Азета

– Да, хочу. К тому же у меня не особо есть выбор, я рождена чтобы обслужить анквальтского принца. – Азета зло ухмыльнулась, Агата не могла сдержать улыбки, ее скулы буквально излучали радость. Агата услышала именно то что хотела услышать, амбициозный вызов юной королевы всему непрошенному миру.

Тем временем известия до Бергена не заставили себя долго ждать. В кабинет императора зашел седой секретарь с закрытым пергаментом, запечатанный блораннским орлом.

– Ваше величество, вестник из Вилфелонна. – секретарь протянул Эрвину пергамент, тот уверенно разломал печать и прочел письмо.

Император, узнав о формировании вералленн, как и предсказывала Азета был рад такой вести.

– Господи, эта девка только нацепила корону и уже начинает меня удивлять. – сказал Эрвин с безумно радостной улыбкой, – Она формирует армию, делает то чего Эль-Бади боялся, как огня. – император бросил пергамент на стол, секретарь сгорбившись подошел к столу и торопливо начал читать письмо.

– Государь, вы уверены, что стоит давать блораннцам собирать армию? – милостиво прошипел секретарь, проглатывая половину букв.

– Конечно! Мало того, что Блоранна платит огромные налоги пополняя нашу казну так еще и обеспечит империю армией. – чуть ли не кричал Эрвин от возбуждения, – Может быть мы даже двинемся снова на Эфер и вместе сможем его взять. Да, это будет велико. – секретарь глубоко вздохнув поднял глаза.

– Вы не думаете, что блораннцы могут использовать свою военную мощь не против наших врагов, а против нас. – император проскрипев рассмеялся.

– Ты что обезумел старик? Кто поведет их? Эта девка, возомнившая себя королевой? Бог создал женщину для двух вещей, это ублажать мужчину и плодить сыновей, что Азета и сделает. – грубо выразился император и отпив вина продолжил, – Этим летом Азета выйдет за Фолена, уже через год родит наследника и вся ее любовь к Блоранне в миг испарится, останется лишь забота о будущем империи. – Эрвин Эгисхайм грубый и бурный как стихия, допил вино и поставил кубок на стол, – Вот так!

Немного поразмыслив он быстрым шагом двинулся на задний двор замка, зная, что его сын любит проводить там время. Император не ошибся, спустившись во двор Фолен играл с друзьями в крокет, громко смеясь и забавляясь беззаботной жизнью. Друзья Фолена увидев императора тут же сменились в лице, улыбка сошла на нет, а смех заменился тишиной. Фолен обернулся и увидел Эрвина.

– О, отец, ты обычно не спускаешься во двор. – дрожащим голосом произнес Фолен. Эрвин махнул рукой и все друзья Фолена в миг разбежались.

– Только что я получил приятное известие от твоей невесты.

– Какое? – тяжело глотнув спросил Фолен.

– Она занимается делом для блага империи в отличие от моего наследника, перекатывающего мячики. Летом ты женишься на Азете, вы уедете с ней в Вилфелонн и ты зачаешь ей наследника.

– В Вилфелонн? Почему мы не может остаться в Бергене?

– Потому что она королева Блоранны! Вот почему! Она не может отсиживаться на другом концу империи, она должна править! А ты, как преданный муж ей в этом поможешь. Блоранна самая развитая провинция империи, активно пополняющая нашу казну и я хочу, чтоб так оставалась и впредь. – Эрвин подошел к своему сыну и посмотрел прямо в глаза, – Помни о своей цели и достигни ее как можно быстрее. Понял? – Фолен послушно покивал и бросил клюшку на землю.

Следующие три месяца в Блоранне строились казармы, форты, тренировочные поля, изготавливались мечи, двукопья, луки. По всей Блоранне увеличивалось число кузниц и швейных, военнослужащие со всего востока узнав о формировании блораннской армии изъявляли желанием поступить на службу. Главным мотивирующим фактором были высокие жалования, которые предоставлял вералленн, но иностранцев брали лишь на краткосрочную службу в качестве учителей. Только блораннцы могли служить в вералленн или иностранцы, испытанные верностью короне. Федлан привел из Намвернна пол тысячи федланских лучников, их было немного, но они были обучены и грациозны, по всем традициям Блоранны.

