Атропос

Он посмотрел в синее, почти черное, небо. Оно и само выглядело, как штормовой океан, среди волн которого мелькали вспышки молний. Пробиться через такой заслон казалось невыполнимой задачей. Итак, у него не оставалось другого выбора. На каком-то исключительно интуитивном уровне не поддающемся никакому объяснению, Чжан Вей развернул дом в центр смерча, который продолжал его удерживать, и направился прямо в него.

Попасть внутрь по собственному желанию оказалось не так просто. Двигатели корабля напряглись и он протиснулся сквозь толщу воды и ветра. Внутри было удивительно спокойно. На секунду можно было позабыть о реальности, залюбовавшись величественной красотой стихии. Вода и ветер соединились вместе и создали колонну, что поддерживала само небо. Колонна, впрочем, не отличалась устойчивостью и ходила из стороны в сторону, любоваться видами было некогда. Он повернул дом к небу и увидел белую точку в верхнем конце воронки — это был выход, его спасение. Аккуратно, боясь ненароком дернуть рукой и ударить дом о внутренность смерча, он повел китайского дракона туда, где небо все еще было светло-голубым. Если вы когда-нибудь играли в игру, где небольшой квадратик при помощи мыши нужно был провести по узкому тоннелю, не касаясь его стенок, то вы знаете, что он тогда испытывал. В конце той игры, кстати говоря, выскакивал пугающий скример — сомнительное вознаграждение за проделанные старания.

Смерч продолжал двигаться, стенки его ходили из стороны в сторону, казалось, что верхняя часть его вот-вот сомкнется и не позволит дому выбраться наружу. Чжан Вей увеличил мощность двигателей, скорость в моменте достигла двух с половиной тысяч километров в час, и китайский дракон вылетел из воронки. Снаружи его ждал яркий солнечный свет и мирное небо, словно никакого шторма с десятками смерчей и не существовало.

Не прошло и пары минут, как он понял, что и там притаилась скрытая угроза. Чжан Вей обратил на это внимание далеко не сразу. Для начала он перевел вдыхание, вытер мокрый лоб нижней частью футболки, сделал глубокий вдох и позволил себе опрокинуться на спинку кресла. Его организм мобилизовал все силы, чтобы справиться со стрессовой ситуацией, и, когда все закончилось, прилив сил сменился усталостью. Старик не спеша встал с кресла и подошел вплотную к окну. При ближайшем рассмотрении воздух снаружи казался не полностью прозрачными, а с каким-то серым налетом, словно задымленный. Причем дыма со временем становилось все больше. С планетой происходило что-то странное, он чувствовал это. Нужно было выяснить, что именно и прикинуть дальнейший план действий.

Китайский дракон плыл над штормовыми облаками сверху, с этой позиции они выглядели вполне дружелюбно, серо-белые, обычные кучевые облака, коих Чжан Вей в своей жизни повидал великое множество. Только лишь открывающиеся глаза десятков смерчей, уставившиеся вверх, напоминали о том безумии, что творилось под белым покровом.

Чжан Вей не знал, что ему делать и направил дом на Восток в сторону Китая. Его канувшая в лету родина взывала к нему мертвым плачем. Позабыв о конце света, можно было подумать, что под облаками все еще сосуществовали народы и цивилизации, они строили друг с другом отношения, вели торговлю, укрепляли дипломатические связи, а люди оставались просто людьми: влюблялись и расставались, дрались и мирились, сплетничали и спорили, расстраивались и переполнялись радостью, совершали импульсивные поступки, о которых после жалели, жили и умирали. Но все это было в прошлом, людей больше не существовало. Чжан Вей не брал в расчет Шэнли и прочих, что укрылись в секретном бункере, и тех кто мог поступить схожим образом. Он был уверен, что на Земле люди уже не смогут выжить ни при каких условиях. Он чувствовал себя последним из своего рода и, возможно, именно это чувство подарило ему решительное желание выжить, чего бы ему это ни стоило. Последний из рода человеческого не сдастся просто так — таким был его боевой настрой.

