Жертва
Шрифт:
– Кейдж останется здесь! – он прыгнул вверх и схватил меня за руку. – Алексис, давай!
Прыжок сразу в четвертое измерение. Мы с Одьеном упали на мягкое полотно темной материи. Он встал и начал оглядываться по сторонам, пытаясь понять, куда попал. Четвертое измерение, как и третье, существует отдельно от первых двух. Все сведения о четвертом измерении подчеркнуты из рассказов палачей и связанных с ними клятвой Возмездия хранителей, что заключили союз, отдав палачу часть своего Истока. «Мир темной материи» – так мы, палачи, называли его. Здесь хорошо виден золотой искрящийся Исток, бьющийся внутри
Что-то пронеслось мимо. Одьен шарахнулся, а я встала. Зацепила рукой темную материю и накрыла ею нас с Одьеном, создавая карман, в котором можно было спрятаться. Я прижимала ладонь к груди, но мой Поток все равно просачивался сквозь пальцы, разлетаясь каплями в окружающей густой тьме.
– Это четвертое измерение? – шепотом спросил Одьен.
– Да.
– И Призрак тоже здесь.
– Да.
– Денни Ориссон? Башня?
– Думаю, что он.
– Как долго ты сможешь удержаться здесь?
– Дольше, чем ты. Минуты три, может, дольше.
Одьен прижал ладонь к моей груди.
– Не трать силы, – попросила я.
– Помолчи, – он толкнул в меня Поток.
Да, он хранитель. Да, он восстановит потерянную часть Потока в течение нескольких часов, черпая энергию из окружающей его во всех пространствах материи. Эта энергия уже устремилась в него, обволакивая белое свечение Потока дымкой из тьмы. Но если он сейчас отдаст мне слишком много, у него не хватит сил удержать себя в четвертом измерении, точно так же, как и третьем, и во втором… Он потеряет сознание и рухнет в первом, отдав на милость палача свою судьбу.
Одьен остановился. Наверное, почувствовал слабость, которую ощущала и я. Но от раны на моей груди остался всего лишь порез.
– Выставь щит, – попросила я и материализовала горсть крохотных светящихся шариков.
– «Пыль смерти»? – произнес он.
– Только не попадись в нее, – я взялась за край кармана с выскочила первой.
Начала оглядываться по сторонам, сжимая шарики в руках. Казалось, вокруг нас никого не было.
– Ты видишь что-нибудь? – прошептал Одьен.
– Тише. В четвертом надо слушать, а не смотреть.
Одьен напрягся и крепче сжал рукояти своих светящихся топоров. Грубое оружие. Хотя, кто я такая, чтобы судить? Шорох слева от меня, и ничего. Снова все тихо. Палач играл с нами. И ловко прятался в карманах из материи. Значит, хорошо обучен.
Он возник напротив Одьена. Денни Ориссон. Это был он. Выбросил вперед руки, и мелкие рыболовные крючки полетели в нас. Одьен метнул навстречу топоры и развел пальцы. Топоры словно расслоились на множество узеньких тоненьких топоров. Они врезались в крючки и разбили их, врываясь искрами перед нами.
– А это что-то новое! – засмеялся Денни и снова метнул в нас крючки.
Я выпустила «пыль смерти». Метнула шарики в пространство и раскрыла ладони, направляя энергию в них. Шарики взорвались.
– Щит! – закричала я.
Одьен остановился за моей спиной и обнял
за плечи, выстроив вокруг нас полупрозрачную стену.Светящаяся голубая пыль заслонила все вокруг. Частички встретились с крючками Денни, и сплошная стена из искр осветила мрак четвертого измерения.
– Думаешь, меня этими фокусами достанешь?! – раздался смех Денни.
– Ты еще не дождался финала, – ответил ему Одьен и сильнее прижал меня к себе.
Каждая из искр взорвалась. Смертельный фейерверк, играющий синими огнями, разносящимися вокруг. Крик Денни, и тишина.
– Он ушел в третье, – прошептала я.
– Давай за ним!
Мы прыгнули. Одьен начал размахивать рукой, чтобы рассеять туман. Я схватила его за запястье и остановила руку.
– Это туман материи. От него не избавиться. Здесь нужно смотреть. Оболочка Потока полупрозрачная, как у нас с тобой. Ее можно заметить вдалеке только по волнам искажения пространства. Если заметишь, что туман движется или что-то в нем плывет – нападай.
– В теории все намного проще.
– Об этом я тебе и говорила. Теория одно – практика другое.
– Давай без нравоучений, – он схватил меня за плечо и резко толкнул в сторону.
Лезвие пролетело мимо моего лица. Одьен метнул топоры и снова расслоил их. Я увидела, как Денни убегает и выставляет за спиной щит.
– Не уйдешь! – закричал Одьен и бросился за ним, метая топоры один за другим и расслаивая их.
Сплошная стена из его топоров ударилась в щит Денни и обрушила его. Денни материализовал лезвия. Одьен выставил щит. Все это могло продолжаться долго. Пока у обоих хватит сил бороться и удерживать себя в пространстве третьего измерения.
– На кого ты работаешь? – закричала я.
– Вы не знаете, с кем связались! – Денни продолжал нападать на Одьена.
– Все кончено! Остановись! – просила я.
Одьен обрушил на него стену из осколков стекла.
– И что вы сделаете? – Денни защищался. – Отпустите меня? Не смешите! Для таких, как мы с тобой, дорога одна: на тот свет!
– Тогда почему ты борешься?
– Не хочу на тот свет, – он не сказал это, а простонал.
Одьен пробил его защиту, и стянул тело цепями. Денни упал, корчась от боли.
Я подошла к ним и присела на корточки напротив палача.
– Что случилось с Питером на самом деле?
– Сунул нос, куда не следует, – Денни начал посмеиваться. – Совсем, как ты.
– Почему ты сразу его не убил?
Он молчал, и Одьен сильнее стянул цепи на его теле.
– Отвечай на ее вопросы! – прошипел он.
– Потому что мы должны были узнать, что ему известно!
– Но он не раскололся, так ведь? – Одьен упер ногу в его плечо и толкнул, переворачивая Денни на спину.
– Мы хотели знать, на кого он работает.
– Вы думали, он на кого-то работает? – спросила я.
– Этот высший щенок был не так прост. Он приехал в Р. и сразу же начал копать, как будто знал, на что следует обратить внимание. Сначала мы просто за ним приглядывали, но, когда он слишком далеко зашел, ему помогли спрыгнуть с высоты. Думали, жить захочет – заговорит. Ни черта подобного. Все по нулям.
– Кто среди вас главный? – спросил Одьен.
– Он сам вас найдет, – Денни попытался засмеяться сквозь боль, но не получилось.