Алчность. Выбор

Раздраженно вздохнув, я постепенно начал вспоминать события, что последовали после одного злополучного посещения мной кабинета ректора. Уже на самом подходе к дверям кабинета меня охватило дурное предчувствие, а своим чувствам я привык доверять. И, как оказалось, не зря.

Разговор со стариком Гедымдейтом, вопреки ожиданиям, вышел недолгим, но весьма содержательным. Все сводилось к одной простой истине — хватит мне сидеть в тени, пора начинать действовать.

Старик поведал мне о том, что члены Капитула заинтересовались мной, как его новым личным учеником. Честно сказать, пока Хен вел свой рассказ о том, как он меня расхваливал перед Капитулом, мне захотелось двинуть ему по голове. Желательно посильнее, чтобы наверняка. Конечно, я хотел заработать себе репутацию в этом мире, но при этом хотелось бы избежать лишнего внимания со стороны этих чертовых подколодных змей, то есть политических деятелей. Но стараниями «учителя» мне не было суждено избежать внимания со стороны этих коварных тварей, то есть уважаемых членов Капитула.

Во всяком случае, одно становилось ясно — старик хочет столкнуть меня с Капитулом. Вопрос лишь в том, зачем ему это и как он себе это представляет? Но, как показало время, он делал ставку больше на наращивание репутации, нежели на прямое столкновение.

Вот только следующее предложение ректора вызвало с моей стороны бурю негодования. Он предлагал выполнять определенные задания Капитула, что в дальнейшем должно было позволить мне, скажем так, продвинуться по карьерной лестнице, то есть претендовать на место в Совете Чародеев или вовсе в Капитуле. Стоит ли говорить, что старик был послан в долгое пешее путешествие с такими идиотскими предложениями? Не хватало мне еще начать плясать под чужую дудку.

И закончился бы тогда наш разговор если не мордобоем, так уж ссорой точно, но Гедымдейт решил уступить. В итоге мы пришли к соглашению. Чтобы сохранить видимость лояльности к Капитулу, я согласился выполнять одно задание раз в полгода, и то, если оно меня заинтересует. В остальное же время я был предоставлен самому себе. Может показаться несколько наглым выдвигать такие условия, ведь, по их мнению, я всего лишь относительно недавно закончивший академию чародей. Вот только Гедымдейт, знающий правду, был вынужден признать, что мое предложение более чем справедливое.

Не знаю уж, как старик подал эту информацию своим коллегам, но, как факт, практически все члены Капитула с ним согласились. Правда и выдвинули встречное условие, а точнее решили устроить проверку моих навыков путем выполнения пробного задания. К счастью, ничего сложного — всего лишь выследить какого-то никчемного ренегата.

Отступник, а если точнее, то просто идиот, не придумал ничего лучше, как организовать лабораторию под домом и не задуматься об экранировании ее с помощью чар. Дом, конечно, он догадался оформить на подставное лицо, вот только горящая в магическом спектре, словно свеча в ночи, лаборатория выдавала его с головой. И все это посреди города Хамм, что является столицей одноименного баронства в Вердене. Собственно, самым сложным и долгим в этом задании оказался именно путь из Бан Арда до Хамма.

По итогу, первое задание закончилось неимоверно быстро. Всего то и надо было проникнуть в совершенно не защищенный дом да вырубить ничего не подозревающего ренегата. После чего, уже со спокойной душой, обшарить лабораторию на предмет чего-нибудь интересного. А что? Мало ли, иногда и у дураков бывают интересные идеи. К сожалению, это был не тот случай, и пришлось просто закинуть отступника в портал, который вел прямиком в кабинет ректора Бан Арда, и отчитаться о выполнении задания.

