Жнец
Шрифт:
После этого командование ушло, у них и так дел хватало, тем более мы немецкую карту с разными отметками привезли. Нужно изучить. А за меня взялись корреспонденты. Интересовало их всё. Вот я и описал училище, первый день войны, второй, ночи тоже, как оказался в Сорок Девятой дивизии, окружение, гибель колонны медсанбата, отстрел офицеров, ну и всё остальное. Особо и не скрывал. Анну тоже опрашивали. После корреспондентов за нас взялись особисты, правда работали те недолго, потому как присутствовали при опросе корреспондентов. Документы пострелянных немцев те забрали. Думает это всё? Как раз нет. Оказалось, мой взвод включили в зенитную батарею что прикрывала штаб. Батарея усиленная, два взвода, в каждом по три орудия, сейчас пять, одно выбили, и мой взвод включили в эту батарею третьим подразделением. В общем, мой новый командир желал познакомится, уже присылал бойца-посыльного. Пришлось быстро убирать старые треугольники и на их места привинчивать кубари. Ну вот и всё, личного оружия правда нет, но и так неплохо. Прежде чем уходить, я попрощался с Анной, ей уже тоже новое направление дали, в армейский госпиталь, что разворачивался в Минске. Машина ждала. И да,
Обняв Анну, довольно крепко, да и та тоже силёнками не обделена была, меня в отместку потискала, а потом покраснев клюнула поцелуем в щёку, я проводил её до машины, помог загрузить вещи, даже те что мы для неё у колонны нашли, или в машинах, и та уехала, ну а у меня служба. Боец-татарин продолжает охранять технику, потом отдохнёт, а то тут имуществу быстро ноги приделают, я уже оценил, ну а я, придерживая планшетку направился к своему новому командиру. Каска на голове, винтовка за спиной, шинели и сидора нет, так с ними к начальству и не ходят, в машине остались. Да, а кухню уже отцепили и забрали. Быстро тут всё интенданты делают, я оценил. Моим новым командиром оказался молодой парень лет двадцати пяти в звании старшего лейтенанта. Тот поздравил с наградой и званием, и сходу дал понять, что я как командир очень близко к полному нулю, но я это и сам понимал, чем того порадовал спокойной реакцией. В общем, тот предложил заниматься самообразованием, он если что, поможет, и выдал некоторое книги и методички по зенитной артиллерии, использования «ПУАЗО», и проведения расчётов. Но с возвратом.
Он него я узнал, что в батарее у него пять буксируемых «тридцатисемимиллиметровых» пушек, одна была уничтожена во время бомбардировки, и его штабная «полуторка» с «ДШК» в кузове. Её интенданты частенько использовали для прикрытия штабных колонн, так что старлей обрадовал меня, мой взвод штаб охранять не будет, а скорее всего задачей моего подразделения охранение штабных колонн. Если кому нужно куда, то он может затребовать зенитное прикрытие. Если колонна небольшая, хватит одной зенитки, если большая, то обе. Моё подразделение мобильное, идеально для этого подходит. В свободное время мой взвод будет включён в защиту штаба. В общем, по сути работа будет в плотном движении. Не скажу, что я огорчился, но и радости мало, служба есть служба. Мы со старлеем быстро накидали список личного состава, это три водителя, два командира орудия, и по пять бойцов личного состава. Список будет отправлен в фильтрационный пункт и мне подберут бойцов по специальностям. Тут не где было собирать их, все на своих местах. Более того, старлей сообщил что заявку уже отправили, подсчитав сколько нужно бойцов и командиров в расчёты, так что через час другой можно ожидать личный состав. А насчёт двух наличных масксетей, то старлей, изучив списки имущества, стал их у меня выпрашивать. Именно так. Всё же интенданты уже всё оформили. Помня, как тот мне помог, и понимая, что в дороге сети не особо помогут, а ему нужно, я решил отдать обе, чем того порадовал, у него их всего две на всю батарею. Огнестрельное оружие тот тоже забирал, как оба немецких пулемёта, так и остальное. Я только один карабин «Мосина» по придержал, пусть запасным оружием будет. Ещё я подал заявки на боеприпасы, сухпайки, ну и топливо для машин. НЗ в кузове машины обеспечения я пока не трогал.
