Змея Давида

Он вяло махнул куда-то вправо, в сторону незаметной темной двери, ведущей, как видно, в его личное хранилище и снова закрыл глаза.

– Профессор, если у вас есть внутренние повреждения, одной мне не справиться, – мягко сказала она. – Почему вы не хотите, чтобы она вам помогла? – Ей не нужно ни о чем знать. – В каком смысле не нужно? Вы хотите сказать, что она не в курсе вашей… деятельности? – изумилась Диана, и Снейп кивнул в ответ.

«Замечательно, – со злостью подумала она, бросаясь в указанную Снейпом комнатку в поисках зелий. – Единственный шпион Ордена каждый раз рискует собственной шкурой, а наш драгоценный директор даже не поставил об этом в известность школьного врача, чтобы тот мог в случае чего оказать ему помощь. При случае обязательно ему это выскажу!»

Взгляд Дианы заметался по бесчисленным полкам, сплошь заставленным разнокалиберными пузырьками с зельями. Только сейчас она заметила, что как никогда близка к панике, руки трясутся как в лихорадке, а горло стиснул горячий ком. Никогда прежде при виде чужих ран она не ощущала подобного, хотя успела повидать их не так уж и мало.

Так, только спокойно, скомандовала она самой себе, до боли стискивая пальцами полку и зажмуриваясь. Не хватало еще запороть что-нибудь под влиянием собственных эмоций. Все будет хорошо, он не умрет, повторяла она про себя, он справится, все будет хорошо... Несколько глубоких вздохов помогли ей немного успокоиться. В конце концов, она хоть и не медик, но оказать первую помощь ее умений вполне хватит.

Торопливо она начала набирать то, что могло сейчас понадобиться – ранозаживляющее, кроветворное, противоожоговое, обезболивающее, Сон без сновидений, дезинфицирующее, бинты и вату. Пока хватит, в случае чего можно будет вернуться и взять что-нибудь еще.

Вернувшись в комнату, она составила все это на журнальном столике. Сняла куртку и шарф, сбросив все это прямо на пол. Из стакана наколдовала миску и наполнила ее теплой водой. Теперь движения ее были четкими и уверенными. Бросив в воду несколько марлевых салфеток и плеснув туда дезинфицирующего раствора, она повернулась к Снейпу и заклинанием раздела его до пояса. Протянула ему пузырек с обезболивающим, которое он тут же выпил.

– Мне будет удобнее, если вы будете лежать, сэр, – сказала она, и он послушно позволил ей уложить себя на диван. Палочкой убрала кровь с его кожи, отжала одну из марлевых салфеток и очень осторожно принялась промывать ею раны. – За что он вас так? – спросила она, сейчас ее задачей было не дать ему впасть в беспамятство, чего она, говоря по правде, опасалась. – Это не тот, о ком вы подумали, – прошептал Снейп. – Но по его приказу? Он вас заподозрил? – Это всё ваши коллеги, – Снейп вздрогнул всем телом, когда она дотронулась до ран на его боку, но больше не издал ни звука, показывавшего, что ему по-прежнему больно. – Авроры?! – Пока новобранцы развлекались в деревнях, оставшиеся под командованием Долохова и Руквуда-старшего попытались захватить Министерство, – не открывая глаз, продолжал Снейп. – Мне пришлось принять участие в штурме…

Она покачала головой. Значит, налет на деревни был скорее для отвода глаз, а истинной целью было все же Министерство. А они-то, дураки, ожидали нападения на школу…

– Министерство пало? – спросила она и затаила дыхание, боясь услышать положительный ответ. – Нет, – еще тише ответил Снейп, – нас отбили…

Новые вопросы так и вертелись на языке, но она решила оставить их на потом, когда ему станет получше, а пока лучше сосредоточиться на лечении. Закончив промывать раны, Диана взяла палочку и провела ею над Снейпом – теперь ее целью было выявить повреждения внутренних органов или присутствие, как она их про себя называла, «троянских коней» – вредоносных чар, которые проявляются лишь спустя некоторое время. Проверка показала наличие отсроченного заражения крови, внесенного ранами, похожими на удары стилета. Если пропустить этого «трояна», через сутки начнется сильнейший сепсис, бороться с которым практически бесполезно. «Свиньи!» – выругалась она про себя и быстро нейтрализовала заклятие, после чего принялась одними губами читать заклинания, останавливающие кровь и ранозаживляющие.

