Ждать у моря погоды

– Может, до завтра погода уляжется, шторм стихнет, – попробовала обнадежить его Наташа.

– Будем посмотреть, как говорил мой дедушка…

* КРАСНОДАР

В Краснодар они прибыли в полдень. Город встретил их ослепительно-чистым небом, ярким южным солнцем и завыванем ветра, уже холодного даже на юге – сентябрь неумолимо вступал в свои права.

– А в Ростове я чуть было не обрадовался, – Коган проводил взглядом спешащий в Адлер поезд. – Счастливых тебе километров, дружище!.. – адвокат поднял свой и Наташин чемоданы, ловко запулив сигарету в урну. – Как ни странно, но в пять часов утра там было почти тихо, и я подумал, что ты права и ураган успокоился или прошел дальше на север. Ага, как же!.. Тьфу! – Ефим скривился, попав в густое облако пыли. – Советую надеть очки! Как в пустыне, честное слово!

Наташа подумала об ушедшем поезде, вспомнила уютное, обжитое за двое суток купе и пожалела о нем. Прилечь бы сейчас на мягкий диванчик с книжкой, пить кофе и дремать под стук колес, а не увертываться от клубов пыли на платформе, которые атаковали их по пути к подземному переходу, ведущему к автостанции. И пожалела о том, что перед выходом не достала из чемодана ветровку. В джинсах и рубашке-поло она замерзла под резким, уже по-сентябрьски холодным ветром.

– Хочешь лимонада? Могу принести, – галантно предложил Ефим, когда они добрались до посадочной станции для пассажиров с "единым билетом".

– Лучше потом посидишь возле вещей, пока я сбегаю за кофе, – Наташа указала взглядом на симпатичный павильончик, из приоткрытых дверей которого заманчиво пахло свежезаваренной арабикой.

– Ну, а я выпью, – адвокат бросал монетки в автомат "Староминский". – Краснодарский лимонад – это что-то особенное, я такого больше нигде не встречал! Да и от пыли уже в горле першит!

В кофейне пришлось ждать довольно долго. Там оказалось неожиданно много жаждущих кофе – в основном женщины, предпочитающие латте. Буфетчица неустанно жонглировала бутылками с разнообразными сиропами и возилась с питчером, взбивая молочную пену. Когда Наташа попросила эспрессо, усталая женщина посмотрела на нее с благодарностью – наконец-то кто-то попросил обычный кофе, без затей. Она покрутила ручку кофемолки и поставила стаканчик для эспрессо в кофе-машину.

Коган сидел у чемоданов мрачнее тучи.

– Видишь, сколько народа? – обратился он к Наташе, когда она села рядом с ним и размешала имбирь в стаканчике. – Это все тоже по единому билету, с утра ждут, когда будет хоть какая-то определенность. Говорят, переправа закрылась еще в семь часов утра!

– Плохо, – Наташа вытянула ноги. – Что теперь делать?

– Смотритель обещал порешать проблему, – Ефим сердито фыркнул. – Лучше бы не порешали, а решили, правда?

Из общего гула толпы, ожидающей транспорта в Крым, неожиданно выделился знакомый визгливый тенорок. Скандалист кому-то яростно доказывал, что свою очередь он никому не уступит, и на ребенка до года он плевать хотел, нет такого закона, чтобы обязательно с младенцами пропускать, и вообще нечего тыкать повсюду своих отпрысков, лишь бы пролезть вперед, грудному ребенку пирожки еще не нужны, надоело ему все это.

"Этого нам только не хватало, – подумала Наташа, – если он еще и в одном автобусе с нами окажется, беды не миновать: у Фимы уже руки чешутся, да и я задолбалась!".

– Внимание, пассажиры с "единым билетом!"– от диспетчерской к ним уже спешил сотрудник транспортного предприятия.

*

– В связи с погодными условиями переправа в порту "Кавказ" закрылась сегодня в 7 часов утра, – сообщил молодой человек в форменной тужурке и кепке, – а на мосту ведутся работы по прокладке железнодорожного полотна, и проезд по нему автотранспорта временно приостановлен. Поэтому все пассажиры с "единым билетом" будут отправлены в Джамете, в пансионат "Волшебница-2". Будете учиться колдовству, – натянуто пошутил он.

