Змея Давида

Лестница кончилась, за ней тянулся недлинный коридор, заканчивавшийся поворотом вправо. И тут до ее слуха донеслись звуки медленных неуверенных шагов и то ли вздох, то ли стон. А затем послышался шорох, как будто кто-то сползал по стене на пол. Диана остановилась и перевела дыхание, стараясь сделать это неслышно. Ладонь, сжимавшая палочку, вспотела, глаза, всматривающиеся в полумрак подземелий, щипало от напряжения, а все тело сжалось в знакомой судороге – напряжении бойца перед решающим броском.

Она сделала еще несколько шагов, резко повернула вправо и в неверном свете факела увидела шагах в пяти перед собой человека в черном плаще Упивающегося, сидевшего на полу. В одно короткое мгновение, перед тем, как послать в него невербальный «Экспеллиармус», в глаза ей бросились и белая черепообразная маска, скрывающая лицо, и его левая рука, прижатая к животу, сквозь пальцы которой сочилась кровь.

Нет ничего легче, чем обезоружить того, кто не ждет нападения, и в ее ладонь послушно легла палочка, согретая теплом руки неизвестного, и липкая от его крови. Диана сняла с себя маскировку, поднесла палочку к глазам, и сердце ее пропустило удар. Черная, гладкая, с деревянной рукояткой, покрытой рунами, палочка могла принадлежать только одному человеку.

====== Глава 33 ======

Несколько долгих мгновений она продолжала держать человека на полу под прицелом своей палочки. Тот не предпринимал никаких попыток встать – сидел, обессилено облокотившись спиной о каменную стену и, казалось, был без сознания. Набрав в грудь воздуха, она как можно более твердо произнесла:

– Кто вы? Снимите маску.

Испачканная кровью рука человека потянулась к лицу, и маска словно сама отделилась от него, прилипнув к его ладони. Судорожный вздох вырвался из груди Дианы – перед ней сидел Северус Снейп собственной персоной.

Он ведь должен сейчас находиться в Малфой-мэноре и ждать возвращения Упивающихся с рейда, вихрем пронеслось в ее мозгу, почему же он здесь, да еще в таком состоянии? Неужели Волдеморт заподозрил неладное из-за того, что авроры слишком быстро прибыли на место преступления?

Она уже хотела, было, броситься к нему, но внезапное подозрение, что это может быть кто-то другой в обличье Снейпа и с его же палочкой, остановило ее. Диана спрятала отнятую палочку в задний карман джинсов и осторожно подошла к Снейпу, не сводя с него глаз. Под расстегнувшимся плащом Упивающегося смертью она разглядела его неизменный сюртук, на котором сейчас расплывалось тускло отсвечивающее влажным пятно. Волосы слиплись от крови, несколько струек засохли на лбу и на щеке. Это были самые заметные повреждения, но, похоже, не единственные.

Диана опустилась перед ним на корточки. Снейп сидел, закрыв глаза и сжав губы, дыхание его было частым и поверхностным. К запаху крови, исходившему от его одежды, примешивался легкий аромат трав и зелий. Именно это и убедило ее окончательно в том, что перед ней – действительно профессор зельеварения.

«Господи, что он с ним сделал? За что?» – подумала она, с ужасом глядя на него. Непонятно, как он смог пройти незамеченным мимо постов и дойти от антиаппарационной зоны почти до самых подземелий, истекая кровью? А авроры? Да они запросто могли грохнуть его на месте сразу же, не разбираясь! При мысли об этом внутри у нее все словно сжалось.