На этом мы закончили, и распрощавшись, я вернулся к своей технике. Перегонять машины к палатке старлея я не видел причин, он тоже, тут они тоже на месте. На стоянке всё было тихо и благополучно, проверив всё, я отправил бойца спать, а тот помявшись подошёл и попросил отправить его в свой полк. Мол, там всё родное, да и сородичи есть. Да я только рад. Так и сообщил, как прибудет пополнение, его отправлю в полк. Надо только выяснить вышел он из окружения или ещё нет. Боец уже спал, он также под машиной устроился, а я занимался делами. Перебирал вещи, осматривался. Чуть позже батарейный старшина прибыл, доставил командирскую форму, сапоги и фуражку, ремень с портупеей, кобуру и «ТТ». Я расписался в получении. Это от интендантов. Пистолет нужно чуть позже в удостоверение вписать. А то там соответствующая графа пустая. Форма подошла как влитая, у старшины глаз алмаз. Пришив петлицы, и нарукавные нашивки, всё как полагается, я снова надел её, застегнул ремень и с удовольствием осмотрелся. Вот теперь командир. Отличная цель для снайпера, сразу видно кто есть кто, где простой красноармеец, а где и командир. Стреляй не хочу. А старую форму сдавать я и не подумал, убрал в кольцо. Вот теперь всё, последний процент заполненности занял. Новую форму я буду носить при штабе, а перед выездом переодеваться в старую красноармейскую, в петлицах которой тоже кубари. Я ещё пожить хотел. К слову, шинель комсостава мне не выдали, сказали, что осенью выдадут, сейчас почти лето, мол, без надобности. Как я понял, пока просто не было, да и рано. Ничего, у меня вон плащ-палатка свёртком к сидору прикреплена, если что, она в дело пойдёт, да и скатка есть, я на ней также лейтенантские знаки различия закрепил.
Часть вещей и имущества я выгрузил, приходили бойцы от командира батареи, забрали оба тюка масксетей, пулемёты и остальное чем я решил поделится. К слову, моя палатка его не заинтересовала, свои есть, им по штату что выдали тем и владели, а для моего взвода пригодятся. Это хорошо, пусть в машине пока полежит. Я не успел с мелкими делами закончить, как пришли за бойцом-татарином, я уже известил что тот в свой полк хочет, а мне он не нужен. Попутная
машина была, не так и далеко некоторые части нашего механизированного корпуса выходили, и его отправляли туда. Не спел я с татарином распрощаться, как прибыла машина от фильтрационного пункта, там собрали зенитчиков и выслали их к нам. Сопровождал их сержант-пограничник. Пока бойцы выгружались из крытого кузова машины, тот направился ко мне со списком личного состава.– Товарищ младший лейтенант, группа зенитчиков доставлена в ваше распоряжение. Доложил, сержант Бочкин. Вот список.
Взяв список, я на миг замер, удивлённо рассматривая бойцов что как раз покинули кузов. Вздохнув, я направился к машине, кивком пригласив сержанта следовать за собой. А когда подошёл, там на меня тоже удивлённо пучили глаза знакомые лица, я указал на них и сообщил:
– Значит так, сержант, вот этих пятерых на хрен, мне они не нужны. Бойцы из бывшей моей батареи, ушли с другим командиром, – пояснил я тому. – В общем, спину я им не доверю. Склоны к предательству.
– Ну товарищ сер… Ой. Товарищ младший лейтенант, – протянул Агеев.
– Заткни его, – приказал я сержанту, после чего обратился к прибывшим бойцам. Не этой пятёрке. – Водители кто? Ковин, я тебя звал? Шаг назад. Сержант, грузи эту пятёрку в машину чтобы глаза мои их не видели.
Пограничник выполнил приказ и загнал бойцов обратно в кузов, под их глухие матерки. Ну а что они хотели, сами себе яму вырыли, вот пусть теперь и каются. А вообще я их, откровенно скажу, не ожидал увидеть. Думал те дня три ещё идти будут, пока до наших не доберётся, но видимо им повезло, кто-то помог, раз раньше оказались у наших. Фактически вместе со мной. Это означает одно, перебравшись через ту речку они вскоре встретили наши войска на технике и те их подвезли, другого объяснения у меня просто нет. Или машину, брошенную нашли, тоже вариант. Ну да ладно, это их дела, в своём подразделении я не потерплю эти личности, и думаю мне пойдут на встречу, всё же благодаря политотделу армии, эту историю начали раздувать, а как выйдут газеты, все о ней узнают. В куцем строю осталось стоять восемь бойцов, которые уже не так уверенно поглядывали на меня.
