Апофеоз

О да, Итачи на какое-то мгновение стал для меня ближе, чем Саске, но это всего лишь заблуждение. Всего лишь секунда сладостного забвения. Не иначе, чем случайность…

Я утерла слёзы с глаз и устремила взор на две далекие фигуры, застывшие во времени. Лицо Мадары исказила гримаса ужаса и печали, смешанная с презрением и жаждою мести.

– Дьявол так любил его… - вдруг донесся до меня приглушенный голос Смерти. – Он любил Саске, как не любит ни одна мать своего ребенка. Сильнее, чем я люблю собственное дитя – тебя. Люцифер строил на него планы, игрался с ним, считал себя всемогущим кукловодом, но сам же, в конечном итоге, поддался силе его детского обаяния и искренней любви. Мадара приручил себе Саске, чтобы когда-нибудь начать жить, а сейчас готов умереть, ибо не может жить без него. Какая всё-таки ирония – любовь… - Женщина печально понурила голову. – Я со дня его рождения наблюдала за Саске. Приглядывалась и пыталась понять, почему даже сам Господь считал его избранным. Почему Мадара готов распрощаться с жизнью, лишь бы вернуть это чудное создание из мира иного. Почему Хаширама сделала всё, чтобы Саске был под защитой. Почему даже сам Пророк готов склонить голову перед ним…

Я горько усмехнулась:

– Потому что он склонил голову перед Пророком. Потому что он единственный, у кого есть со мною связь.

Я встала на ноги, и Смерть с удивлением покосилась на меня.

– Вы всё забываете, что Пророк сильнее каждого из вас вместе взятых, и что с каждым возрождением и встречей с ним я становлюсь сильнее…

Женщина отвела взгляд, а я лишь убедилась в правоте своих слов, заметив краем глаза её резкую реакцию.

– То, что я способна управлять силой Пророка – уже о чем-то говорит, - я медленно рассматривала свою расцарапанную ладонь в копоти и саже. – Матушка, скажи мне, что ты почувствовала, когда залезла ко мне в душу?

Смерть приподняла брови в искреннем изумлении, а затем отвернулась от меня, обняв руками свои колени и сложив голову на плечо.

– Оболочка, созданная наподобие души человеческой… - тихо мямлила она, - …почти слилась с оружием внутри тебя. Вы почти единое целое…

– Целое… - бездумно повторила я. – Скоро я погибну, да? Оружие прорвется сквозь оболочку?

– Я не знаю, - честно произнесла Смерть. – Скорее всего, так и будет…

– Дай мне еще одну жизнь… Еще одну! – я гневно взглянула на Смерть. – Следующая жизнь будет последней, я обещаю. Больше я ничего не прошу у тебя. Сделай мне последний подарок. Подари мне еще одну жизнь вместе с Саске!

Смерть, наконец, взяла себя в руки и поднялась с насиженного места. Она отряхнула свой длинный плащ, выпрямилась и развела руки в сторону, озадаченно пожирая меня взглядом.

– Ты не понимаешь! У меня не хватит сил снова провернуть эту аферу со Временем! Апокалипсис подобрался слишком близко и…

– Возьми мою! – выпалила я зло. – Возьми часть той силы, что просочилась через оболочку! Дай мне еще немного чертового времени! Я прошу тебя в последний раз!

Смерть гневно махнула рукой, раздраженная моим грозным тоном. Глыбы полетели в мою сторону, но ведь и я вовсе не промах. Они превратились в пыль за секунду до столкновения со мной.

– Я сильнее тебя, - рыкнула я, схватившись за тонкую шейку Её Величества Смерти. Она мертвой хваткой вцепилась своими длинными пальцами за кисть моей руки. – Покажи своё истинное лицо… - Кожа на её лица стала сушиться и обтягивать голый череп. Волосы все выпали, глаза вытекли, а длинные красивые пальцы стали всего лишь косточками и сухожилиями. Она вся почернела и скукожилась. От статной красивой девицы не осталось и следа. Черный плащ обуглился и превратился в лоскуты. В руке я сжимала верхние позвонки цельного позвоночника. Косточки хрустели и с тем же темнели…

Вот её истинное обличие. Тьма. Теперь она была похожа на ту, которую все боялись - всепоглощающую неизбежную черноту. Я крепко держала её за горло.

