Айс
Шрифт:
На лбу у него пот, и он тяжело дышит.
— Не останавливайся, это… приятно.
Боль от растяжения усиливается, половые губы раздвигаются. Половина его эрекции находится во мне. Я не могу в это поверить и хотела бы сама это увидеть.
Айс откидывает голову и тяжело дышит.
— Детка, ты потрясающая.
— Глубже, — шепчу я и целую его. — Вставь его до упора.
С низким рычанием Айс погружается в меня полностью.
Я хватаю ртом воздух, когда внезапно оказываюсь полностью наполненной. Стенки влагалища обхватывают член, клитор пульсирует в одном ритме с сердцем.
— О боже, Айс… —
— Тебе больно? Я должен…
— Нет. — Я жадно целую его, а он гладит мои ягодицы и радостно улыбается.
— Я на самом деле внутри тебя, детка. Ты невероятная. И невероятно… тугая! — Член дёргается внутри меня, глаза Айса сияют от переполняющих его эмоций. — Ты приняла меня полностью.
Мой клитор сильно пульсирует, и, когда Айс трёт его большим пальцем, я сразу кончаю. Я беспомощно извиваюсь на нём, чувствуя себя насытившейся и жаждущей одновременно, в то время как восхитительные молнии пронзают моё тело. Лоно горит, соски покалывает. Нежная растягивающая боль усиливает и продлевает оргазм. Хотя у меня уже был оргазм в ванне, второй ещё приятнее.
— Ты буквально доишь меня. — Айс запрокидывает голову. — Чёрт, это круто!
Он медленно поднимает меня и снова вонзается внутрь. Затем он кончает и издает будто бы искупительный крик. Из уголка его глаза сбегает одна единственная слезинка. Он накачивает меня спермой. Кажется, я даже чувствую, как она наполняет меня своим жаром. Айс смотрит на меня, как будто не может поверить в то, что происходит.
Сильное, полное тоски чувство проходит через мою грудь и наполняет сердце. Взгляд Айса раскрывает мне всё. Я никогда не была так близка к чужой душе.
— Айс, — шепчу я, переполненная эмоциями, и целую его.
— Ты создана для меня, Вероника, — шепчет он мне в губы, наши тела всё ещё связаны. — Я никогда не думал, что твое миниатюрное тело сможет меня принять.
— Я не боюсь тебя, поэтому у нас получилось.
— И не бойся. Я никогда не причиню тебе вреда.
Я ему верю. Я нежно беру его лицо в руки и целую в лоб, нос и рот. Член постепенно становится мягким во мне, но я всё ещё наслаждаюсь чувством интимной близости. Я ещё не до конца осознала, что мы переспали. Я — с Воином!
— Когда вернётся твой отец? — шепчет Айс, его взгляд снова отстранён.
— Через несколько часов. — К сожалению.
— Значит, надо использовать это время.
— Совершенно верно, — говорю я.
Айс берёт меня на руки и несёт в спальню.
Глава 5. Секреты
Отец вернулся и позвал меня в свой кабинет. Он привёз с собой плохие новости. Во время его отсутствия произошёл серьёзный инцидент.
— Адам контактировал с повстанцами и Воинами-отступниками. Они взорвали завод по производству этанола, чтобы вымогать у нас воду и лекарства. Все наши люди и рабочие погибли.
Адам Фриман — самое близкое доверенное лицо отца. Он мне не особо нравится. Но эта новость меня глубоко шокировала.
«О боже, все мертвы?»
В горле встаёт ком.
— Повстанцы смогли попасть на одну из плантаций?
Отец кивает.
Заводы и огромные поля находятся под куполами и строго охраняются. Если повстанцам удалось вторгнуться туда и убить всех,
им удастся это и в Уайт-Сити. Моё сердце колотится.— Я должна вернуться к матери? — спрашиваю я чуть слышно, потому что просто не могу поверить в происходящее.
На нас ещё ни разу не нападали, но вот уже несколько недель всё идет наперекосяк. Сначала Воин сбегает с рабыней, затем взрывается склад, потом ещё один Воин становится отступником… и теперь это!
— Через два дня у меня выступление. Я хочу, чтобы ты была рядом. Народ любит тебя, их успокоит, если ты скажешь несколько слов. Потом ты немедленно уедешь.
— Айс поедет со мной? — спрашиваю я как можно равнодушнее.
— Скорее всего, нет, он нужен мне здесь.
Мне словно дали пощёчину.
— Но… кто тогда будет меня охранять?
— Не бойся, я пришлю тебе достойную замену.
Отец встаёт перед большим экраном. Очевидно, он хочет провести видеоконференцию.
— Теперь, пожалуйста, оставь меня, мне нужно кое-что сделать. Я выбрал отличных Воинов в Нью-Ворлд Сити, теперь надо собрать отряд и разработать план.
Я выхожу из кабинета с опущенной головой, желудок сводит. Только два дня с Айсом… Я хочу, чтобы эти два дня никогда не заканчивались.
Отец весь день торчит в кабинете либо куда-то уходит. Во всяком случае, я его почти не вижу. Так же, как и Айса. Он даже не пришёл на обед, но попросил Мэри принести поднос в его комнату.
Поэтому я усаживаюсь печатать скучные протоколы различных административных правонарушений в своём кабинете, который находится рядом с кабинетом отца, просто чтобы убить время и отвлечься. Моя золотая клетка фактически превращается в тюрьму. Мне не разрешается выходить из квартиры, даже с Айсом. Отец этого не хочет. Люди слишком расстроены. Вот почему я стою у парапета своей террасы на крыше и смотрю на парк. Будь я птицей, то незаметно бы соскользнула вниз и спряталась под навесом. Я дождалась бы, пока шаттл будет покидать город, и взлетела бы в голубое небо, чтобы увидеть купол снаружи. Возможно, я бы никогда не вернулась, если бы нашла там подходящие условия для жизни.
После обеда я остаюсь дома наедине с Айсом. Он заперся в спортзале.
— Чтобы мы не набросились друг на друга и не попались, — сказал он мне, когда на мгновение высунул голову за дверь.
Это слишком рискованно, мы оба это знаем. Мэри или отец могут появиться в любое время и что-то заметить.
По его горячим взглядам я понимаю, как сильно он хочет меня и скучает по мне. Думаю, он счастлив, что нашёл женщину, которая может принять его и которой нравится секс. Я тоже. Но я не могу получить Айса навсегда. Он Воин.
День тянется очень медленно. Я снова ужинаю в одиночестве и ложусь спать совершенно несчастной. Айс не отреагировал на мой стук в дверь его квартиры, и дверь его патио тоже заперта.
Я оставила свою дверь открытой в надежде, что он всё же придёт ко мне. Я постоянно смотрю на мерцающий купол, который отражает свет города и направляет его в мою комнату.
Я голая под одеялом. Потому что не теряю надежды.
Когда я уже почти не верю, что Айс придёт, в моей комнате внезапно становится темно. В дверном проёме стоит он! На нём только свободного покроя штаны и больше ничего. Моё сердце подпрыгивает от радости.