– Значит вы водители? – посмотрел я на двух бойцов что вышли вперёд.
– Товарищ младший лейтенант, мы шофёры, а не водители кобыл, – ответил молоденький чернявый паренёк в потёртой кожаной куртке поверх гимнастёрки.
– Ага, уже первый юморист проявился. Кандидат на наряды. Кто из вас двоих знаком с «Газ-ААА»?
– Так эта та же «полуторка», только с двумя мостами, – ответил второй водитель.
– Отлично, вам эта машина и досталась. Куприн, я прав?
– Да, товарищ младший лейтенант.
– Хорошо. Значит вам Зорин «Зис», – сообщил я чернявому. – Сержант Лосев?
– Я.
Вперёд вышел крепкий сержант лет двадцати пяти, видимо из старослужащих. Тот был при сидоре и скатке, оружие имелось, как и у меня, «СВТ», видимо тоже уважал эту винтовку. К слову, у остальных были карабины «Мосина». Вооружены были все.
– Сержант, как я понял вы, красноармеец Куприн и боец Гатин из одного расчёта?
– Да, товарищ младший лейтенант. Наша зенитка была уничтожена из засады.
– Счетверённые пулемёты знаете?
– Хорошо знакомый аппарат, товарищ младший лейтенант. Хотя у нас «ДШК» были.
– Хорошо, вы так и останетесь вместе, ваша машина «Газ». Пока отойдите в сторону, как закончим проведём приём машин и вооружения. Младший сержант Крупицын. Опыт есть?
– Небольшой, эту зенитку знаю, товарищ младший лейтенант, – выйдя вперёд, сообщил сержант.
– Назначаетесь командиром расчёта.
Дальше я оставшихся бойцов раскидал по расчётам, вышло по четыре человека на машину. Не нашлось водителя для машины обеспечения, но так может быть даже будет лучше, я сам буду на ней ездить. Минимальный состав я набрал, чуть позже мне подкинут ещё людей, а пока отправил машину обратно, я с сержантами провёл процедуру проёма техники, вооружении и снаряжения. Сержанта Лосева назначил дополнительно своим замом. Обоим командирам выдал по биноклю, один найденный у колонны, другой трофейный с немцев, всё же я его по придержал, а не свалил в общую кучу трофеев. Себе ничего не оставлял, у меня подзорная трубка была на случай крайней нужды. Всё лишнее перекидали в машину обеспечения, перегрузив её. Но зато ничего лишнего в кузовах зениток не осталось и расчёты принимали их. Свои вещи я уже перенёс в кабину «Захара». Ну а потом к командиру пошёл со списками личного состава, нужно всё оформить и поставить их на довольствие. Бюрократия, будь она не ладна. Заодно написал повторную заявку на пополнение, всё же людей маловато, да и третий водитель требовался, а я как замена буду в случае чего.
Когда я вернулся, бойцы обедали, они уже были у кухни и получили всё по своим котелкам, мой стоял на капоте грузового «Захара» накрытый ломтем хлеба, а рядом парила кружка с компотом. Был борщ, а хорошо штабных кормят, так что пообедав, а я присоединился к бойцам, сидя на подножке, ну а потом помыв посуду, рядом озерцо было, принял зачёт по знанию оружия. Оба расчёта показали разрядку и зарядку пулемётов, и сейчас чистили их, всё же пыли по ночной дороге те нахватали изрядно. Их придётся чистить каждый вечер, стреляли зенитки или нет, пыль тут была вездесуща, а никто не хотел, чтобы те отказали. Расчёт сержанта Лосев показал лучший результат, ему я и выдал машинку для снаряжения лент под роспись, сержант теперь отвечал за это ценное имущество, и тот берёг, замотал в холстину и убрал под сиденье в кабине их машины. Дальше, так как зенитки можно считать условно боеготовыми, я выгнал их из рощи и поставил на позиции, мы с командиром батареи это уж обговорили, прикинув где их лучше поставить. Охранять машину обеспечения было некому, пришлось отогнать её к машине сержанта Крупицына, чтобы его бойцы присматривали за ней. Ну а сами зенитки были замаскированы срезанными ветками, вполне неплохая маскировка, машины теперь на кусты были похоже. Одну машину поставили у того поста на подъезде к роще, она и его прикрывать будет, командир поста в звании лейтенанта временно взял командование над моей зениткой. Вторую поставили у озера, с этой стороны роща прикрыта не была.