– Ты боишься меня, - тихо вымолвила я и отпустила Костлявую. – Но ты и любишь меня… Ведь именно поэтому, несмотря на твою ненависть к Саске, ты снова и снова помогала мне в роли гадалки. Пыталась предупредить, отказывала мне и не поддерживала мои решения, но всё равно позволила спуститься мне в Ад за ним. Ты любишь меня, иначе бы никогда не поддалась моим мольбам. Ты любишь меня и отправила вместе со мною в Ад своего помощника. Ваал был не Демоном, он был приспешником Смерти, и поэтому он рассыпался, когда его пронзили клинком.

– Смерть сделалась уже знакомой мне женщиной. – Я молю тебя в последний раз… Дай мне еще одну жизнь с ним…

– Я не смогу видеть, как моё дитя умрет от Саске Учиха!
– со слезами на глазах прошептала та. – Ты ведь всё вспомнила и прекрасно понимаешь, что твоя оболочка разрушается из-за встреч с ним! Чем больше ты проводишь времени с Саске, тем больше ты становишься похожа на человека! Я не знаю, что случится с тобой, когда оружие сольется с душой. Ты можешь взорваться и сжечь всю планету в одно мгновение, а можешь умереть вместе с этой могущественной силой и больше никогда не возродиться вновь. В любом случае ты погибнешь из-за него! Ты и без того слишком редко стала перерождаться – с перерывом в сотню лет…

– Апокалипсис не спасет меня, - вырвалось у меня. – Я в любом случае погибну!

– Спасет! Спасет! Саске Учиха не будет существовать, а значит, тебе не суждено будет погибнуть! Апокалипсис уничтожит людей, но ты не человек, а значит, ты останешься со мною навсегда! – Смерть уже кричала во всю глотку. – Я не могу потерять тебя! У Господа миллионы сыновей, а у меня только ты… А после тебя останется только одиночество!…

Я шагнула вперед и обняла её крепко-крепко. Я чувствовала и слышала её слезы и горе.

– Я понимаю тебя, матушка, - шептала я ей на ухо, ощущая, как содрогается от рыданий её тело. – Нет ничего больнее, чем одиночество, но я люблю его. И я готова на всё, лишь бы он жил… Лишь бы он жил… - Я отстранилась и со всей серьезностью посмотрела в её глаза. – Я прошу тебя. Ты не хочешь давать мне еще одну жизнь с ним, то это полбеды… Я смирюсь, если он живой никогда не встретит меня в следующих жизнях, а я и не вспомню о нём. Но я никогда не прощу себя, если я буду жить дальше, а он – сгниет в сырой земле. Ведь если ты не предотвратишь этот Апокалипсис, моя память не исчезнет, и мне придется всю оставшуюся жизнь страдать. Я умоляю тебя, умоляю, как родителя…

Смерть дрожала всем телом, пытаясь сдержать предательские слезы. Однако ж и Костлявая может чувствовать боль утраты и страх. В коей-то мере я понимала её чувства, но не могла понять её логики до конца.

– Я спасу вас, - спустя несколько минут молчания прошептала она. – Я толкну Стенку Времени назад, но вы с ним больше никогда не встретитесь! Никогда! – Смерть с ненавистью в глазах взглянула на Саске. – Я не позволю вам больше встретиться! Ни-ког-да! Ты будешь жить!

Я только и смогла, что благодарно кивнуть, однако мне довелось увидеть в её глазах кое-что занятное – Смерть что-то скрыла от меня, не договорила до конца, не упомянула какой-то немаловажной детали. Вдаваться в подробности и настаивать я не стала. Мне было достаточно её милости и согласия.

Я отступила на шаг назад, понимая, что пора навсегда прощаться с Саске и Итачи Учихой. Навсегда. Зато они будут живы, хоть мы и не встретимся больше никогда…

Я медленно вернулась к братьям, от которых отошла на пару метров, и присела возле них. Сначала я неторопливо осмотрела лицо Итачи. Оно было бледным, в запекшейся крови и ссадинах. Волосы спутаны, растрёпаны и кое-где покрыты красноватой коркой. Губы чуть приоткрыты – на них застыло имя брата. Я с печалью вспомнила наше с ним время, проведенное в беззаботной наивности и веселых ситуациях, подобной той, когда он выдавал себя за моего жениха, а затем исчез в глубинах поместья, переполошив всю мою слугу. Я невольно улыбнулась этим мыслям. Он подарил мне счастье, хоть оно и было недолгим. Однако Итачи был не моим. Он никогда не принадлежал мне. Его сердце билось лишь ради Саске, более того – оно было создано для этого.