Завтра ехать далеко

Рэй смолчал, глядя в тетрадь. Копейщик поднялся:

– Что, разок погреемся и спать? Завтра выступаем с первым петухом. Кстати, классная татуха. Что означает?

– А? – отвлекся Рэй, глянув на изображение черной лисы на груди. – Да ничего, – закрыл дневник, – не в себе был, когда набивал.

Сухой жар парильного отделения вновь поглотил героев.

***

Свежая кровь склеивала ладонь.

Куски плохо прожеванного мяса приятным весом расположились на дне желудка, утоляя здоровый аппетит. Однако успешная ночная охота в лесу и последующий прием пищи опять оставили пустоту внутри. Она в который раз взяла с плеча прядь волос цвета румяного пшеничного каравая и рассмотрела: густые, гладкие волосы казались вполне здоровыми. Что же так отталкивало ее в этом цвете? Она переводила взгляд с рыжей пряди на окровавленную ладонь и обратно, пока те не начинали сливаться в один оттенок. Устав от некрасивых цветов, она задумчиво провела пальцем по желтой костяной пуговице на воротнике, которая, впрочем, ничего не скрепляла.

Летний рассвет золотился меж громко щебечущих ветвей. Воздух тронулся, донеся знакомый запах. Она подняла носик по ветру, лениво сползла с валуна и направилась против потока, шедшего со стороны деревни.

Скоро на утреннем, едва просиявшем горизонте возник мужчина ростом уверенно выше среднего. Легкая бежевая сорочка с закатанными рукавами виднелась из-под набивного тёмно-зеленого жилета на пеньковых завязках – две верхних расслаблены. Хлопковые тёмные штаны с несколькими подшитыми карманами заправлены в простые кожаные сапоги, талия подпоясана ремнем, к которому прикреплены ножны полуторного меча. За пояс заткнут десяток оперенных пестрым петухом стрел. В руках длинный лук, а за спиной – знакомый бежевый рюкзак.

Она пригляделась внимательней: руки жилисты, плечи широки, фигура вырисовывалась перевернутым вытянутым треугольником. Что ж, беглец быстро оправился после порубной жизни. Подстриженная короткая борода, внимательные, спокойные глаза под коротким, остро зауженным козырьком охотничьей шапочки безо всяких украшений. Внезапно она отметила, что в нормальной-то одежде этот чурбан, пожалуй, сойдет за недурного деревенского охотника. Вот таким что ли Настя видит этого дурака?

– Откуда кровь? – требовательно спросил он, вскину козырек шапки древком лука, середина которого перемотана полоской кожи.

– Тебе какое дело?

– Есть, раз спрашиваю.

– Ты своими делами занимался, я своими.

Она попыталась отстраниться, однако герой подхватил ее за руку, и липкая кровь ее жертвы сцепила их ладони.

– Свинья или курица в этот раз?

Она отвела взгляд:

– Я ем тех, кому так и так суждено умереть на вашем столе.

– Мы это обсуждали. Пожалуйста, не кради домашних животных.

– Опять примеряешь на меня свою человеческую мораль? – она потянула руку на себя, и Рэй выпустил ладонь. – Вижу, мы наконец-то уходим из Умиры?

– Уходим. И я купил еды в дорогу. Правда, тут всё долгого хранения. Надо было взять тебе свежего мяса? Ты ведь сказала, что не любишь приготовленное. Если внутри этой сумки время идет медленнее, не испортилось бы сразу.

«Нет, всё-таки, чурбан», – разочарованно подумала она, а вслух усмехнулась:

– Вроде как костей на дорогу собаке не взял? Я не ем мясо от мясников.

– Зачем всё выворачивать? Я же стараюсь.

Чуть приподняв голову, она снова принюхалась к новым одеждам героя, запоминая запах.

– Ну что с тобой? – спросил он, не понимая этой простой предосторожности. – Вчера был бане, – пояснил лучник, тоже нюхая рукав старенькой, но тщательно отстиранной им сорочки местного кроя. – Вот одежду купил да кое-что из снаряжения. Что скажешь?

– Без разницы, – пожала она плечами. – В какие дали отправимся? Есть наводка на предметы Великих Героев?

Рэй попросил прощения и пояснил, куда они идут и для чего: Копань – Дрягва – Сяв. Настя.

– За этой бабой?! – вскинулась Сольвейг. – Далась она тебе? Ушла и скатертью дорога!

– Не пошел бы, если б она просто уехала. Но очевидно, что кто-то подделал письмо, скрывая следы. Кстати, не видела, чтобы она уходила из деревни?

– Нет, но я за ней и не следила. Издали мне видна только твоя душонка. Да и что тебе до нее? Ты же весь из себя герой, вот и занялся бы поисками вещей своих предков, а не всякой ерундой! Потренироваться ты с кем угодно можешь, не велика потеря. В северном ячменном поле тут живет ырка. Мы можем…

Рэй только посмотрел на нее, и Сольвейг всё поняла по взгляду.

– А впрочем, – отвернулась она, – без разницы. Сяв, так Сяв. Но не забывай о своем обещании.

– Сольвейг, – решительно обратился он, – я обещал и я…

– Ах, только не зачинай это нытье про «я тебя не оставлю». И так верю, такому-то моралисту. Просто в любом путешествии есть риск гибели, хоть от болезни, хоть от клинка. А с твоим везением, ох, не дождусь я свободы! – усмехнулась она и отправилась по солнечной глинистой дороге.

***

После вчерашнего дождя погода обещала быть сухой, но не жаркой, лучшего для дороги не пожелаешь. Двое прошли по южному гостинцу, представлявшему собой узкую двуосную колею чрез залежное поле. Впереди зеленела березовая роща.

Даже последние избушки Умиры еще не скрылись из виду у них за спиной, когда Рэй обратился:

– Сольвейг, я не могу больше таить этот вопрос. Расскажи мне о Горицвете, Великом Герое, с которым ты была так близка. Он был лучником, верно?

Та кивнула.

– Расскажи. Ты ведь хорошо его знала.

– Не так уж хорошо.

Рэй стиснул зубы:

– Можешь хоть раз ответить на вопрос, не показывая характер?

– Мофзеф хоть раф отфетить на вопроф! – противно передразнила она. – Бесишь.

Рэй терпеливо смолчал, и вскоре лиса, не сумев отказать себе в возможности принизить компаньона, подскочила вперед и, повернувшись к Рэю, продолжила шагать спиной вперед.

– Не пытайся даже сравнивать себя с мастером-лучником! Он-то был настоящим героем: отважным в бою, осторожным пред опасностью, рассудительным в общении. А уж как он стрелял из лука.

– Ты от него прямо в восторге. В отличие от остальных людей, которые, похоже, не очень-то чтят именно этого героя.

– А еще он никогда не носил попусту снаряженный лук.

Рэй опустил взгляд на оружие в руке.

– Тетиву следует снять?

Сольвейг щелкнула ноготком по древку:

– Тетива, даже не взведенная стрелой, создает огромное напряжение на плечи. Ты, вижу, купил новый лук. Но он за неделю придет в негодность, коль будет постоянно снаряжен. Вдобавок, тетива у тебя тут пеньковая. Если она попадет под дождь или даже в росу, то в течение пары часов станет бесполезна.

– Ясно, – прогибая плечи лука и освобождая тетиву, ответил он.

– В Сяве поищи из шелковой нити, это самая универсальная, но и обойдется недешево. А эту тетиву ты закрутил слишком сильно.