Бессмертные
Шрифт:
– Вы должны были сказать мне, - сказала я, когда они замолчали.
– Милая...
– Нет, мама. Вы уже давно знали, и с тех пор, как Торин нашел папу, прошли недели, - теперь я понимала, для чего поздние ланчи и ужины. Я разозлилась.
– Вы проводили больше времени вместе, зная, что он может умереть в любую минуту, в то время как я...
– мой голос задрожал и оборвался.
– И на прошлой неделе он хотел рассказать мне, но ты попросила еще одну неделю. Вы должны были мне рассказать!
– Рейн, - мама взяла меня за руку, - я хотела, чтобы вы проводили вместе время, и болезнь не стояла бы между вами.
– Мне все равно, - резко сказала я, снова чуть не срываясь в плач.
– Вы должны были мне рассказать, - я выскочила из-за стола и пошла прочь. Я чувствовала на себе их взгляды, пока не вышла из дома. Эндрис пытался привлечь мое внимание, но я притворилась, что не заметила его. Я не была настроена на разговоры с кем-либо.
Я сидела на парковке напротив школы, смотрела на студентов, проходящих мимо, и боялась выйти из машины. Три недели назад я боялась выходить из машины из-за того, что случилось на сборах. Сегодня я жалела, что у меня не было способности предсказывать будущее, чтобы знать, сколько еще осталось жить папе. На глаза навернулись слезы.
Торин. Как мне хотелось, чтобы он был здесь. Я отправила сообщение Эрику и снова уставилась на студентов.
Я подпрыгнула, когда открылась передняя дверь пассажирского сиденья, и в машину проскользнул Эндрис.
– Привет, ты в порядке?
– Да, - я вытерла щеки.
– Ты плачешь.
– И?
– Ты же не такая. Я знаю, что ты скучаешь по Торину, но это..
– он махнул рукой в мою сторону, - сентиментальная, жалкая пародия на Бессмертную не...
– Эндрис, - я оборвала его своим разгневанным взглядом.
– Уйди. Сейчас же. Я хочу побыть одна.
– Хорошо. Тебе не обязательно повторять это дважды. Я заткнусь. И вообще, притворюсь, что меня здесь нет, - он поудобнее устроился в своем сидении. Мне хотелось выругаться, накричать на него, но потом я вспомнила, что сказал Торин. Я могу доверять Эндрису.
Смотря перед собой, я старалась говорить ровно.
– Вчера вечером я узнала, что мой папа умирает от рака мозга, и никто не сказал мне об этом. Я зла. И если ты снова когда-нибудь назовешь меня жалкой, я врежу тебе.
– Извини меня.
Я повернулась и посмотрела не него. Кажется, он раскаивался.
– За что?
– Что твой отец болен, что назвал тебя жалкой и приставучей. Хотя ты должна признать, что сентиментальна.
Впервые я не считала его извращенное чувство юмора смешным. Я вышла из машины и захватила рюкзак. Мы молча пошли в школу. Я взвыла, когда увидела в холле Дрю и шайку качков. Мне не хотелось общаться с ними или видеть воодушевленные лица студентов. Эта дурацкая игра даже не сегодня, но, куда бы я ни посмотрела, везде были флаги и красные, черные и золотые украшения.
– Где Сент-Джеймс, Рейн?
– спросил Дрю, попеременно смотря то на меня, то на Эндриса.
– Мы похожи на его нянек?
– грубо ответил Эндрис и поволок меня мимо них. Впервые я была благодарна за его грубость. Больше никто нас не беспокоил.
Я подождала, пока никто не смог нас услышать, затем повернулась и улыбнулась Эндрису.
– Спасибо. Я не могу разговаривать с ними. Не сегодня. Ты передашь тренеру сообщение Лавании?
– Да. Хочешь пойти со мной?
–
Нет, спасибо, - он провел меня до моего шкафчика и исчез. Рядом стояла Кора и говорила с какими-то девушками о завтрашней игре. Они уже были на взводе, хотя игра будет только завтра. Мне было глубоко плевать. Захлебываясь в своем несчастье, я едва обращала внимание на то, о чем она говорила. Она даже не заметила, как я ускользнула и пошла к лестнице.Вместо того чтобы пойти в кабинет математики, я открыла дверь чулана для зажиманий и включила свет. Он был пуст, и достаточно большой, чтобы в нем поместилось четыре человека. Не уверена, что сработает, но я должна попробовать.
– Кети! Мардж! Джаннетт!
Я подождала. Никто не появился. Я закрыла глаза и попробовала снова. КЕТИ. МАРДЖ. ДЖАННЕТТ. СПУСКАЙТЕСЬ СЮДА СЕЙЧАС ЖЕ.
Я открыла глаза и начала ждать. Ничего не изменилось. Торин ошибался. Я не могу призывать Норн. Когда я вышла из чулана, прозвенел первый звонок. Люди странно на меня косились, когда пробегали мимо. Пускай поразмышляют, зачем я была в чулане. Мне было все равно.
Кабинеты математики и истории казались пустыми без Торина. Положении папы делало его отсутствие еще больше болезненным, или, может, наоборот. Я не могла сказать. Я была несчастной и сердитой. Когда закончился третий урок, я увидела у двери Эрика, поджидающего меня.
– Где ты был?
– спросила я.
– Не мог заснуть вчера, поэтому пошел домой и напился. Как держишься?
Я пожала плечами.
– Пыталась связаться с Норнами, но они не появились.
– Что? Зачем?
– Хочу заключить с ними сделку. Я добровольно примкну к ним взамен на жизнь моего отца.
Он остановился посередине коридора.
– Нет, ты не можешь. Что скажет Торин?
Горло сжало.
– Это мое решение. Он поймет.
– Не поймет. Это то же самое, что стать монашкой, Рейн. Я не позволю тебе это сделать.
– Я не спрашивала твоего разрешения. Лучше бы я тебе не говорила, - я прошла мимо него.
– Рейн!
– Я ожидала твоей поддержки, Эрик. Я думала, что из всех именно ты понимаешь, насколько важна семья. Видимо, я ошибалась, - студенты, проходившие мимо, оборачивались и смотрели на нас. Затем я увидела в конце коридора Норн и поспешила к ним.
– Кафетерий в другую сторону, -
сказал Эрик.
– Я не голодна, - они уходили прочь, и я побежала их догонять.
– РЕЙН!
– крикнул Эрик.
Я проигнорировала его, повернула за угол и увидела, как Норны исчезают в музыкальном классе. В прошлый раз я здесь же заключила с ними сделку. Я, тяжело дыша, ворвалась через двери и тихо их закрыла за собой. Сердце вырывалось из груди, а глаза метались с одного лица на другое. Температура в комнате понизилась, но меня это больше не беспокоило.
– Как смеешь ты призывать нас?
–
потребовала Мардж.
– Полегче, Мардж, - Кети подошла ближе.
– Зачем ты звала нас, Лоррейн?
– Ты поймала того, кто отравляет Эрика?
– спросила Джаннетт.
Я покачала головой.
– Нет, но я найду. Я хочу заключить сделку. Если я стану одной из вас...
– Сделку?
– спросила Мардж, и я практически могла чувствовать ее предвкушение.
– Разве наши прошлые отношения тебе ничему не научили, юная Смертная?
– спросила Джаннетт.
–