Ба

Слёзы текут по щекам, я их чувствую, но не могу утереть, не могу пошевелить ни пальцем. И дело не в страхе, а в том, что тело - не моё.

"Беги!
– громко кричу я хозяйке тела.
– Врежь ему и беги! Что же ты стоишь! Здесь тёмное поле рядом, тебя никто не найдёт!"

"Без толку, - отвечает другой голос в голове, - всё без толку. Мамаша права, а Архип не самый плохой мужик на деревне, пусть и пьёт".

"Алёна!
– пытаюсь докричаться я.
– Это же я, Илона! Помнишь меня?"

Чувствую, как Алёна сжимается от отвращения, но не обращает внимания на мои слова. Вся церковь в дыму от свечей, под куполом - серое облако дыма, и ладаном пахнет так мощно, что в глазах Алёны темнеет.

"Да чего ты ждёшь?!
– ору так сильно, как только могу.
– Ждёшь, пока тебя изнасилуют прямо в церкви? Вот дверь, растолкать десяток человек и пройти пять шагов! Ты сможешь, давай!"

"Мне некуда идти...
– тихо думает Алёна.
– А у Архипа хата большая..."

"Тогда лучше иди в поле, разденься и замёрзни насмерть! Дура! И как ты смеешь говорить, что я живу не так!.."

Просыпаюсь посреди ночи на мокрой от пота и слёз подушке. Бегу открывать окно и полной грудью вдыхаю тёплый летний воздух, пропитанный родным запахом бензина. С удовольствием вдыхаю аромат мегаполиса, забывая про удушающий ладан деревенской церкви. Тело липкое от пота, а места, где Архип касался Алёны, чешутся, как укусы слепней.

"Дура!
– ругаюсь я про себя, залезая посреди ночи под душ.
– Какая же ты бесхребетная дура! И смеет указывать на то, что я тупая!"

В голове неожиданная пустота, монотонный гул, как от холодильника, и голос Алёны не появляется, не прогоняет тишину.

"Надеюсь, ты осталась в своём долбанном теле и делаешь Архипа моим прапрапрадедом!"

Я сажусь на дно ванны и хватаюсь за голову, пытаясь понять, насколько же сильно я свихнулась.

"Это просто фантазии, - говорю я себе.
– Просто воображаемый друг. Я ведь даже не уверена, что моих предков звали Алёна или Архип, да? Нет никаких свидетельств... Никаких".

***

Перед выпускным классом мои родители и родители Саши скинулись на путёвку в Турцию, чтобы побаловать будущих выпускниц. Валяясь на пляже, набивая живот едой из all-inclusive и покупая безделушки на пыльном базаре, я совсем забыла про кошмары и пыталась не вспоминать об Алёне, как о ветрянке, оставшейся в далёком детстве.

– У тебя, кстати, это... как с головой-то?
– спросила Саша, когда мы плавали в море с панамками на головах.
– В конце учебного года ты жутковато жаловалась на друзей-глюков.

– Просто вспоминала детство, - неловко рассмеялась я.
– Ты рассказывала, что твоим воображаемым другом был львёнок, а не человек?

– Ха, я рассказывала?
– улыбнулась Саша и раскинулась на воде в позе морской звезды, держась у границы воды.
– Да, он был как маленький Симба из мульта. Просто у меня не было домашних животных, а, видимо, очень хотелось.

Над нами пролетали чайки: так низко, что порой полностью закрывали Солнце. Моё лицо грелось под лучами, и невольно вспоминались слова Алёны: "А правда, что за небом есть космос?"

– Но он говорил?
– спросила я.

– Вроде да.
– засомневалась Саша.
– Говорил, что львы едят только кокосовые конфеты, а у нас дома их никогда не было.

– А что ещё говорил?
– я закрыла глаза, и мир стал мутно-оранжевым.

– Это было сто лет назад, - отмахнулась Саша.
– Ты почему спрашиваешь?

– Просто интересно... Я в детстве представляла, что у меня есть сестра, которая приехала издалека. То ли из Австралии, то ли из Бразилии, страна всё время менялась. Представляла, что я выросту и посмотрю её родину и что вообще буду всю жизнь путешествовать.

– Нет ничего невозможного, - Саша уверенно хлопнула рукой по воде, и её морская звезда потопла. Вернув равновесие, она продолжила.
– Решила куда поступать будешь?

Я выпустила весь воздух из лёгких и ушла под воду, оставляя пузыри над головой. Вынырнув, я ядовито посмотрела на Сашу и сказала:

– Не говори об этом.

– Окей, - рассмеялась та.

***

Ночью я сидела на балконе номера и смотрела, как Луна освещает остров в море. На территории отеля заканчивалась дискотека, но ещё в начале танцев Саше стало плохо, и я отвела её в номер. Наглотавшись таблеток, она уснула, а я осталась сидеть на балконе, слушая то ли крики туристов, то ли крики чаек, и пытаясь разобрать хоть одну звезду, но освещение отеля было слишком ярким.

"Что же с тобой случилось в ту ночь?" - думала я про Алёну.

"То, что никогда не должно случиться с тобой", - вдруг услышала я знакомый голос Алёны.

"Ты не убежала, так ведь?"

"Было некуда бежать... Ты, городская девочка, никогда не знавшая голода, не поймёшь этого".

"Ты могла бы убежать в город. Это было Рождество, наверняка, кто-нибудь ехал в город на праздник и подбросил бы тебя... Там ты могла бы найти работу. Хотя бы нянечкой, но ты была бы свободна..." - я смотрела на пустой остров посреди тихого моря чёрной воды.

"Легко лишь сказать, - горько усмехнулась Алёна.
– Я была совсем одна, никто бы мне не помог. Добрые попутчики на Рождество встречаются лишь в сказках, а у нас в селе это был бы пьяный пахарь, который довёз бы меня до первого сугроба и оставил, поиздевавшись. И работа... Даже добравшись до города, я бы замёрзла насмерть на улице или попала бы в полицейский участок. Приняли бы за девку с жёлтым билетом, за кого же ещё... И кто бы взял на работу няню, сбежавшую от семьи?"

"Ты бы сказала, что сирота. Кто-нибудь бы да помог..."

"Да что ты заладила! Кто-нибудь да кто-нибудь!
– закричала Алёна.
– Никто бы не помог! Никто! Я всю жизнь была одна! Хотя и жизни у меня не было..."

Луна скрылась за облаком, отельные фонари погасли, и стали видны звёзды, тусклые, как полуживые светлячки.

"Если бы я только жила в твоё время, - спокойнее продолжила Алёна, - то провела бы настоящую жизнь. Тебя не держат дома, ты можешь изучать науки и смотреть весь мир! На моём веку ни одна крестьянка о таком и помыслить не могла..."

"В моём теле много не увидишь, - вздохнула я.
– Талантов у меня нету, так что и науками не займусь и много на путешествия не заработаю... Пора тебе поискать человека поинтереснее".

"И ты смеешь говорить, что я жила не так?
– Алёна припомнила мой давний укор.
– У меня не было ни одной дороги, а перед тобой открыты тысячи! Я хотела бежать из деревни изо всех сил, но боялась смерти. А ты чего боишься? Кем ты станешь через год?"

"Заткнись, мне и родственников хватает с их вечными расспросами про универ!
– от злости я сжала перила балкона.
– Я не знаю, что мне делать, ясно? Не знаю, и всё! У меня просто нет ни одного таланта, и я знаю, что ничего не добьюсь..."