В Бергене не отставали, свадьба императорской династии считалась настоящим, историческим событием, поэтому к нему готовились особенно тщательно. Весь Берген светился имперскими колоритами, в день свадьбы, приближенные императора, могли рассчитывать на повышения, предприниматели одобрения их дорогостоящих построек, а простой люд халявные крошки с имперского стола. Азета надела свое свадебное платье, естественно в бело-голубых, блораннских цветах, не забыв нацепить белоснежного орла, она не любила платья предпочитая что-то более комфортное, но в этот день не могла отказать. Вся ее голова была закрыта под белым платком, невзрачная корона и прозрачная фата, Агата сидела рядом пока служанки бегали вокруг Азеты все время корректируя платье.

– Боишься? – спросила Агата закинув ногу на ногу.

– Нет.

– Похвально, сегодня ты станешь принцессой Анквальта, я только представляю, как Фолен увидит тебя и пораженный твоей красотой не сможет вымолвить ни слова. – служанки с удивлением переглянулись, подвертывая платье королевы.

– Вам удобно госпожа? Я могу расслабить пояс. – ласково спросила служанка, опустив голову.

– Все прекрасно, ступайте. – служанки выбежали из комнаты боясь лишний раз поднять глаза.

– Какие здесь запуганные служанки, смотреть боязно. – отметила Агата.

– Чего ты ожидала? Император относится к женщинам как к скоту. – добавила Азета поправляя платье перед зеркалом.

– Я буду рядом, не потеряй меня. – подмигнула Агата и вышла из комнаты.

Азета наблюдала за собой в зеркало, она размышляла, вспоминала бергенский бал, вспоминала отца. Вдруг в дверь постучали, застывшая своими мыслями королева дернулась.

– Ваше величество, вы готовы? – раздался из двери приятный, мужской голос.

Азета отворила дверь, там стоял Густав Вилларет вместе с двумя анквальтскими стражниками, они светились в своих знаменитых, золотых доспехах. Густав неприятно ухмылялся, вызывая квоту недоверия, но при этом поклонился, проявив галантность.

– Вы прекрасно выглядите, ваше величество. Принц Фолен уже ждет вас.

Азета ничего не ответила и уверенно пошла к выходу, Густав и стража последовали за ней. Подходя все ближе и ближе к выходу из дворца голоса становились громче и громче, Азета приближалась к огромным распахнутым дверям и придворные дамы улыбчиво провожали ее взглядом, некоторые хлопали, другие только увидев королеву тут же прикрывались веерами и бурно начинали сплетничать. Выйдя за двери яркое солнце блеснуло ей в лицо и открылась брусчатая, длинная тропинка, вдоль нее в один голос припевали молитву священники, за ними несколько сот солдат огораживали от многочисленной толпы из которой так и раздавались крики.

– Азета! Азета! Храни тебя Бог! – Азета медленно пошла по тропе разбросанной оранжевыми лепестками, солнце уходило за тучи прямо у нее под ногами и к концу тропы полностью спряталось в неведении. Она подошла к ступеням, прямо у их порога стояла вся имперская свита, Эрвин и Грета Эгисхайм, Виенна, Агата и Август Ротстерлинн и только примкнувший к ним Густав Вилларет, который встал по правую руку от императора. Азета медленно поднялась по ступеням поглядывая на стоящего выше принца, на его голове тоже была корона, но скромнее чем у Эрвина, хотя золотые гравировки подчеркивали оранжевое одеяние. Фолен ожидая ее протянул ей руку и провел к вульгарно одетому эпископу, весь в шелках и золоте. Фолен придерживал руку Азеты явно нервничая и постоянно дергая головой из стороны в сторону.