Альтер Эго

— Нужно было спать ночью.

— Чего же ты не спал?

— Чего же ты не спала?

— И ты собираешься не спать до самого Таршана? — усмехнулась Кэтриона.

— Посмотрим.

Кэтриона стегнула лошадь и поскакала вперед.

Убила бы его!

В полдень остановились на привал. Разложили костер, достали еду и сели поодаль друг от друга, изредка бросая косые взгляды. Ели молча.

Кэтрионе казалось, что он всё время на неё смотрит, когда думает, что она не видит. То и дело она чувствовала его взгляд кожей, затылком, щекой, словно мимолетное прикосновение ветра. Но арры молчали, а значит, опасности не было.

Она заглядывала в Дэйю, но к её удивлению, ничего не увидела, кроме… воздуха? Что-то похожее на зыбкое марево, которое поднимается от нагретых камней в жаркий день. И это было странно.

Он умеет скрывать свою память. Он умеет делать отражения. И даже в Дэйе он может скрыть свою личину.

Да ты непрост Рикард, очень непрост! Кто же ты такой?

И когда ей казалось, что он не видит, она тоже его рассматривала.

Красивый профиль лица. Благородный. Хоть и нос с легкой горбинкой. Чёрные брови, а глаза такие синие, каким бывает только море в самых глубоких местах. И взгляд у него…

Этот взгляд иногда её пугал. Потому что иногда он смотрел так, словно видел что-то у неё за спиной, или что-то видел в ней. Что-то такое, отчего его лицо становилось напряженным и непроницаемым, будто на него падало забрало.

После полудня въехали в ущелье. Полоса тумана, как язык, вывалившийся из пасти, лежала перед ними, скрывая всё, что впереди. Ели и сосны спускались по каменистым осыпям почти к дороге, цеплялись косматыми ветвями за руки и плечи. И длинные нити мха, усеянные бисером капель, свисали с них, задевая путников за лицо и оставляя на щеках влажный след. Огибая большие замшелые валуны, они ехали медленно по алым листьям кленов, словно по кровавому следу. В тумане, казалось, вязнут даже звуки, и воздух, пропитанный влагой, был похож на вату.

— Как хоть называется то место, куда мы едем? — спросил Рикард.

— Если ты будешь нарушать моё условие, я начну нарушать твоё – подерусь, пожалуй, с кем-нибудь. Да и деньги ты получишь только завтра, — ответила Кэтриона.

Если бы она сама знала, как называется это место!

Место, где пешка становится королевой...

За ущельем дорога пошла в гору, туман поредел и на вершине холма исчез, они вынырнули из него и остановились.

Всюду, куда кинь взгляд, расстилалось молочное озеро, тут и там торчали из него вершины скал и холмов, острые пики елей и тёмные шапки кедров. А поодаль поднимались горы, головы которых прятались в облаках. Кэтриона на мгновенье заглянула в Дэйю — огненная дорога вела туда, вниз, в самую гущу тумана.

— Когда ты сказала «здесь недалеко», ты имела ввиду, именно это? — произнес Рикард, махнув рукой на белое озеро. — По-твоему, это «недалеко»?

— Ну… это оказалось чуть дальше, чем я думала, — ответила она, прислушиваясь.

Где-то вдали едва слышно шумела река.

— Ты, вообще, знаешь, куда мы едем?

— Мы вроде договорились, что ты не задаешь вопросов?

— Я бы и не задавал, но сдается мне, что миледи не очень представляет, куда ехать дальше, - произнёс он насмешливо.

Откуда-то из ущелья донесся тоскливый вой, его подхватил другой голос, отозвался третий, четвертый…

Волки.

— Похоже, мы здесь не одни, — Рикард оглянулся, — не хотелось бы повстречаться ещё и с волками. Пора убираться отсюда и быстро.

— Милорд боится волков? — хмыкнула Кэтриона.

Почему её все время тянет сказать ему что-то едкое?

— Милорд боится всего, чего должен бояться нормальный человек, — ответил Рикард, принюхиваясь.

— Это всего лишь обычные волки! — усмехнулась она.

Она встречала зверей гораздо более страшных…

— А под нами всего лишь обычные лошади, которые боятся обычных волков. И если они понесут, то в этом тумане мы головы себе расшибем. Так что опасаться волков вполне благоразумно.

— Благоразумие просто второе «я» милорда!

— А второе «я» миледи, видимо, безумие, раз она не боится волков, псов и пауков. Интересно, у тебя что, как у кошки, девять жизней?

— Почему же?

— Потому что с твоим везением странно, как ты дожила до совершеннолетия!

Их взгляды пересеклись, и Кэтриона невесело усмехнувшись, тронула лошадь и поехала вниз.

Что он знает о выживании?

О лестнице Ирдиона?

О башне ведьмы Эрионн и её чёрном вареве?

О тварях, что бродят среди сумрачных лесов Дэйи?

О памяти, которую таит в себе каждая вещь, и боли, которую она приносит.

О щитах, которые нужно держать постоянно, чтобы эта память не захлестнула и не раздавила…

— Поехали! В паре квардов есть какое-то жильё, — Рикард привстал в стременах.

— С чего ты взял?

— Пахнет дымом, лошадьми и пирогами с капустой.

— Пирогами с капустой? У тебя что, нос как у рыси? — Кэтриона потянула носом воздух, но пахло лишь сыростью и прелой листвой. — Надеюсь, ты не ошибся.

Он и не ошибся.

Они спустились с холма вниз. Где-то в полутора квардах дорога расширилась, из тумана проступили очертания домов, длинного амбара и скирды с сеном.

По эту сторону холма туман был не такой густой, и Кэтриона рассмотрела над домом вывеску с совой и надпись: «Старый Филин».

Постоялый двор! Какая удача!

Длинный амбар тянулся вдоль дороги, дальше шли стога и поленницы дров. Где-то в тумане замычала корова, и действительно пахло дымом.

Кэтриона спрыгнула на землю.

Скорее бы в тепло!

— Подожди! — Рикард остановил её жестом. — Ты ведь не знаешь этих мест, верно?

— А ты знаешь?

— Знаю кое-что. Послушай, - он оглянулся и понизил голос, - мы не должны привлекать к себе внимания. Мы обычные путники, которые заблудились. Постарайся не бить кого-нибудь сковородкой или пытаться укусить. И дай сюда оружие, — он протянул ей сумки и второй плащ, — и кинжалы тоже. Я спрячу.

— Зачем? В этих местах оружием никого не удивишь.