– Я так и знал! – скислился Коган.

– Будем учиться колдовству, Фима, – невесело усмехнулась Наташа. – Может, научимся наколдовывать хорошую погоду!

– Нет, ну что это такое?! – вспылил скандалист, размахивая пакетом со знаменитыми кубанскими сладкими пирожками. – У меня сегодня заезд в санаторий, я не позже 21.00 должен быть в Саках! Безобразие, зачем мне ваше Джамете, пусть откроют переправу или мост, за этим его и строили…

– Мужчина, помолчите уже, а? – взмолились из-под навеса. – Без вас тошно.

– Вплавь чеши в свои Саки! – раздался чей-то мощный, почти шаляпинский, бас. – Задолбал уже тут всех!

– Сейчас за вами придут автобусы и доставят вас в Джамете, – скороговоркой выпалил сотрудник и скрылся в дверях дежурного помещения.

Коган отошел в сторону от толпы, водя пальцем по экрану смартфона. Наташа тоже решила позвонить мужу.

– Да, я уже знаю, – сказал Уланов, услышав ее сообщение, – уже читал новости в интернете. Это хорошо, что вас отправляют в Джамете. Не стоит рисковать. В проливе сильнейший шторм, явно за день-два не утихнет.

– Веселый прогноз.

– Мы подали прошение о переносе прений. Судья должен пойти навстречу, он не слепой и не глухой и видит, что творится на море. Слушай, в Керчи у переправы уже скопилось множество автобусов, фур и машин, очередь уже скоро протянется за пределы города. Погугли фото с переправы, это надо видеть!

– Бедные керчане.

– В порту Кавказ не лучше. Примерно та же картина.

– Ясно. Будем, значит, учиться колдовству, – Наташа посмотрела, как люди атакуют первый подошедший к стоянке автобус. Перебранка, галдеж, плач детей перекрыли даже завывания ветра.

– Нечего и думать, – указал на давку у дверей Ефим, – раздавят и не заметят. Да и, как настоящий мужчина, я всегда пропускаю вперед женщин с детьми!

– Их попробуй только не пропустить, – хмыкнула Наташа.

– А разве ты теперь не так же себя ведешь?

– Упаси Боже! – Навицкая поморщилась при виде двух молодых мамочек, буквально сцепившихся у дверей. – Перефразируя Мольера, быть хорошей матерью – не значит быть мегерой и хабалкой. А я теперь даже рада, что Витя-маленький остался в Питере с няней. Для него такая дорога была бы тяжелым испытанием!

– Она и для взрослых тяжеловата.

Подошел второй автобус, и Ефим непостижимым образом оказался у входа первым. Споро забросив в багажное отделение чемоданы, Коган скрылся в салоне и уже через минуту постучал в окно из салона:

– Я занял нам места! Слышал, что из-за пробок ехать придется обходными путями, и автобус придет в Джамете только часа через четыре-пять.

* ДЖАМЕТЕ.

Ехали действительно очень долго, какими-то козьими тропами. За окном свирепствовал степной ветер, пригибая деревья почти до земли и срывая все, что было плохо закреплено.

Когда автобус пересекал на перекрестке одну из ключевых магистралей, ведущих в порт Кавказ, Наташа увидела плотную шеренгу фур, автомобилей и автобусов, еле двигающуюся и все больше замирающую. "Как же мы, со всей своей техникой, уязвимы перед разгулявшейся стихией! – с досадой подумала она, – как в стихотворении: всего сильнее и всего бессильней покамест остается человек!". Наташа не любила фантастические саги и жанр "катастрофа", "армагеддон" и "постапокалипсис", где авторы долго и сладострастно смаковали детали беспомощности человечества и отдельных его представителей перед бедствием, а авторам очередной предновогодней версии конца света хотела посоветовать хорошего психиатра: "И не надоедает им?!". Она была далека от фатализма. Но сейчас с досадой думала, что некстати разбушевавшийся ураган сильно подкорректировал их планы. "Чего бы ему было завтра не сорваться? Мы бы как раз добрались до Севастополя!".