защита — это сами разведчики. Регулярные патрули, смена в дзотах, расставленные в воде и проходах капканы, мелкие мины и все прочее, что может сдержать тварей. Про них ты, кстати, еще не спрашивал — про наружных мутантов.

— Еще спрошу — пообещал я — А буфер это?

— Буферная зона. Понятие со старых времен, когда наружу выходили не простые сурверы вроде нас с тобой, а высоколобые ученые интеллектуалы. Или я зря тебя в простые сурверы записал, Амос?

— Я — проще некуда — заверил я.

— Вот и правильно! — он одобрительно хмыкнул и продолжил пояснять — Буфер — это огороженная и защищенная зона, что сразу за люком. Вышел наружу — и ты в буфере, сурвер.

— А вокруг него мембрана?

— На лету схватываешь. Молодец. Чтобы спокойно проводить свои исследования, брать анализы воды и почвы, отлавливать всяких мелких тварей, ученые потребовали создать для них защитную мембрану. А знаешь почему назвали мембраной, а не просто стеной?