– Профессор… – она осторожно дотронулась до его плеча. Снейп открыл глаза и хрипло спросил: – Почему вы здесь? – Патрулирую коридоры. Что с вами случилось? – Диана вынула его палочку из своего кармана и вложила ее ему в ладонь. – Ничего страшного, – Снейп шевельнулся в попытке встать, при этом лицо его исказила болезненная гримаса. – Помогите мне подняться, а дальше я сам… – Вам надо к мадам Помфри, – сказала Диана, осторожно беря его под локоть и позволяя ему опереться другой рукой о свое плечо. С превеликим трудом им удалось подняться, причем Диана чувствовала, что он весь дрожит мелкой дрожью от сильной боли. Несмотря на худобу, он показался ей очень тяжелым, его шатало от слабости, и чтобы удержаться на ногах и не опрокинуть ее, он оперся одной рукой о стену и так застыл на несколько секунд, собираясь с силами. – К черту Помфри, – прошептал он, отстраняя ее от себя. – Идите дежурить дальше, я вполне могу дойти самостоятельно. – Но… – попыталась возразить она, но Снейп перебил ее: – Беркович, займитесь своими основными обязанностями, – прошипел он, – а меня попрошу оставить в покое. Я иду к себе!

Голос его был слаб, но даже в такой ситуации Снейп оставался Снейпом – отчитывал ее, словно лезущую не в свое дело студентку. Диана вдруг ощутила раздражение на него как на упрямого, неразумного ребенка. Весь в кровище, на ногах еле держится, а туда же, геройствовать! Сам он, как же!

– Хорошо, идем к вам, но потом я все-таки позову Помфри, – твердо сказала она, кладя его руку себе на плечо. – Беркович… – начал, было он, но теперь уже Диана сердито перебила его: – Профессор, давайте мы сначала разберемся с вашими ранами, а потом, если уж вам так неприятна моя помощь, вы сможете проклясть меня любым удобным для вас способом!

Чудо, но он послушался, даже не возразив ничего в ответ, как видно, ему становилось хуже. Молча он позволил ей довести его до своей двери, отпер ее заклинанием, и они вошли. Очутившись в большой темной комнате, она взмахом палочки зажгла свечи, даже не спросив его разрешения на это. В конце концов, ей еще придется вволю похозяйничать в его шкафах в поисках лекарств – оставлять его одного с такими ранениями в ее планы не входило, как бы ему это ни не нравилось.

Заметив диван, она направилась к нему и усадила Снейпа на него, стараясь действовать как можно аккуратнее, чтобы не причинить лишней боли. Она чувствовала себя жутко неуклюжей – ей казалось, что своими прикосновениями она делает ему только больнее, но и уйти, бросив его тут справляться самостоятельно, не могла.

Снейп сидел с закрытыми глазами, переводя дыхание и Диана, не давая ему окончательно прийти в себя и снова вернуться к своей привычной язвительности, принялась расстегивать его сюртук, порванный в нескольких местах. Ткань была влажной от крови, и пуговицы с трудом вылезали из петель. Разведя в стороны полы сюртука, она сокрушенно покачала головой, увидев насквозь пропитанную ярко-алой кровью рубашку. Кровопотеря действительно была серьезной и Диана молилась, чтобы не было задето солнечное сплетение или печень – с такими повреждениями ей в одиночку не справиться. Заклинанием она разрезала рубашку и судорожно выдохнула.

Судя по всему, в него одновременно отправили сразу несколько заклинаний. Весь правый бок пересекали три глубоких раны с рваными краями, похожие на удар медвежьей лапой. Диана узнала «коготь тигра» – боевое заклинание, позаимствованное англичанами у китайских магов. Обычно его использовали авроры, но, как видно, и Упивающиеся им тоже не побрезговали. На груди и животе красовались несколько отверстий, словно от тупых стрел, дополняли картину с десяток ожогов по всему телу. Все раны продолжали сильно кровоточить.

Она перевела взгляд на Снейпа. То сидел, бессильно откинувшись на спинку дивана, с закрытыми глазами. Губы и веки его чуть подрагивали, а пальцы время от времени сжимались в кулаки. Сейчас лицо его было не просто бледным, а с какой-то синевой, на лбу выступила испарина, дыхание было учащенным.

«К черту, – подумала она, – зову мадам Помфри», – и встала, чтобы направиться к камину, но Снейп будто прочел ее мысли и успел схватить за руку.

– Не надо Помфри, – прошептал он, глядя на нее, как ей показалось, умоляюще. – Не зовите никого, просто принесите зелья, они там…