Анархист

– Номер, с которого звонили в приемную, тоже левый. И телефон включался только в момент звонка.

– Само собой. Установили место, откуда звонили. Торговый центр «Империя». Только какая точность по трем базовым станциям? Радиус 300 метров! Там три этажа, так что радиус в трех измерениях. Оттуда все видео сняли, а толку - народу десятки тысяч, камеры сверху пишут, короче, жопа. Только это не все! Вечером снова звонит неизвестный - вы не выполнили мои требования, получите, распишитесь - возле ГУВД взрывается авто! Представляешь? Хорошо никого не прибило - взрыв, похоже, как предупреждение. Поэтому есть надежда пока живым Мокшанцева найти.

– Или наоборот - он уже труп.
– вставил Дмитрий.

– Хм.
– поднял брови Караваев.
– Кто тачку оставил, сколько стояла, хрен знает. Зубило старое, хозяин давно умер, на ней куча протоколов на разных абреков, кого установили, отработали - банальные торговцы овощами. Восьмерка из рук в руки переходила, как кусок мыла в армейской бане. Короче, концов не найти. Зато этот звонок совершен точно из тогргового центра «Московский» - там больше неоткуда. Оттуда, разумеется, тоже все видео быстро сняли, там и народу поменьше и камеры получше. Вот надо будет изучить, всех кого можно отработать.

– Да, представляю, как аппарат засуетился.

– Нет, ты не представляешь, - с горячностью откликнулся Караваев, - все не то что на ушах, на волосах ходят! Фсб, омон-момон, военные, еще какие-то секретные деятели - все бурную деятельность изображают. Как в кино - двери с ноги, жуликов, бандитов, которые давно забыли, что они бандиты, футбольных фанатов, всех, кто в движениях негосударственных состоял - всех за шкиряк и в отдел. Там кого в камеру, кого в кабинет: «Ты, падла, начальника нашего дорогого похитил? Ты, сука, машину взорвал?» я уже забыл, что так бывает. В последнее время со всеми на будьте любезны, только жалобы не строчите!

– Начальникам надо работу показать, перед Москвой отчитаться.

– Но не до маразма же! Информации ноль, людей всех сразу подключили, как будто они роботы, без отдыха работать трое суток могут. Шорох подняли, расчет на то, что жулики сами своего сдадут, лишь бы не трогали. Только здесь не жульбаны местные, а реальные террористы.

– Аль-Каида скажи.

– Такая версия тоже имеется.

– Чем Мокшанцев им мог не угодить?

– Пока это покрыто мраком неизвестности.

– Видеозапись из кафе с собой?

– В телефоне на флешке. Посмотреть хочешь? Там с разных точек часов на десять записей, качество хреновое.

– Если на мой перекинуть, я бы дома посмотрел.
– Дмитрий достал мобильник из кармана.
– Это же не засекреченные данные?

– Если есть желание, - пожал плечами Караваев.
– По блютузу долго получится, воткни мою флешку к себе, напрямую перекачаешь, если место найдется в мобиле.

Место нашлось, внутренняя память Самсунга на 8 гигабайт. Пока скачивался файл, разговор зашел за начальство. Караваев удивлялся человеческой природе:

– Зарплату повысили, грех жаловаться, начальству дали право пилить бюджет ведомственный, премии себе выписывать - вроде сиди, руководи во благо родины! Так им все мало! Помнишь Николаева - начальника отдела кадров?

Дмитрий кивнул, нахмурившись.

– Он ряху наел еще больше, катается арбузом в своей зеленой форме по коридорам, меня увидел, пельменями пожевал, мимо прокатился. А я за день до командировки этой самой одного стоянщика напряг. На левой стоянке бакланка случилась, терпила сказал, его ножичком стоянщик пощекотал. Дело нехитрое, но тот стоянщик-злодей с тех пор там не показывался. Я другого за шкирку, типа, что за дела, что за вымогалово, кто тебя сюда поставил? Думаю, выйду на деятеля, кто организовал эту незаконную деятельность, на которую мне, сам понимаешь, в данном случае по барабану, он мне данные злодея сольет. Стоянщик уперся: «Не знаю, мужик приезжает на иномарке деньги забирает». Я, само собой, караулить мужика не собирался, стоянщика прикрыл, но никто за него не приехал. Ладно, пришлось отпустить. А тут ЧП это, не до того. Так вот, Николаев меня увидел, а через 30 минут меня Земсков, помнишь его?