Китайский дракон двигался по небу с крейсерской скоростью в 4000 километров в час. Чжан Вей воспользовался свободным временем, чтобы перекусить и исполнить свои физиологические потребности. Сон следовало отложить до лучших времен. Он сделал себе крепкий кофе и направился в кабину управления. И только тогда он обратил внимание на два наушника, продолжавших находится у него в ушах. Он аккуратно вынул их из ушей и с горечью обнаружил, что один из них был поврежден. Его тонкая ножка была надломана прямо посередине. Чжан Вей с тоскливо посмотрел на него и покрутил в руках, а потом засунул в карман своих брюк. Он не захотел или побоялся проверить его работу. Тэнси и Юн Мэй оставались тем немногим в мире, ради чего он хотел поддерживать в себе жизнь. Потерять еще и их он боялся больше всего на свете.

По мере приближения к тому, что не так давно было Китаем, небо становилось все более задымленным. Едкий серый дым наполнял все верхние слои атмосферы и затруднял видимость. Пришлось задействовать инфракрасные визоры, чтобы ориентироваться в серой пелене. Парящий дом внезапно подпрыгнул вверх, словно наткнувшись на что-то острое в воздухе. Сработала система компенсации ударных волн. Датчики обнаружили колебания воздушных масс на расстоянии в несколько километров и подключили двигатели. В итоге дом не столкнулся с ударной волной лбом, а плавно прокатился на ней точно серфер. От ударной волны облака разъехались в стороны, создав возможность для обзора. В след за ней прогремело два мощных взрыва. Звук был настолько громким, что если бы не внутренняя система шумоподавления, Чжан Вей повредил бы барабанные перепонки. Причиной всему были два огромных столба пепла, выбивающихся прямо из небольшого островка почвы. Два соседствующих вулкана взорвались практически одновременно и выбросили в воздух миллиарды тонн земли, газа и пепла. Лава текла по их склонам и попадала прямо в океан. Часть воды испарилась мгновенно и струилась над волнами клубами светло-серого пара. Из жерл вулканов густыми потоками выбивался черно-серый дым. Он быстро поднимался вверх и разрастался в объемах. Ветер подхватывал дым и разносил его частицы в разные стороны.

Чжан Вей заметил далеко внизу какое-то движение. Ровная полоса двигалась через океан на высокой скорости. Он направил визор на полосу и распознал в ней огромное цунами, запущенное извержениями. В высоту волна достигала, по меньшей мере, двухсот метров и двигалась в западном направлении, как раз туда, где китайский дракон ранее повстречался со смерчами. В стороне от цунами он заметил еще кое-что странное. Во многих местах вода пузырилась и, казалось, что она вот-вот закипит. Похоже, что вулканическая активность в этом регионе еще и близко не достигла своего пика и те два извержения, что он застал, были только первыми из многих.

Еще одна небольшая взрывная волна достигла парящего дома, приглушенный звук взрыва добрался до него только через 20 секунд. Вулканы проснулись после многолетнего сна и теперь взрывались, как фейрверки, один за одним. Воды океана гасили значительную часть энергии от извержений и рассеивали ее. Там же, где слой воды был тоньше, разрушительную силу катаклизмов ничто не сдерживало. Они рвали землю на части и швырялись кусками суши во все стороны, огромные глыбы взмывали на высоту нескольких сотен метров и с огромной силой обрушивались вниз, выколачивая из морей и океанов признаки жизни.

