Жнец

— Кто бы сомневался. — проворчал я. — Им подавай интересный бой на грани, кровь и смерть.

— В точку! — согласился работник арены. — Есть ещё один минус в подобных схватках — они все слишком долгие. Вон, трибуны молчат, и скоро освистывать начнут. Позор для гладиатора, и отсутствие гонорара у победителя.

— Постой, что они делают? — во время разговора я продолжал наблюдать за бойцами, и только что увидел странное. Один из гладиаторов лишился своего шеста, после чего поднял руки вверх. Второй, на миг отскочив в сторону, ткнул своим оружием в грудь противнику, и встал, опершись на посох.

— А это то, чего никак нельзя делать на арене. Один сдался, а второй пощадил, не спросив разрешения у зрителей. Сейчас последует наказание. И это шанс для вас, чтобы ещё раз отличиться

— Что сделать? — не понял я.

— Если вы сейчас согласитесь наказать этих гладиаторов, то получите благодарность зрителей, а ваш рейтинг на арене взлетит до небес.

— Нет. — коротко ответил я. — Если распорядителю нужен палач для людей, пусть ищет другого.

— Что ж, значит им станет ваш противник. — помощник распорядителя посмотрел на меня так, словно эти слова должны были изменить моё мнение.

— Его право.

Однако мой противник тоже решил не участвовать добровольно в избиении двух вольных, вооруженных лишь деревянными шестами. И тогда Джамес поступил весьма некрасиво.

— Дамы и господа! — разнёсся над ареной его голос, усиленный громкоговорителем. — Все мы знаем, что на арене пощады нет! Но эти два вольных новичка решили, что они могут устанавливать здесь свои правила. Однако это не то, что мы хотим видеть, верно?

— Да-а-а-а! — раздался в ответ многоголосый рёв. Распорядителю даже пришлось выдержать паузу, а затем увеличить мощность громкоговорителя вдвое:

— Что ж, все знают, что мы, распорядители, суровы, но справедливы. Раз эти двое не готовы причинить друг другу вред, значит мы предоставим им возможность сразиться плечом к плечу! Против двух других воинов! И так, бой пара на пару. Насмерть! Оружие — щит и короткий меч у каждого из четверых.

— Ну вот, господин Альфа, вам всё же придётся сразиться с ними. — улыбнулся помощник распорядителя. А затем выражение его лица изменилось: — Только теперь вы не можете сами выбрать оружие. Так что всё в рамках испытательных боёв.

— И пока другая пара бойцов подготавливается к схватке, — вновь прозвучал усиленный голос распорядителя. — Мои помощники вынесут этим друзьям их броню и оружие. Да будет справедливый бой! И победит сильнейший!

— Да-а-а-а! — взревели трибуны.

Шагая следом за помощником к оружейке, я думал о том, кто же мне достался в напарники, и сможем ли мы победить? А ещё в моей голове поселилась другая мысль — на арене нет вольных гладиаторов. Все воины — рабы, вынужденные сражаться на потеху зрителям. Так что мне не стоит задерживаться здесь.

Глава 15 Шанс

Моим напарником оказался низкорослый худощавый паренек, чуть старше меня. Взгляд у него был… Нехорошим, вот. Бегающие глазки словно постоянно высматривали, что бы украсть, а движения рук у гладиатора и вовсе были дёрганым. Очень неприятный тип, от которого можно ожидать что угодно, в том числе и удар сзади. Не напарник он мне, нет. Так что с арены должен уйти один.

— Итак, поединок до смерти, пара на пару. Да начнется битва, и восторжествует справедливость! — выкрикнул смотритель, и трибуны вновь взревели. Глядя на это, я про себя подумал, что Искоренители объявили карантин совсем не на той планете. Вот кого действительно следует изолировать. И пусть они передушат друг друга.

Размышляя, я не забывал контролировать окружающее меня пространство, и притом неспешно приближался к своему «напарнику». И вот что мне с ним делать? Заколоть на опережение, пока он не попытался сделать то же самое? Или для начала проверить, на что способен наш противник? В целом, против нас выступают не воины. Может где-то им и приходилось драться, но жизнью при этом не рисковали, только здоровьем.

— Эй, одноглазый! — окликнул меня «напарник». — Как решать будем? Давай тв обойдёшь их, и ударишь со спины.

— В строю легче. — ответил я, приближаясь. — Приходилось сражаться плечок плечу?

— Да ты что, я же местный. — ответил мелкий, и ощерился, показав мне золотой зуб. — В строю сроду не стоял.

— Я научу. Смотри, щит ставишь вот так, и тогда…

Мой стремительный выпад «напарник» почти отбил. Однако я всё же достал его, и достал неплохо — кровь быстро потекла из раны. Всё, если ему не остановить кровотечение, через две-три минуты он лишится сил и рухнет.

— Тварь! Ты что творишь?! Они же нас положат! — прошипел мелкий.

— Попытайся убить хотя бы одного. — ответил я, оскалившись, и начал отходить от раненого, по дуге огибая двух противников. Те видели, что произошло, но моментом почему-то не воспользовались. Вместо этого один произнёс:

— Давайте бросим оружие! И тогда выживем все!

— Ты первый бросаешь. — ответил я, краем глаза поглядывая за раненым — вдруг попытается метнуть в меня свой клинок.

— Договорились. — ответил противник, и действительно бросил на землю меч. Вот же идиот. Ну уж нет, один раз он уже втянул меня в неприятности, второй я ему не позволю.

Я резко сорвался вперёд, сокращая расстояние между мной и противниками. Надеялся, что он попытается вернуть оружие, но ошибся. Он, как и его напарник, просто отступили, прикрываясь щитами. В итоге через секунду у меня в руках оказалось два меча.

Прикинув, как лучше действовать, я вновь двинулся по кругу, чтобы оба противника оказались между мной и подранком. В это же время на трибунах послышались крики одобрения в мой адрес, и грубые оскорбления, направленные на нежелающих сражаться гладиаторов.

«Напарник» не выдержал первым. Видимо решил, что ему нужно прикончить хотя бы одного противника, чтобы получить шанс покинуть эту арену живым. Поэтому мелкий, ругаясь хуже Крома Рогатого, быстро двинулся на обороняющихся, подволакивая левую ногу.

Ну и я не стал медлить — быстро сократил дистанцию до единственного вооруженного соперника, и изобразил удар сверху вниз. Противник умело принял мой меч на щит, и попытался ответить, но упустил из виду второй клинок, который я хоть и с трудом, но удерживал в левой руке, вместе с кожаной петлёй щита — та позволяла проделать подобное.