С тех пор минуло четыре года. Целых четыре года, за время которых я неоднократно успел смотаться до Каэр Серена, чтобы проверить свой «карманный» ведьмачий цех. Последний раз я их проведывал на прошлой зимовке, и во время этой встречи грифоны огорошили меня новостью, что с последнего набора, прошедшего изменения, появилась парочка особенных детей. Они были схожи с Гоином — пареньком, у которого образовались магические каналы. Беглый осмотр детей, оказавшихся близнецами, пробудил во мне интерес. Их дар к магии был несколько больше, чем у Гоина, что обнадеживало.

Тогда мне пришлось настрого запретить распространяться о таком явлении и, до кучи, накидать рекомендации по тренировкам. К тому же, опираясь на знания, полученные в стенах академии, я смог скорректировать и подготовку самого Гоина, что стал прототипом новых ведьмаков. В конечном счете, план тренировок стал этаким симбиозом моей системы обучения и местной. Конечно, даже так до полноценных чародеев этим детям еще далеко, но, учитывая физические возможности ведьмаков, они с лихвой должны будут нивелировать свои недостатки.

Помимо прочего, я продолжал выполнять поручения Капитула, которые передавали через старика Гедымдейта. Часть из этих заданий все еще сводилась к отлову или же устранению ренегатов. Фактически я должен был выполнять часть работы, которую не смог завершить Преторий — ветвь Капитула, исполняющая функции поиска и задержания отступников.

Но также были и другие виды поручений, за время которых мне приходилось контактировать со многими чародеями. Часть их них мне даже была известна, как, например, Филиппа Эйльхарт.

«Век бы не видеть эту властолюбивую суку», — передернув плечами, подумал я, стоило мне только о ней вспомнить.

Вот и сейчас я был вынужден отправиться выполнять очередное задание Капитула, из-за которого оказался посреди горной цепи Махакама. В этот раз мне предстояло примерить на себе шкуру посла. А если точнее, то договориться с гномами и краснолюдами Махакама о поставках двимерита для нужд Капитула.

— Нет чтобы договориться с Ковиром, где этого двимерита в разы больше, — недовольно пробурчал я, продолжая брести по горной тропе. — Но нет, нам нужен именно тот, что добыт в Махакаме. А то, что эти чертовы коротышки не захотят заключать договоры с людьми, они не подумали.

В который раз за сегодняшний день из меня вырвался тяжелый вздох.

— Кого я обманываю, — усмехнулся я. — Сам ведь согласился на это задание, потому что стало интересно посмотреть на быт гномов и краснолюдов. А ведь мог спокойно отказаться, тем более что лимит поручений в этом году уже выполнен. Вечно мое любопытство заводит меня черт знает куда.

В этот момент до моих ушей донесся странный шум, который шел из-за поворота тропы. Я не сразу придал этому значение, но раздавшийся в следующий миг рев заставил меня поспешить к источнику звуков.

— Лишь бы не очередная девчонка, попавшая в беду, — в надежде проговорил я, прежде чем выскочить на поворот тропы, после чего был вынужден взять свои слова обратно. — Хотя лучше бы эта была девчонка, а еще лучше — прекрасная дама, попавшая в беду.

На тропе перевернулась небольшая телега, которая была загружена всякой утварью под завязку. Горный козел, который выполнял роль тяглового животного, также лежал на боку и беспомощно дергал ногами в тщетных попытках подняться. За перевернутой телегой спрятался, трясясь от страха, очень низенький мужичок, ростом не превышающий и метра. Вытянутые острые уши и непропорционально длинный нос выдавали в нем типичного для Неверлэнда гнома.

В небольшом отдалении от перевернутой повозки виднелся большой, явно свежевырытый тоннель. Подойдя еще ближе, я увидел и того, кто этот самый тоннель вырыл.

На месте, где тропа расширялась, можно было увидеть огромную тушу чудовища, отдаленно напоминающего броненосца-мутанта. Серая шкура, которая была больше похожа на каменную броню, и двупалые лапы, которые были словно облачены в каменные перчатки, позволяли с уверенностью сказать, что нарушителем спокойствия моего пути оказался шарлей.