Все те живые существа, кому не посчастливилось оказаться в верхних слоях морей, умирали мгновенно от мощных ударов сверху. Всем остальным повезло немногим больше. Температура в океанах всего за пару часов выросла на несколько градусов. Обычно такие процессы занимали миллионы лет, позволяя обитателям морей приспосабливаться к изменяющим условиям. Но такое резкое повышение температуры не оставляло им возможности для адаптации. Рыбы, ракообразные, морские змеи, медузы, млекопитающие покидали зоны привычного обитания без цели и плана. Они сбивались в огромные косяки и метались во всех направлениях, отбросив в стороны все прочие инстинкты, кроме выживания. Песни китов и крики дельфинов единой песней отчаянья распространялись на многие километры под водой, оповещая всех о надвигающейся угрозе, размеры которого они были не в состоянии осознать. Массовое вымирание морских видов было запущено. В закипающих водах под дождем из камней, многие умирали мгновенно и безболезненно под ревущие аплодисменты сталкивающихся стометровых волн. Остальным была уготована долгая и мучительная смерть при менее торжественных обстоятельствах.

На глаза Чжан Вею попалась стая морских чаек. Они кружили в воздухе в полнейшей растерянности, не зная, куда им податься, пока огромная в несколько сот метров волна не проглотила их. Сам Чжан Вей мало чем отличался от тех чаек в тот момент. Его спасла карта вулканической активности, сохраненная в памяти бортовой системы. Сверив координаты, он понял, что находился как раз над зоной стыковки литосферных плит.

Прорываясь через завесы из воды, песка и вулканического пепла, он отвел парящий дом подальше от эпицентра катастрофы, и остановился над казавшимся спокойным индийским океаном. Никакого спокойствия на самом деле не было, на Земле не осталось мест, которых не коснулась бы катастрофа. Временное затишье было лишь возможностью перевести дыхание. Ударные волны раскатывались по атмосфере планеты, самые мощные из них обегали ее несколько раз, прежде чем исчерпать свою энергию.

Извержения вулканов сопровождались массивным выбросом вулканического мусора в атмосферу. Сера соединялась с водой и выпадала обратно кислотным дождем. Множественные землетрясения выбивали из планеты дрожь. Гигантские волны зарождались по всему земному шару, те что крупнее поглощали более мелкие, а те что следовали в одном направлении объединялись и становились все больше, доходя до километровой высоты.

Пока извергались только мелкие вулканы, это было только начало. Чжан Вей посмотрел на карту, на которой были нанесены все действующие и спящие вулканы мира, и подумал о том, что она ужасно устарела за последние несколько часов. Он также обнаружил жирные красные отметки, указывающие на местоположение крупнейших вулканов или, как их еще называли, супервулканов. Говорили, что извержение одного такого вулкана может изменить климат на всей планете и привести к глобальным вымираниям. В тот момент, судя по всему, извергнуться собирались все и сразу. Предсказать последствия подобного события было невозможно. Ясно было лишь то, что ничего хорошего это не сулило для жизни на планете.

Очередная взрывная волна выпроводила китайского дракона в верхние слои мезосферы, настолько сильной она была. Звук запаздывал, и картинка опередила его. С высоты восьмидесяти километров планета была у него, как на ладони. В северном полушарии подобно старой не до конца затянувшейся ране открылась огромная кальдера диаметром в несколько сотен километров. Из нее наружу вырвался раскаленный поток лавы, он пробил все нижние слои атмосферы, прожег дыру в озоновом слое и только в верхних слоях стратосферы стал ослабевать. Фонтан из лавы разлетался во все стороны и выжигал все, что находилось у него на пути: земли, воды, кислород. Сердце Чжан Вея спазматически сжалось от подобного зрелища, он ожидал звука от взрыва и боялся, что один этот звук сотрет его в мелкую пыль. Звук добрался до него только через него минуту и напугал старика до мурашек по коже. Рокот, который стало слышно за несколько десятков километров, в одно мгновение стал громче в несколько тысяч раз и ударил в барабанные перепонки одним оглушительным ударом. Все внутренние органы перетрясло, Чжан Вей попробовал встать, но ватные ноги не слушались. Небольшая надежда остаться на Земле все еще теплившаяся в его сердце была раздавлена чудовищем, вырвавшимся на поверхность планеты. Он смотрел на фонтанирующую лаву и видел, как мощнейшая волна горячего сжатого воздуха окружала земной шар и выжигала все, что встречала на своем пути. Если жизнь была подобна вирусу, то планету дезинфицировало.