Она успела обработать таким образом почти все раны и уже взялась за его голову, когда поняла, что что-то не так. Края только что сращенных ран на боку разошлись и снова начали кровоточить. Она повторила все с начала, но буквально через пару минут на разошедшихся краях раны снова показалась кровь. Она мысленно чертыхнулась и еще раз проделала то же самое, и снова безрезультатно. Снейп продолжал истекать кровью.

Диана схватила палочку и еще раз провела ею над ним Сканирующим заклинанием. Ничего, никаких признаков вредоносных чар или яда, но факт налицо – кровь упорно не желала останавливаться.

Снова она бросилась в кладовую, теперь уже в поисках коагулянта. Необходимое нашлось далеко не сразу, видно, Снейп пользовался им куда реже, чем остальными лекарствами. Зато она нашла не только зелье, повышающее вязкость крови, но и мазь с аналогичным действием. Схватив обе баночки, она вернулась в комнату.

Снейп лежал в той же позе, в какой она его оставила. При ее появлении он чуть приоткрыл глаза, но затем снова закрыл их, чуть слышно спросив:

– Что-то не так? – Все в порядке, просто кое-что забыла, – ответила она. – Как вы себя чувствуете? – Терпимо. – Тогда выпейте это, – она протянула ему зелье-коагулянт. Он поднес его к носу, открыл глаза и с подозрением поглядел на нее. – Это поможет быстрее остановить кровь, – сказала Диана, стараясь не выдать своего беспокойства насчет того, что и это средство может оказаться бесполезным.

Снейп перевел взгляд на свой живот. Кровь, сочившаяся из ран, тонкими струйками стекала с его бока вниз, впитываясь в обивку дивана.

– Заклинания пробовали? – спросил он. – Конечно, – с легкой обидой в голосе ответила Диана.

Когда Снейп все же выпил зелье, она снова смыла кровь, после чего нанесла мазь-коагулянт на все раны. Подождав еще некоторое время и убедившись в том, что кровотечение постепенно прекращается, принялась сращивать края ран заклинанием и наносить на них теперь уже заживляющую мазь.

Закончив все процедуры, Диана оглядела результаты своего труда. Края ран стянулись и больше не кровоточили, а ожоги стали более бледными. Она провела палочкой над его головой, убирая с волос кровь. Кроме всего прочего у него наверняка еще и сотрясение мозга, но по сравнению с остальным это было не столь серьезно. Теперь ему нужен просто покой и сон. Она почувствовала, как свинцовая усталость наваливается на нее, однако расслабляться было еще рано.

– Вас не тошнит? – спросила она, дотрагиваясь до его лба, чтобы проверить температуру. – Немного, – ответил Снейп. Он попытался подняться, но Диана опустила руки на его плечи и мягко заставила лечь обратно со словами: – Вам не стоит пока вставать, раны могут снова открыться. – Мне уже лучше, – пробормотал он. – Вы можете идти, дежурить дальше. – Я могу быть уверенной в том, что после того, как уйду, вы не вскочите на ноги и не ринетесь куда-нибудь еще? – Беркович, не испытывайте моего терпения, – он попытался изобразить свой «фирменный» взгляд, приводивший в трепет толпу третьекурсников, но слабость не позволила сделать это в полной мере, да и Диана уже давно вышла из того возраста, когда на нее еще можно было произвести соответствующее впечатление подобным образом. – И не собиралась даже. Просто желаю знать наверняка, что мои труды не пойдут насмарку. Я вам с трудом кровь остановила и не хочу, чтобы кровотечение началось снова.

Он удрученно вздохнул и добавил уже более миролюбивым тоном:

– Я никуда не собираюсь отправляться в таком состоянии, не волнуйтесь. Просто ваше отсутствие на посту могут заметить. – Хорошо, я пойду, но прежде… – и Диана снова направилась в кладовую, где захватила еще два фиала – с кроветворным и Сном без сновидений. – Вы выпьете все это, и я тут же уйду, – и протянула ему кроветворное. Пока он его пил, она накапала солидную дозу снотворного в стакан с водой и, не дав Снейпу опомниться, протянула стакан: – И это тоже.

Через минуту он уже спал. Диана глубоко вздохнула и с силой провела ладонями по лицу. Спина болела, глаза щипало от бессонной ночи, а во всем теле появилась неприятная слабость, какая бывает после приступа сильнейшей боли или длительного напряжения. Она перевела взгляд на Снейпа и неожиданно для самой себя улыбнулась. Лицо его было спокойным и расслабленным, отчего он казался моложе и как будто уязвимее. Продолжая удивляться самой себе, она протянула руку и дотронулась до его щеки, ощущая под пальцами иголочки щетины.