Агент хаоса

Фиби смотрела в окно.

– Погоди. Стой.

Гремлин остановился, она выскочила, оставив дверь открытой. Дополнительно освещение позволило Малдеру увидеть почтовый ящик на столбике. Он выбрался и обошел машину.

Малдер склонился рядом с Фиби и осмотрел его. Буквы были вырезаны на металле. ЭР и еще буква, похожая на П.

Эрл Рой.

Гимбл выглянул из окна.

– Ну?

Малдер вздохнул.

– Это его дом.

Тропа шла от почтового ящика в лес, узкая тропа среди зарослей. Если бы Малдер был один, он бы уже побежал по ней. Он стоял на точке, где встречались дорога и тропа.

Малдер и Фиби вернулись в машину. Все молчали, а он повернул и поехал по тропе. Он держался за руль потными ладонями, ветки хлестали бока машины.

– А если он увидит машину? – прошептала Фиби, словно Эрл Рой мог ее слышать.

– Здесь поверни влево, – Гимбл указал на траву у тропы.

– Впереди свет, – сказала Фиби. – Видите?

– Я хочу посмотреть ближе, – Малдер припарковался и открыл дверь, чтобы выйти, но Фиби схватила его за руку.

– Уверен? Мы можем уйти и позвать копов.

«Они ведь так нам помогали», – подумал Малдер.

Идти к копам было умнее и безопаснее всего для него, а для Сары Лоуэ? А если она была здесь, и ей было больно? Малдер представил, как подобрался ближе к дому и услышал крики девочки. Он не мог ее бросить.

Он не мог уйти, если бы шанс, что Эрл Рой знает о Саманте.

– Я просто хочу посмотреть. А если это место заброшено? Или он больше не живет здесь, и мы притащим копов зря? Если они вообще нас послушают. Нам нечем их заманивать. Я уже потерял их доверие, – Малдер выбрался и подвинул сидение, чтобы вышел Гимбл.

– Значит, мы идем? – спросил он.

– Если хочешь остаться, все нормально, – сказал ему Малдер.

Гимбл заметил, что Фиби вышла, и выпрямился.

– Я иду.

Друзья пошли по тропе вместе, направляясь к тусклому желтому свету, как к маяку. Через пару ярдов стало видно дом. Свет отмечал части ветхого здания. Больше было похоже на хижину, чем на дом.

– Внутри темно, машин рядом не видно, – Малдер в тайне ощущал облегчение. – Его может не быть дома. Стойте здесь, я проверю.

– Мы так не договаривались, – напомнила Фиби.

– Смотри, – Малдер указал на темные окна. – Никого нет. Я просто хочу оглядеться.

– Плохая идея, – Гимбл оглянулся через плечо. – А если он вернется?

– Свистни.

– Разве это не спугнет его? – спросил Гимбл.

– Не переживай, – Малдер развернулся и пошел к захудалому дому. Он терял время. – Я вернусь через три минуты.

– Фокс… – взмолилась Фиби.

Он переживал за Фиби больше всех, кроме мамы, но не мог оставить это, этого не хватило бы, чтобы идти в участок.

Он оставался близко к деревьям, что граничили с тропой и краем двора, если конец тропы можно было считать двором. Он шел к дому, глаза привыкли к темноте и открыли его состояние. Крыльцо опасно перекосилось, деревянных перил не было. Доски, что были снаружи дома, были в разном состоянии гниения. Такому дому подошла бы табличка «ОСУЖДЕННЫЙ» на гвоздях на входной двери.

У дома зарослей было еще больше, и Малдер цеплялся за корни и лозы. Он добрался до заднего двора, и освещение крыльца сюда не доставало. Полоска лунного света проникала через деревья и отбрасывала светлое сияние на груду металла.

Она была такой высокой, что Малдер мог спрятаться за ней и разглядеть черный ход. Он бросился к куче, понимая, как громко звучат его шаги. Но дом оставался темным внутри. Было глупо бояться заброшенного дома и груды мусора.

Почему он впустил в себя паранойю Фиби и Гимбла?

Он спешил к ступенькам. Можно было заглянуть в окошко двери. Он все равно увидит лишь пустой дом и тупик. Малдер обошел груду, и что–то впилось в его ребра. Он оглянулся и не сразу понял, что его ткнул руль от детского велосипеда.

Холодок пробежал по его спине. Он прищурился, разглядывая гору металла. Полоски пластика блестели в лунном свете. Ленты свисали с разных рулей. Он провел ладонями по металлу. Виниловые сидения были не больше его ладони. Маленькие колеса. Изгибы множества рулей.

Десятки трех– и двухколесных велосипедов, некоторые были старыми и ржавыми, а некоторые выглядели как новые. Они были свалены в кучу.

«Чьи они? Где теперь эти дети?»

Билли Кристиан и Сара Лоуэ были без велосипедов, когда их забрали. Мог ли этот гад похищать и тех детей, о ком не было написано в газетах.

Перед глазами вспыхнула картинка. Трехколесный голубой велосипед в стиле вертолета с белым сидением и белыми ручками на руле. Саманта сама выбрала его, когда ей было четыре. В магазине игрушек она прошла мимо розовых велосипедов и остановилась перед голубым.

– Этот, – сказала она. Малдер помнил, как провел все лето у этой штуки, пока Саманта вопила. – Подтолкни меня, Фокс!

Волна ярости ударила по нему. Малдер хотел схватить каждый велосипед и бросить в хижину Эрла Роя.

Малдер пересек двор, поднялся по ступенькам к черному ходу и заглянул в грязное окошко. Он различил силуэты холодильника и плиты, а дальше виднелся свет с крыльца. Он дернул дверь, не подумав. Засов щелкнул, и она открылась.

«Совпадений не бывает».

Эти слова были мантрой Малдера, это укрепило его веру.

Судьба вела его сюда.

Он знал, что Саманты нет в этом доме. Но Эрл Рой мог ответить на вопросы, что терзали его 1952 дня.

Была ли Саманта еще жива? Если нет, то что с ней произошло?

Сестру спасать, может, было уже поздно, но если Сара Лоуэ была внутри, или информация, что помогла бы полиции найти ее, может, удалось бы спасти девочку.

Он перешагнул порог.

«Спокойно. Ты уйдешь еще до того, как он вернется домой».

Малдер глубоко вдохнул и прошел по дому к входной двери. Он хотел дать Гимблу и Фиби понять, почему он так долго, даже если она убьет его, поняв, что он вошел внутрь.

«Я все объясню ей».

Маленькая старая кухня была удивительно аккуратной. На стене висели черно–белые фотографии в деревянных рамках. Место казалось нормальным, пока Малдер не заметил оригинальный золотой диван в гостиной и шесть разных золотых стульев в столовой. Стулья были обиты бархатом, у каждого был разный цвет, и они напоминали ему мебель в доме тети, на которой никто никогда не сидел. Они были неуместными в доме взрослого мужчины.