Бабник

— В чем дело, Джесс? — спросил я небрежно, довольно медленно убирая руку, чтобы она не подумала, будто я хотел скорее отцепиться от нее. Я ждал, что она что-нибудь скажет по этому поводу.

Джессика обычно говорила мало. Она зарабатывала на жизнь как оратор-вдохновитель, так что когда мы встречались, наступало время тишины, которое меня устраивало. Большинство женщин, по моему мнению, слишком много разговаривают, а когда ты хочешь хорошего секса, разговор портит остальные вещи, которые я предпочитаю делать ртом.

Она глубоко втянула воздух и выдохнула.

— Я несчастлива.

Я вздохнул. Она была одной из моих девочек последние три месяца, и, учитывая, что обычно все мои отношения длились не больше четырех месяцев, я знал, что конец уже близок. Я всегда чувствовал, что Джесс другая. Она хотела «американскую мечту»: счастливого мужа, двоих детей, маленькую собачку по кличке Бинго и минивэн с наклейками футбольной команды на заднем стекле.

— Нам стоит вспомнить наше соглашение? — Жестом предложил ей сесть и дать мне секунду на раздумья, пока схожу за кофе. Как только ее оказался готов, я схватил его и принес обратно на стол.

Она взяла чашку и сделала большой глоток. Ее большие голубые глаза смотрели в мои дольше, чем это было необходимо.

— Я думаю, что готова закончить наши отношения.

— Хорошо, — ответил я мягко, как будто меня не беспокоило, что женщины использовали меня так же, как я их. — Сегодня?

— Да, — она кивнула, а потом покачала своей блондинистой головой, — но я не то имела в виду. — Ее нижняя губа задрожала. — Лукас, может, мы могли бы…

Сообщили, что мой кофе готов.

— Подожди. — Я отошел, чтобы забрать макиато. Работала Анна. Моя девушка на четверг.

— Лукас Торн, — она покачала головой и вздохнула, положив руки на широкие бедра, — собственной персоной. — У нее присутствовал дразнящий южный акцент, который заставлял меня напрягаться во всех нужных местах.

— Сладость, — я ухмыльнулся и наклонился, чтобы прижаться жадным поцелуем к ее губам. Она ответила на него, но потом слегка оттолкнула. — Что?

— Я на работе. — Девушка заметно покраснела.

— Тебе очень идет зеленый. — Так и было. Анна красивая, не слишком худая, как все модельки, а, наоборот, с соблазнительными формами, девушка. Ниже, чем большинство моих пассий, но чертовски умная, а эти глаза — я просто влюбился в них. Она заслуживала кого-то невероятного. Совсем не меня.

— Я, мм… — она прикусила нижнюю губу, а затем чуть не наткнулась на клиента, — должна вернуться к работе. Мы все еще встречаемся на следующей неделе?

— Разумеется. — Я ненавидел ее неуверенность. Но опять же, я ничем не мог помочь в этой ситуации, не так ли? — Мы с тобой выберемся поужинать. Как ты на это смотришь?

— Отлично, — ее улыбка сияла. — Правда, отлично. Хорошего дня, Лукас Торн.

Я постарался не рассмеяться в голос. Всегда по имени и фамилии.

— Лукас?

Я должен был понять серьезность тона Джесс. Она назвала меня только по имени.

И сделала это впервые с тех пор, как мы встретились в баре несколько месяцев назад.

Я обернулся как раз вовремя, чтобы заметить, как Джесс вытирает слезу и смотрит на свой кофе.

Она видела поцелуй.

Но ведь она знала правила.

Я отказывался чувствовать вину за подобное отношение — за жизнь, которой жил.

— Так… — я сел. — Ты что-то говорила о…

— Как у тебя это получается? — она не смотрела в глаза, лишь снова уставилась в чашку, а затем схватила зеленую соломинку и стала крутить ее между пальцев. — У тебя есть девушка на каждый день. И ты никогда не влюблялся ни в одну из них? Ни разу?

— Джесс… — Честно, я не хотел подобного разговора с ней. Она была одной из моих любимиц — всегда позитивная, страстная в постели, готовая на эксперименты, я имею в виду, совершенно любые, но иногда необходимо обрывать привязанности. — Когда мы начали встречаться, я говорил, что, если тебе не подходит мой образ жизни, ты всегда можешь уйти. Я ведь не заключал с тобой какой-то неоспоримый контракт, в котором говорится, что ты принадлежишь мне.

Она посмотрела на меня, изогнув бровь.

— Ты же понимаешь, что это звучит так, будто возникни у тебя возможность, ты бы обязательно ей воспользовался.

— Очень смешно. — Ей не нужно знать, что однажды я ходил к адвокату и интересовался, нужен ли мне какой-нибудь контракт, чтобы на меня не смогли подать в суд, если одна из девушек разозлится или что-то в этом роде.

Но до тех пор, пока у меня было устное согласие каждой, что она полностью осознает, что я встречаюсь с другими, и что она всего лишь одна из многих, я мог спокойно с ними расстаться. Без выяснения отношений. Счастливый я! Счастья и им.

— Теперь ты свободна. — Я взял ее руку и поцеловал. — Знаешь, пятница всегда была моим любимым днем недели, — проговорил я, вкладывая в слова досаду.

— Ох, перестань! — она фыркнула от смеха. — Я видела твой понедельник, помнишь?

— Ах, Молли, — рассмеялся я. — Да вы у меня все красавицы.

— Я думаю, проблема именно в этом, — нахмурилась Джесс. — Мы все взаимозаменяемы. Мы можем выглядеть по-разному, иметь различное телосложение, быть разных рас и национальностей, но в итоге мы все всего лишь один из способов доставить тебе удовольствие. Не то чтобы ты не удовлетворял нас, или меня, я только… — Она покачала головой. — Все слишком запутанно, словно мы участвуем в шоу «Холостяк», но в конце ты не достанешься ни одной из нас.

— Поверь, ты и не захочешь, чтобы тебе достался настоящий я. Один раз я уже показал свою сущность, и ни к чему хорошему это не привело. Мне нельзя доверять, и это правда.

— Это, — ответила она, вставая, — меня и расстраивает.

— А не должно, — пожал я плечами. — Это моя жизнь, Джесс.

— Жизнь не заканчивается на том, чтобы трахать каждый день новую бабу.

— Ты в этом уверена? — Я подмигнул ей, а затем окинул взглядом сверху вниз. — Потому что я уверен, что мне это нравится.

— Какая же ты свинья.

— Я тоже тебя люблю, красавица, — я обнял ее и поцеловал в висок, — не пропадай.

— Ха! — она хлопнула меня по груди. — У тебя будет новая Пятница уже к обеду.

— Может, да, может, нет. — Я вытащил из кармана солнцезащитные очки и надел их, прежде чем захватить свой кофе. — Позволь мне проводить тебя.

— Ты снова за свое.

— Что? — Я открыл ей дверь и вышел следом. — Ты о чем?

Утро в Сиэтле было превосходным: солнце скользило меж тонких облаков, создавая красивое сияние на лице Джесс.