Алгебраист

— Но ведь вы все же нападали на нас.

Фассин видел, слышал и читал столько всего о Войне машин, что не мог не возразить на такую грубую ревизию реальности.

— Это были не мы — подставные фигуры, выдававшие себя за ИР, машины-марионетки. Вот кто нападал на вас. Но не мы. Это старый трюк. Агенты-провокаторы. Casus belli [3] .

«Оставь ты это, — сказал себе Фассин. — Просто оставь, и все».

— И вас, значит, приняли насельники? — спросил он.

3

Повод к войне (лат.).

— И нас, значит, приняли насельники.

— Повсюду? Не только на Наскероне?

— Повсюду.

— А в Меркатории кто-нибудь знает об этом?

— Нам неизвестно. Но если и знает, то помалкивает. И скорее всего, будут помалкивать и дальше, если узнают об этом от вас. Мысль слишком ужасная, чтобы об этом думать. А прискорбное недоразумение на давешней регате газовых клиперов только усиливает этот ужас.

— И существует тайная сеть ходов.

— Ну, это очевидно.

— И ИР имеют к ней доступ.

— Верно. Хотя, чтобы не поссориться с нашими хозяевами и не злоупотреблять их гостеприимством, мы воздерживаемся от использования ходов против Меркатории. В некотором смысле, у нас теперь даже больше свободы, чем раньше. И безусловно, та сеть, к которой мы имеем доступ теперь, обширнее, чем та, которую мы сочли необходимым уничтожить.

— Сочли необходимым уничтожить?!

— Коллапс артерий — это наших рук дело. Последняя отчаянная попытка, предпринятая осведомленными ИР с целью предотвратить распространение антиИР-мер. Но мы с этим опоздали. Кульмина уже успела раскидать по ЦивГалу миллионы псевдоИР. Поэтому-то Коллапс был таким идиотским концептуально и так плохо осуществился на практике. Заговорщики безнадежно опасались, что их планы утекут к какому-нибудь предателю. Полный провал.

У Фассина было такое ощущение, будто его мозг отделяется от тела, будто его тело и газолет расстаются друг с другом, как это недавно сделали Кверсер-и-Джанат с собственной совместной оболочкой, доказывая, что не являются живым существом, насельником. То, что он сейчас услышал, было самой скандальной (по галактическим меркам) из всех известных ему ревизий недавней истории. Он не мог в это поверить.

— И значит, насельнический список отвечает истине.

— Эта древность? Да, список отвечает истине. Конечно, устаревшей истине, но тем не менее.

— А преобразование существует?

— Некая тайна, которая волшебным образом обеспечивает доступ к сети ходов?

— Да.

Смех.

— Полагаю, в некотором смысле — да.

— И что же это такое?

— Этого я вам не скажу, наблюдатель Таак. — Голос ИР звучал благодушно. — Есть тайны, а есть страшные тайны. Вы это ищете? Из-за этого мы проделали такой долгий путь?

— Без комментариев.

— Ай-ай, представляю, как вы разочарованы. Мне очень жаль.

Мельтешение на экране перед ИР прекратилось.

— К полету готов.

— Ограничительные люльки?

— Убраны, физиолого-технические профили исправлены, демпфированию заданы новые параметры.

— Ну что ж, тогда давай…

— Ой! Ой!

— В чем дело?

— Мне пришла в голову мысль!

— Какая?

— Мы вот что можем. Смотри.

Кверсер-и-Джанат с помощью системы свертывания магнитного поля мягко переместили останки мертвых воэнов на очень близкие и медленные орбиты вокруг «Велпина» и все еще пристыкованного насельнического солокорабля.

— Вот так. Лучше?

— Просто псих какой-то, — сказал Айсул. — У меня тяжелое ранение. Доставьте меня домой.

— Ух ты, ну и скорость — смотри!

— Довольно быстро. Я думал, им дольше потребуется, чтобы перехватить контроль над нашей старушкой.

На экране крупным планом возник воэн, который появился из внезапно открывшегося люка на поверхности «Велпина». Он поднял пистолет и открыл огонь. На другом экране стало видно, как реактивные поля плетеной брони впитали в себя луч. Все равно что с духовой трубкой против линкора.

— Нам пора, если мы собираемся отправляться.

— Хочется хоть куда-нибудь стрельнуть. Что, если мы шмальнем в этого ублюдка из пистолета?

— Нет.

— Да брось ты!

— Глупо полагаться на программы. — (Обе части Кверсера-и-Джаната при этих словах гомерически захохотали.) — Пальни уж лучше в главные ходовые двигатели «Велпина».

— Ну вот это уже кое-что. Есть цель. Огонь. — Корабль вокруг них издал короткий гудящий звук. На нескольких экранах, включая и главный стенной экран за шипосиденьями, они увидели, как «Велпин» в районе двигательного отсека озарился сначала нестерпимо-розовым, а потом звездно-белым светом. Корабль переломился надвое, и половинки начали разлетаться в ярком облаке сверкающих металлических частей. — О-па!

— Они ж воэны. Может, они его соберут через час и попытаются угнать могилайнер или что-нибудь в этом роде. Поехали.

Двойня ИР полуобернулась к насельнику и человеку в газолете.

— Мы надеваем на вас ремни безопасности. Если почувствуете что не так — кричите громче.

Здоровенные ребра вокруг него издали жалобный скрип. Фассин ощутил, как газ вокруг него словно сжимается, сгущаясь до патоки.

— Все в порядке?

Да, в порядке, согласились все.

— Поехали!

Звезды вокруг них качнулись, в чреве корабля что-то загудело. Разбитые останки «Велпина» исчезли из виду.

Чтобы показать себя, они на украденном иглоиде описали гигантское «О» вокруг могилайнера и понеслись, не обращая внимания на печальные воющие сигналы, которые преследовали их на пути к системе Диреальете и ее тайному ходу.

Если они и надеялись на какой-нибудь ультиматум или попытку предложить капитуляцию, как бы ни были унизительны и отвратительны ее условия — пусть даже заранее рассчитанные на отказ, — их ждало разочарование. Вторжение заморышей нахлынуло на Юлюбис, как цунами обрушивается на берег, застроенный песчаными замками.

Капитан Оон Дикогра, недавно повышенная до должности командира иглоида «НМС-3304», который за полгода до этого доставил Фассина Таака с Глантина на Сепекте (ее повысили, когда капитан Пасиса, вуль, командовавший в то время кораблем, получил новый), оказалась вместе со своим перевооруженным судном в составе эскадры внешнего оборонительного щита. Это пышное название не вполне отвечало реальности — то была сборная солянка из кораблей, в основном небольших и плохо вооруженных, переброшенных с периферии системы в область предполагаемого вторжения и занявших позицию за чересчур уж тонким покровом того, что носило высокопарное название «средств перехвата»: на самом деле они представляли собой разбросанные здесь и там валуны и немного мин, по преимуществу стационарных. Эскадра должна была расположиться и ждать за этой так называемой завесой первой линии обороны.