Дмитрий кивнул:

– Начальник восьмого отдела.

– Ага, только его из начальников в заведующие спортзалом перевели, никак на пенсию не спровадят. Так вот, останавливает он меня в коридорчике, в сторонку отводит и говорит: «Ты стоянку на Фадеева не трогай, она, говорит, под шефством Николаева находится. Понимаешь?» Я говорю: «Понимаю, ничего, что там стоянщик ножиком прохожего пырнул? У меня телефонограмма из больнички». Земсков говорит: «Если точно стоянщик, разберемся». Это понятно, теперь с терпилой вопрос порешают, все останутся довольны, мне отказной писать. Непонятно, зачем Николаеву с его доходами еще и стоянки крышевать?
– у Юрки аж вена на лбу вспучилась.
– Не понимаю!

– Все ты понимаешь, только признать не хочешь, потому что в системе работаешь.
– ответил Кабанов.
– МВД превратилось в ООО по распилу бюджетных средств. Чтобы было чего пилить, нужно показать работу, оправдать доверие. Зарплату повысили, ментов в полицейские перевели, и все сразу стали профессионалами, хваткими, ловкими, культурными и непримиримыми. Прямо таки лучшей частью общества вдруг стали. Преступность дрожит, но растет, и это даже кстати - растут показатели раскрываемости.

Дмитирй следил, как загружается файл и говорил о наболевшем.

– Две трети в полиции шуршат бумагами по кабинетам. Согласен?

– Если не три четверти.
– согласился Юрий.
– Кабинет - отдел, начальник, зам, зам зама, один исполнитель. Он и по адресам и жуликов колет и отказные пишет.

– А по бумагам нужна строго положительная динамика. Ее, положительную, кроме как мухлежом, не выведешь. Отсюда косвенный вывод - на место начальника честный мент никогда не сядет, не позволят. Честный показатели снизит, при честном работать надо, а не ОПД левыми рапортами набивать. Поэтому начальниками практически автоматически становятся лентяи и прохиндеи. Вот отсюда и мелочное крышевание стоянок и жриц, мать их, любви!

Кабанов чувствовал, как горят щеки. Еще не отболело сердце за прошлое, хотя старался забыть обиды.

– Вай, какой умный! Может, у тебя ответ есть, почему такая жопа творится?

Дмитрий и раньше думал на эту тему, поэтому не раздумывая ответил:

– Система! Железобетонная вертикаль! Попробуй такую огромную страну в кулаке держать. Чтобы не бунтовали, не поубивали друг друга. Не дай Бог чего, перспектива - именно бессмысленный и беспощадный, причем резня без классовых различий! Вертикаль нужна для порядка, а как ее выстроить? там, наверху начальники не с других планет, знают, как показатели достаются. Я думаю, они цифры требуют и жопы дерут по нисходящей, чтобы выбить самостоятельно думающих, то есть могущих сомневаться в правильности решений. Остаются удобные, которые гарантированно выполнят любой приказ. А это стабильность и порядок, как им кажется.

– Тебя послушать, лицемерие в органах - это благо. А народ? А правда, в конце концов? Самого же попросили за то, что правды алкал.

– «Алкал».
– усмехнулся Кабанов.
– Слово-то нашел. Народ. Правда. Платит тебе не народ, а система. Народ, случись чего, тебе вместо благодарности за труд огурцов напихает по самые гланды. И правда, какой мы с тобой ее понимаем, не нужна никому. Кто его знает, может, мы правду неправильно понимаем. Так что, - Дмитрий вздохнул, - не хочешь таким нищебродом как я стать, не гони волну, делай, что можно, и живи для себя.