Агент тьмы
Шрифт:
– И что теперь?
– Поместим ее в камеру. Ее допросят. Нужно узнать, как ее завербовали. – Роан провел рукой по губам, в его глазах мелькнули тени. – Раньше она была верна нам.
Когда мы с Роаном вернулись в особняк, в моем теле уже не осталось адреналина. Я вошла в замаскированную чарами парадную дверь, желая только одного: забраться в постель и уснуть. С бесчувственной Бранвен на руках Роан осторожно направился по темному двору к камере. Я пошла по коридору. Через несколько секунд послышались приближающиеся шаги, и передо мной появились Абеллио и Элрин. Последняя
– Что случилось? Бранвен… – Казалось, она не в силах закончить фразу.
– Роан отнес ее в камеру. – Я сонно моргнула. – Мы застукали ее на встрече с банши из подземного Двора Скорби.
Темно-синие глаза Абеллио сияли в свете свечей.
– Почему она так поступила?
Я покачала головой:
– Не знаю. Может, завтра узнаем больше.
Элрин прищурилась:
– А как ты догадалась, что нужно следить именно за ней?
Я пожала плечами. Я не собиралась рассказывать, как следила за ними без их ведома. Или о том, как Элвин демонстрировала Роану свои соски. Уж точно не сейчас. Я поднялась по лестнице к себе. Элрин и Абеллио позади о чем-то вполголоса переговаривались.
Подойдя к двери, я заколебалась. Тело умоляло об отдыхе, но я знала, что нужно сделать еще кое-что, прежде чем я засну. Я прокралась по коридору к спальне Бранвен и повернула дверную ручку.
В мигающем свете свечей, куда-то уставившись, стоял Нериус.
– О, – сказала я. – Прости, я не знала… Оставлю тебя одного.
– Ничего… – Его голос дрогнул. – Можешь войти и все обыскать. Ты ведь за этим пришла?
Я заколебалась.
– Да. Я надеялась, что здесь найдется что-нибудь… что даст нам больше информации.
Нериус вытер глаза тыльной стороной ладони:
– Это вряд ли. Она уничтожила все улики.
Я нахмурилась и вошла в комнату, встав рядом с ним у дубового столика.
– Я не поверил, – прошептал он. – Даже когда увидел… когда всех разбудил. Я решил, что на нее напала банши, понимаешь? И сперва разбудил Роана, чтобы он пошел и помог ей. А потом появилась ты, а банши убежала, а Бранвен напала на тебя… А я все еще думал, что это можно как-то объяснить.
– Мне жаль.
Он уставился на маленькую плошку на столе с наполовину оплавленной свечой. Вокруг были разбросаны кусочки пергамента. Сожженное письмо.
– Она была такой правильной. Всегда старалась поступать как надо. Это я был дерьмовым, жестоким, сквернословящим братцем. А ее все любили. И она всегда верила в восстание. Я просто не понимаю, почему она…
Нериус разжал ладонь, показывая клочок бумаги, который разрушил его мир.
– Нашел рядом со свечой. Она не сожгла его до конца.
Я осторожно взяла обрывок из его рук. Несколько рун еще можно прочесть. Сегодня ночью… снаружи… тайно…
– Я видел, как она сжигала его. – Нериус недоверчиво покачал головой. – Вечером, чуть раньше, я зашел пожелать ей спокойной ночи и увидел, как Бранвен что-то сжигает. Она увидела меня и покраснела. А когда я спросил, что это такое, ответила, что ничего. Просто дурацкое любовное стихотворение, которое она написала. Она и раньше так делала, понимаешь? Писала стихи. Но это не ее почерк. Я должен был догадаться.
– Нет, – грустно ответила я. –
Ты верил сестре. И все остальные верили.– Да. – И, не сказав больше ни слова, Нериус повернулся и заковылял прочь.
Я осмотрела стол и принялась расхаживать по комнате в поисках чего-нибудь еще необычного. В комоде среди одежды лежала коллекция кинжалов. Я посмотрела в зеркало, через которое следила за Бранвен, и увидела собственное отражение – изможденное и измученное.
И тут я заметила, что из-под одеяла на кровати что-то торчит. Я откинула одеяло, обнаружила конверт, взяла в руки и осмотрела. Пустой, без всяких надписей. Я уловила слабый запах дубравной ветреницы и травы. Нахмурилась: запах показался знакомым. Может, так пахнет связная – та банши, на встречу с которой тайком ходила Бранвен?
Обыскав все и больше ничего не обнаружив, я вышла, оставив комнату пустовать.
Глава 25
На следующий день в особняке царила глубокая печаль. Нериус заперся у себя комнате и отказался от еды. Мы с Элрин почти не разговаривали друг с другом, погрузившись в свои переживания. Не представляю, где были Роан и Абеллио, – оставалось только предположить, что они допрашивают Бранвен. Даже Один вел себя тихо, лишь изредка цитируя По.
Роан вернулся уже в сумерках, и его голос загремел на весь особняк, зовя нас собраться в библиотеке. Я толкнула дверь и обнаружила его в центре пыльной, освещенной свечами комнаты, угрюмо прислонившимся к книжной полке.
– Военный совет начнется через час, – сказал он. – Я хочу, чтобы к этому времени вы четверо стояли на страже.
– Зачем? – удивилась Элрин. – Мы поймали шпиона. О чем еще беспокоиться?
Роан встретился со мной взглядом:
– Бранвен могла передать информацию банши до того, как Кассандра добралась до нее.
Я кивнула:
– Не думаю, что она успела что-то передать, но лучше перестраховаться.
– Какие позиции нам занять? – поинтересовался Абеллио, покусывая авторучку.
– Элрин и Кассандра – на крыше. Кассандра, я хочу, чтобы ты взяла на себя север. Следи за каждой улицей в радиусе пятисот ярдов к северу. Справишься?
– С помощью зеркал – конечно.
– Хорошо. Абеллио и Нериус, следите за стеной сада к югу от особняка. Убедитесь, что никто не придет с той стороны.
– У нас не получится так хорошо, как у Кассандры, – заметил Абеллио.
Отблески свечей плясали на лице Роана:
– Сегодня ночью не только мы будем на страже. Остальной периметр охраняют другие ячейки.
Хорошо, что Роан напомнил: мы не одиноки. На нашей стороне очень много повстанцев.
Роан направился к выходу, но уже в дверях обернулся:
– Не покидайте посты, пока не закончится совет. Мы в одном дне от победы. Давайте не совершать ошибок.
К счастью, над нами висел безоблачный звездный полог. Дождь превратил бы эту ночь в кошмар. Мы с Элрин надели свитера и уселись на крыше особняка, ведя наблюдение. Я разместила на черепичной крыше восемь зеркал, в каждом из которых отражалось звездное ночное небо. Пока легкий ветерок обдувал кожу, я нащупывала отражения, подыскивая удобные точки обзора. Постепенно зеркала замигали, и в них появились изображения лондонских улиц.